Чтение онлайн

Ухо уловило какой-то едва различимый звук. Едва его услышав, Грек напрягся. Урчание зараженного любым мало-мальски полноценным иммунным воспринималось как основная и главная угроза своей жизни. Это первый урок, который преподносил Стикс каждому свежаку и вбивал в него это знание накрепко, словно гвоздь в сухую сосновую доску. Потому реакция на этот звук была однозначной и моментальной.

Судя по тональности, звук издавала глотка очень непростой твари. А потом урчание резко стало многоголосым. И зараженные, что порождали эту какофонию, судя по этим звукам, стремительно приближались к укреплениям стаба.

Грек стремительным шагом взошел на наблюдательную площадку, где стоял наблюдатель.

— Прожектор!

Боец, который при появлении начальства принялся старательно делать вид, что он совсем не сонный, и бодрствует на посту, щелкнул тумлером. Стерильно белый луч галогеновой лампы разрезал чернильную мглу, словно хирургический скальпель и выхватил из темноты расчищенный на добрый километр стараниями жителей стаба берег реки, дабы лишить потенциального противника любой возможностей скрытно подобраться к стенам Флюгера. Вот только сейчас по этому полю, отбрасывая в ярко-белом луче прожектора гротескные тени, двигалась шевелящаяся масса. Стоило только освещению загореться, как интенсивность урчания зараженных резко подскочило и теперь оно навязчиво лезло в уши.

— Орда! Караул, в ружье!!!

Грек гаркнул так, что у него у самого зазвенело в ушах. Но зато это моментально возымело эффект — сонные бойцы караульной службы полезли из теплушек словно тараканы на кухне у студентов. Ночная сонная тишь испарилась в тот же миг, как ее и не бывало. С оружием наперевес десятки бойцов бросились к своим, заранее отведенным местам. Это была далеко не первая атака орды, которую приходилось отражать защитникам стаба, поэтому люди действовали спокойно, без лишней суеты и паники.

Перемычка, соединявшая обширные территории мыса с большой землей, была довольно узкой, слева и справа от нее находились серьезные разливы глубокой воды, поэтому им нужно было защищать совсем небольшой участок суши. Для этого не требуется много народу. Главное, чтобы защитники были хорошо вооружены и обеспечены боеприпасами. Если это так, то они могут держать оборону очень долгое время, не позволяя тварям прорваться сквозь заслон.

Грек отправил бойца включить сирену, чтобы в самом стабе узнали об внезапном нападении. Но тот не успел выполнить приказ. В звуки бряцанья оружием и амуницией бойцов, что мешались с приближавшимся урчанием мутантов вплелся новый звук. Звук, что Греку не доводилось слышать уже очень-очень давно. А когда интенсивность этого звука наросла настолько, что не замечать его стало уже невозможно, ухо уловило грохот канонады в нескольких километрах от Флюгера. И сразу же за этим на укреплениях стаба, отгораживающих территорию речного мыса, где находился порт, метрах в пятидесяти от того места, где стоял начальник караульной службы Флюгера, сверкнула молнией вспышка и прогремел взрыв, с визгом и грохотом разбросав вокруг осколки.

— Мины! Всем в укрытие! Обстрел!

Движение на позициях резко сошло на нет. Защитники стаба в мгновение ока рассосались по контейнерам, интегрированным в стены укреплений. Стены их были снабжены бойницами, дабы бойцы могли вести огонь по нападавшим, и, в то же время, укреплены мешками с песком, дабы защитить тех, кто находился внутри. Это давало неплохой бонус при минометном обстреле. Народ в караульную службу Флюгера набирали обстрелянный, потому сообразили спрятаться все довольно быстро.

Боец рядом с ним ошарашенно закрутил рукоятку механической сирены, которую раньше использовали на крупных промышленных предприятиях для сигнала о исходе рабочих смен. Или во время воздушных тревог в период Второй Мировой войны. Судя по его ошарашенному лицу, он продолжил исполнять приказ автоматически, не отдавая себе отчет, что вряд ли в поселении был кто-то, кто мог не услышать звук разрыва на стене стодвадцатидвухмиллиметровой мины.

Кто-то умудрился скоординировать нападение орды с артобстрелом. Нереальность этого сочетания осмыслить сейчас не было совершенно никакой возможности. Да и было в стабе кому это сделать и помимо Грека. Его задача состояла в том, чтобы доложить о своих наблюдениях начальству.

Свист донесся снова, оглушающе грохнуло где-то левее КПП, со звоном прошлись осколки по металлическим стенам. Сквозь звон в ушах после взрыва на какое-то время прекратили пробиваться другие звуки, но начальник караула лавируя между своими подчиненными, подошел к допотопному проводному телефонному аппарату, набрал двухзначный номер и как только абонент с той стороны провода взял трубку, отрывисто бросил:

— Орда плюс минометный обстрел! Высылайте тревожную группу!

Не утруждая себя выслушиванием ответа, он бросил трубку и выглянул через смотровую щель.

К этому моменту на стене над их головами уже горела целая гирлянда осветительных приборов, резко превратив темноту ночи в светлый день. Грек с неудовольствием про себя отметил, что шевелящаяся масса зараженных преодолела за прошедшее (не слишком большое) время, большую часть расстояния, разделявшего заросли и стену, защищавшую стаб. И уже зашла за первую отметку.

До момента, когда появится возможность открыть огонь еще было немного времени, и начальник караула отпер своим специальным ключом замок на дверце приваренного к стене стального сейфа. Внутри стоял ряд подрывных машинок. Явно военное имущество хоть и выглядело допотопно, но зато наверняка выполнит свою функцию — военные в России и Союзе заказывали технику у промышленников с тройным запасом прочности и надежности, так уж повелось. Грек взял первую машинку, с зеленой биркой, покрутил рукоятку генератора, накапливая электрический заряд, и активировал подрыв.

Земля под ногами ощутимо дрогнула, грохот от взрывов окончательно не угробил и так уже немало натерпевшиеся уши лишь благодаря защите активных наушников. Он снова выглянул через смотровую щель и с удовлетворением заметил, что минное поле неплохо проредило орду зараженных. Во всяком случае, ее авангард. Сквозь ползучий сизый дым, оставшийся после многочисленных взрывов, было видно, как поредели передние ряды зараженных. Но взрывы выкосили в основной своей массе только слабых зараженных, не особенно защищенных броней, а вот серьезным мутантам они если подпортили здоровье, то недостаточно. Несколько руберов в окружении кусачей продолжали нестись к укреплениям, а из облака порохового дыма позади них выскакивали все новый и новые лотерейщики, бегуны и более развитые зараженные. Благо хоть элиты пока что не было видно.

После подрыва минного заграждения бойцы разом открыли огонь, принявшись ударными темпами сокращать поголовье врага.

Грек подхватил из опустевшей оружейной пирамиды свой РПК, на которым в свое время неплохо поколдовал Надфиль, превратив ветерана в модерново выглядевшее оружие для уничтожения несогласных. Грек пристроился к свободной бойнице, положив ствол в обклеенную войлоком подставку специального вертлюга, снял пулемет с предохранителя и последовал примеру своих подчиненных принявшись аккуратными, прицельными очередями на два-три патрона отстреливать тварей.

Ощущение времени исчезло, ушло куда-то на задворки сознания. Теперь оно измерялось магазинами на сорок пять патронов — кончился боезапас, значит пришло время сменить. Грек стрелял и стрелял, ощущая как пол под его ногами покрывается слоем стреляных гильз, которые сминались и хрустели под подошвами его ботинок. Он выцеливал и ронял на землю новых и новых тварей, чей поток и не думал иссякать. Все восприятие сузилось до ширины бойницы и того, что находилось за ней. Да иногда еще дергался инстинктивно, ощущая очередной прилет где-то поблизости, по характерному вздрагиванию стен и пола под ногами, передававших вибрации от земли после разрыва мин. И молился про себя, чтобы снаряд не залетел прямиком к ним в укрытие.