Чтение онлайн

Алина пришла в себя рывком, но чуть снова не отключилась от боли во всём теле, словно её долго избивали ногами. Что произошло?! И тут же воспоминания прорвали плотину беспамятства… от ужаса у девушки перехватило дыхание… Медоед, скреббер, кровь и куски тел всюду, страшный удар…

— Открывай глаза, красавица! С добрым, чтоб ты сдохла, утром! — хотя по времени уже было далеко за полдень.

От бодрого и насмешливого голоса Медоеда Алину вогнало в такой ужас, что она едва не обделалась.

Попыталась двинуться. Не удалось и болью снова продрало по всему телу. Открыла глаза. Сидит на стуле, на котором до этого был Медоед. Перед ней стоят на полу окровавленные, отрезанные головы Лоскута, Немца, у него, правда, не хватало ещё и макушки, так что вывалившиеся наполовину мозги, создавали отвратительную в своей абсурдности картину. Рядом головы ещё трёх других бойцов отряда. И на всех запечатлены посмертные маски ужаса, сейчас искажённые расслабленными мышцами лиц…

Алину вырвало прямо на себя. Рвало ещё долго, пустыми, сухими спазмами. А Медоед, удивительно целый и совершенно невредимый, разве что очень бледный и будто похудевший, но всё же здоровый, одетый в одни штаны и чьи-то, видимо, берцы, сидит у стены между окон на стуле и с жадностью уплетает уже пятую банку тушёнки, с веселой злостью поглядывая на девушку. Её снова охватил ужас… это всё сон! Не может такого быть!! Это всё нереально!!! Он же должен быть мёртв!!!

Дима засмеялся, словно прочтя мысли девушки.

— Ну что, падаль, с…ка недотраханная, так кто же раком в итоге, мм? — он сделал паузу, доедая мясо из банки.

Ответа от Алины не ждал. Жестянка звякнула об пол и Медоед подошёл ближе. На поясе висели в ножнах его ужасные ножи. Парень скрестил руки на груди и Алина заметила неровный и некрасивый, розоватый ещё, шрам на животе и несколько таких же только затянувшихся шрамами, маленьких отметин на руках, плечах и шее, словно кто-то протыкал в этих местах плоть. На лице «красовалась» ещё такая же розоватая, полоска шрама от пореза, который она сама сделала, рассеча гематому, чтобы мог видеть, что она с ним будет делать. Остались и другие «порезы», которые Алина успела сделать и ещё несколько, в местах, где парня вязали скотчем.

— Сейчас подождём Шалого с остальными. Есть хочешь, кстати? Я вот, очень, — издевательски спросил парень и взглянул на отрезанные головы, обблеванную грудь и живот Алины, усмехнулся. — Они тоже умрут. А ты посмотришь и тоже сдохнешь. Или наоборот. Я буду тебя убивать, а твой ненаглядный усатый ублюдок посмотрит и так же потом сдохнет… — закончил Медоед глухим, с рычащими нотками голосом и янтарные, словно нечеловеческие глаза, казалось, выжигают в ней волю и душу…

Алина, от страха, внушаемого этим взглядом, голосом и видом самого Медоеда всё же обмочилась…

Парень поморщился, видя эту картину. Затем подошёл к столу со своими вещами, нацепил кобуру с пистолетом, вытащил, проверил патроны, снова подошёл, так и не убрав оружие. Алину затрясло.

— Не ссы. Не буду тебя сейчас убивать, — произнёс Медоед и убрал «Кольт». Поискав что-то взглядом и, видимо, найдя, обошёл девушку. Её колотило от ужаса, она совершенно не могла думать и не знала, что собирается сделать этот… кто? От резкого звука отрываемого скотча девушка вскрикнула. Снова в поле зрения появился Медоед и залепил ей рот.

— Не скучайте тут, скоро вернусь, — осклабился этот демон и ушёл.

А Алину прорвало, она зарыдала, слёзы текли ручьями. Если бы могла, закричала бы, а так, просто завыла. Ещё и головы эти, будто с укором «смотрят» на неё. Уляпаный кровью пол, куски тел, небрежно сваленные в кучу добавляли картине «яркости». Ужас наполнил сознание Алины до краёв…

Медоед во второй раз спустился на первый этаж здания в холл. Сейчас уже за оружием. Это был небольшой корпус то ли летнего лагеря, то ли базы отдыха, Дима не разведывал округу, времени на это так и не выделил. Пока шёл к машинам у крыльца, вспоминал своё пробуждение.

Пришёл в себя минут сорок назад, от силы. Пока прочухался, пока отмылся, не до того было. Белая жемчужина всё-таки сработала, как нужно. Парень сначала не понимал, как Близнец смог её протолкнуть ему в рот, не отрезав при этом голову. Но затем решился и «посмотрел» кластер. Да уж, способ довольно нетривиальный, подумал тогда Дима, потрогав шрам на животе. И останется ведь, как и ещё с два десятка других.

Энергия от приёма жемчужины бушевала в теле, пусть и большая её часть ушла на восстановление искалеченного тела, хотелось действовать, что-то делать. А ещё в нем пылала злость. Алину он нашёл спустя пару минут, заваленную обломками столов. Девушку явно хорошо приложило, раз всё ещё находилась в отключке. Разгреб кучу, высвободив свою мучительницу. С виду, вроде и не пострадала сильно, хотя синяков и ссадин прибавилось прилично. Тем лучше, усмехнулся про себя Дима и потащил её к стулу, на котором ранее сидел сам. Скотч нашёлся тут же неподалеку. Усадил, примотал, так и оставил, сама очнётся. Необходимо было срочно решить три вопроса, первое, отмыться от крови, благо Ковш притащил целую канистру воды. Второе и третье, найти одежду и еду. Жрать хотелось, словно неделю на одной воде провёл. Это всё от максимально разогнанной регенерации, к «моторчику» будто турбину присоединили, настолько мощно он прокачивал сейчас энергию через тело. Напомнило воздействие Дара мамы…

Организм, кроме энергии от жемчуга и Улья, брал для восстановления и свои же запасы ресурсов, «строить» то тело заново из чего-то надо.

Минут двадцать потратил на помывку и как есть, в трусах спустился на первый этаж. Пока шёл, поражался устроенной маленьким с виду скреббером мясорубке. На кровь и ровно срезанные части тел внимания не обращал, давно уже не трогали такие картины. В холле здания беспорядок был наиболее сильным и найти здесь что-то не представлялось возможным, имеющаяся мебель разбита, на кафельном полу кровища и куски тел, побитое оружие, гильзы. Оштукатуренные стены во многих местах забрызганы кровью и чернеют отметинами от множества попаданий пуль. Единственное, снял с ног разрубленного надвое в поясе трупа обувь, размер подошёл. Чужую носить, конечно, не очень приятно, но в данном случае выбирать не приходилось. Вторая половина трупа, кстати, нашинкована оказалась гораздо мельче.

На улице, перед крыльцом, стояли два пикапа, Шалый угнал за жемчугом на «Тигре». Порывшись в машинах, Дима чуть не заплясал от радости. Здесь нашлась и еда, распечатанный ящик тушёнки, минералка, несколько бутылок водки для живчика и два рюкзака кого-то из бойцов. В одном из них и запасной комплект одежды нашёлся, но оказался на размер больше, это ничего. Полностью одеваться Медоед не стал, только бельё сменил и штаны одел с берцами. Здесь же в машине, в кузове, имелись и боеприпасы, а автомат висел на креплении рядом с дугой рамы и вертлюгом с «Кордом». Да, о своём-то можно забыть, Близнец превратил автомат Димы в железный хлам. Но это не критично, жив сам, главное. Набив один из рюкзаков банками с тушёнкой, Медоед направился обратно. По расчетам, Шалый с компанией должны вернуться ещё часа через полтора-два, времени вагон, в общем.

Сейчас Медоеду нужно было оружие, наверх-то он в первый раз только еду унёс, тогда это казалось первостепенным. Вернувшись, снял с креплений автомат, проверил. Нормально, ухожен, вычищен. Это Медоед в бойцов вдалбливал чуть ли ни в первую очередь. С магазинами, однако, возникла проблема. Патронов полно, а куда их снаряжать, тю-тю. Одной спаркой не обойдёшься.

Магазины Дима насобирал в холле с трупов и вернулся наверх. Рация, кстати, тоже обнаружилась здесь же, на разгрузке одного из обезглавленных и порубленных тел. Уцелела, можно сказать, чудом, в той мясорубке, что устроил здесь скреббер. Кстати, вопрос, почему он меня спас-то, подумал Медоед, обходя лужи крови и продвигаясь к лестнице. Сентиментальностью и привязанностью к кому-то они, вроде как, не страдают. Хотя именно эти двое, Близнецы, уже который год периодически появляются. И слова, скреббер снова говорил с Димой! Нет, разберусь с этими ублюдками и вплотную займусь этим вопросом, решил парень, тем более подвижки уже имеются.

Страх Алины, когда Медоед зашёл в помещение класса и вывалил на пол из рюкзака цинки с магазинами, можно было черпать ложкой. На дрожащую девушку даже не посмотрел, пройдя мимо. Уселся на стул, подхватил очередную банку тушёнки и вытащив Крюк, ловко срезал верхушку. Вытерев клинок, убрал и принялся поглощать, не жуя даже, содержимое. Размышлял парень о дальнейших действиях. Что дальше-то делать? Ну убьёт он Шалого и остальных. В Камелот ему путь заказан. Жалко, не удастся со Стилетом повидаться, мужик хороший. Но и ладно, он сам разберётся, что к чему, к финансам отряда доступ у него есть. Да и команда «нелояльных» тоже. Справится. А вот что делать самому? В другие края податься? А куда? И зачем? Людям здесь веры нет, правильно Веда говорила тогда… Веда… Нюхач… остальные… вернуться в Гвардейский? Как вариант. Там все свои, точно не предадут. Может и в Пекло потом рвануть, отца поискать. На душе стало тоскливо и паршиво. Снова Дима остался один. Товарищи, с…ки гнилые, предали, Нестора самому не найти, значит что? Всё же обратно, домой, к своим..? Наверное.