С появлением Дрю
Шрифт:
— Не совсем.
— Ты собираешься показать мне кое-какие свои приемы?
— О, думаю, что смогу показать один или два.
Я рассмеялась, когда мы приблизились к открытой трибуне. Вместо того чтобы остановиться и сесть, Дрю пошел к дорожке, окружающей поле.
Дорожка.
Мое дыхание перехватило, а затем я нерешительно последовала следом за Дрю. Ощущение покрытия дорожки под ногами мгновенно перенесло меня в прошлое. К счастью. К тому, что давало мне свободу. Что дарило любовь. К тому, что авария украла у меня. Я опустила голову, борясь с навернувшимися слезами.
— Поэтому ты привез меня сюда? — спросила я дрожащим голосом.
— Я не хотел тебя расстраивать, — сказал мягко Дрю, приподнимая мой подбородок пальцем, чтобы заглянуть мне в глаза. — Я просто хотел дать тебе стимул вернуться в форму. Теперь вижу, что это была ужасная идея.
Я покачала головой.
— Нет. Это просто удивило меня, только и всего.
Он кивнул, продолжая смотреть на меня.
— Пойдем.
Я ожидала, что Дрю вернется к грузовику, увезет меня подальше от болезненного воспоминания о том, что я больше не могу бегать, но вместо этого он двинулся к центру футбольного поля.
Я следовала за ним по густой траве, а мои костыли немного утопали в земле. Когда я дошла до него, Дрю рылся в своем рюкзаке. Достав что-то, он развернулся и побежал, остановившись приблизительно в пяти метрах от меня, а затем повернулся ко мне, и в его руках я увидела мяч.
— Хочешь поиграть?
Я уронила костыли и опустила руки на бедра.
— Тебе не кажется, что у тебя есть небольшое преимущество?
— Что могу поделать, я много тренировался в колледже.
— Я не о колледже, а о своей ноге. Я не на все сто процентов в форме.
Откинув голову, он рассмеялся.
В этом смехе было что-то, отчего каждая частичка в моем теле затрепетала, а гордость получила пинок под зад.
— Давай, отчаянный квотербек. Посмотрим, на что ты способен.
Как истинный квотербек, Дрю отвел руку назад, запустив мяч по идеальной спирали, без сомнения бросив с меньшей силой, чем обычно. Я поймала мяч и прижала его к груди. Дрю широко улыбнулся.
— Не знал, что девушка, поймавшая мяч, будет такой сексуальной.
— Мне нравится думать, что я сексуальная как с мячом, так и без него, — поддразнила я, готовясь к броску.
— О, ты определенно сексуальная, милая.
Не в силах сосредоточиться из-за его слов — не говоря о том, что стоять в сапожке не совсем уж и легко — я передала Дрю нетвердый пас.
— Почему футбол?
Он поймал мяч.
— Почему он мне нравится?
Я кивнула.
Дрю бросил мяч прямо мне в руки так, что мне не пришлось двигаться, чтобы поймать его.
— Мне нравится ощущение напряжения, когда я выхожу на поле, зная, что, по крайней мере, шесть парней жаждут моей крови. Мне нравится то, что ко мне никто не прикоснется на поле, если я четко следую заранее проработанной тактике игры. Мне нравится, как мой пас пролетает над головами соперников и приземляется прямо в руки игроку моей команды.
Я бросаю мяч, и он летит немного лучше, чем в предыдущий раз, но Дрю все же должен сдвинуться, чтобы поймать его.
— Я знаю, что многих людей вывожу из себя, поэтому мне нравится быть тем парнем, в котором все нуждаются, чтобы провернуть все эти трюки на поле, — закончил он и бросил мяч обратно мне. В этот раз бросок оказался сильнее, как будто ярость от его заявления прилетела вместе с мячом.
Я бросила мяч обратно.
— Верно. Я почти забыла, что ты исправившийся преступник, — подколола я.
Он прищурился.
Ох, нет.
Без предупреждения он бросил мяч и побежал прямиком на меня, уворачиваясь от воображаемых соперников. Если бы с моими ногами все было в порядке, я бы развернулась и попыталась убежать, но они не в порядке. Дрю легко схватил меня, аккуратно опуская на мягкую траву, пристроился между моих ног и крепко поцеловал. Когда он отстранился, я увидела голод в его глазах.
— Я думал, что девчонкам нравятся плохие парни.
— Ладно, нам нравятся. Только мы знаем, что они не для нас.
Его губы изогнулись в дерзкой ухмылке.
— Ого, так я могу стать ради тебя хорошим, — он понизил голос, — очень хорошим. Он наклонился и завладел моими губами, показывая, насколько хорошим он может быть, когда использует свой язык. И все остальное тоже. Когда он отстранился, мы оба задыхались.
— Почему бег?
Я удивленно моргнула. Вот так поворот на сто восемьдесят градусов.
— А почему нет?
— Ну, что заставляет твою жизнь вращаться вокруг бега? — он навис надо мной, внимательно рассматривая меня.
— Мне нравится в основном потому, что все исчезает, когда я бегу. Нравится тишина у меня голове. Мои родители часто уезжали, следуя зову сердца. Думаю, я просто поняла, что должна последовать зову своего сердца. У меня хорошо получалось. И я была быстрой. Очень быстрой. Я понимала, что это позволит мне достичь чего-то. Конечно, я не думала об Олимпийских играх, но, тем не менее, именно к этому стремилась.
Взгляд Дрю наполнился печалью. Если бы я взглянула в его глаза достаточно близко, то увидела бы свое отражение, и оно выглядело бы так же печально.
— Покажи мне.
— Показать тебе что?
— На что это похоже, — он сел и поднял меня, поворачиваясь ко мне спиной.
— Ты что делаешь?
Он обернулся через плечо.
— Хочу покатать тебя на спине.
Я склонила голову.
— Серьезно?
— Испугалась?
Я покачала головой.
— Я, как бы, могу ходить.
— Может, мне нравится носить тебя.
Я подняла бровь.
— Я не маленький ребенок.
Его взгляд пробежался по моим голым ногам, а затем добрался до футболки, туго обтягивающей мою грудь.
— О, ты определенно не ребенок.
Я в шутку пихнула его.
— Давай, — он усмехнулся. — Запрыгивай.
Эй, какого черта.
Я обхватила руками его плечи, и одним рывком он поднял меня на спину. Несмотря на мешающий сапожок, я, как могла, обхватила ногами его бедра, а Дрю просунул руки под мою задницу. Он донес меня до дорожки, но вместо того, чтобы опустить на землю, начал идти по кругу по-прежнему со мной на спине.
— Какого это, находиться здесь во время забега?