Чтение онлайн

– Мы заплатим.

Лесовик хохотнул:

– Малец, ты сейчас в инкассаторской машине будешь ехать. Деда лечи, знахарь удовольствие дорогое. Тебе лет сколько?

– Десять.

Это на каких дрожжах его кормят? Дунек с Зинками убрали в багажник, планшеты еле втиснули, полетит пацан в нижнем отсеке, хоть выспится. От «памперсов» не отказался, да и мы свои на досуге сменили, а вот есть хоть и охота уже, но ну его. Деду внучек сам в штаны засунул обоссальник, не нам же туда лезть. Больного мы на единственное свободное кресло упаковали. Еле разложили, везде Лесовик умудрился что-нибудь втиснуть. Провозились в общей сложности больше часа. Зато решили, если получится, границы пересекать на земле. А то болезного укокошим, до целителя не довезем. Конечно скорость уже не та, все одно мы планировали переночевать где-нибудь в спокойной, относительно спокойной обстановке.

Уже на небе первые звезды нам путь освещали, когда мы добрались до предполагаемого ночлега. Административное здание в поселке, трехэтажное с плоской крышей. Почему оно нас привлекло?

Так четыре кластера по пути следования – бывшие поля да степь. А тут этот подарок Стикса, две недели назад загрузился, еще через неделю ожидается его обновление, потом кластер с заводом, полуразрушенным и карьером, дачный поселок и опять степь. Но думаю, монстрики тут вымерли, как вид, многие дома напоминают о прошедшей орде, устояло только это здание да еще склад какой-то. Остальное в руинах. Склад, наверное, с химией, запах для мутантов отталкивающий.

А это здание основательностью потрясает. Тут стены в метр, не меньше. Может и не то, что мы думаем, возможно, это дом какого князя? Палаты, блин. Даже стекла на верхних этажах на месте.

Это мы разбрелись, пацана оставили на обзоре, так на всякий случай. Техна и я начинаем с верхних этажей, не хватало нам еще ползунка пригреть на свое мясо. Хоть и жилистое, но родное. Спуск обнаружился очень быстро, там и дурак обнаружил бы, специальная ниша, как у суфлера в театре. Лесовик на первый этаж сразу спустился, растяжки поставить. Ни один из нас не угадал назначение этого здания – это музей. Кажется, знаменитый полководец в этом доме родился, женился – галерея портретов указывает на это торжество. Она красавица из красавиц, сразу комплексы подняли голову из колодца зависти. А он… шикарнейший мужчина, кого до этого знала, ему и в подметки не годятся. Даже шрам на щеке его ничуть не портит. Особенно глаза привлекают, в них торжество согласно моменту и счастье, и грустинка. А стать, военная выправка. Неоднозначный персонаж, я выпала из реальности. Техна пока не толкнула меня, адеквата не дождалась. Удивительно притягивающий взгляд. Лицо? Не каждый его красавцем назовет, нос чуть длинноват, губы не полные и не узкие, в самый раз для поцелуя… тьфу. Это, наверное, неудовлетворенность сексуальная во мне кровь будоражит. Шарм. О боже, какой мужчина! Не, я эту картину уволоку. Любоваться буду. Мечтать…

– Славка, да сколько можно!

– А да, – очнулась я. Он мимолетное виденье, он ангел грешной красоты, прости Пушкин, так мысль легла. Но надо топать дальше. Тут точно нет никого живого, второй этаж также пуст. Нет, я поторопилась, вот эту картину свистну, он тут один… настоящий полковник…

– А где у нас Лесовик?

А он коньяк лопает с каким-то стариком. Я даже зажмурилась и помотала головой. Наверное, почудилось, но у старика такой же взгляд, как на картине. Может родственник?

Кажется, Лесовик уже реалии обрисовал. Пьет старичок живчик, за милую харю. А хороша тут столовая, мест на пятьдесят где–то. Новичок. Куда будем сажать найденыша? Наверное, со мной рядом положим, черт я совсем с крышей дружить перестала? Притяжение какое-то. Наваждение.

Чтобы его нарушить пошла в сторону выхода. И это дверь? Нет это не просто дверь, это вход в крепость. Металл блестящий, из него и засовы… пять насчитала. Засовы метр в поперечине. Обалдеть. Вояка был еще тем перестраховщиком. Окон вокруг не наблюдаю, получается тут этажей больше, чем снаружи кажется.

Встретить тут иммунного дорогого стоит. Две недели и живой!

Техна отправлена спать, пацана сменила всего на полчаса, он успел принять холодную ванну и деда своего обтереть, памперс сменить. Хороший парень растет. Он выспался, так что сторожит два часа, перекусить ему дали, упер на пост. Машина прикрыта со всех сторон башенками на крыше. В одной он с прибором ночного видения и обосновался, с видом на дорогу. С других сторон завалы порой непроходимые, да что там – непролазные.

Лесовик тоже поднялся в одну из спален. Я же составила компанию дедку, он тоже днем отоспался, негоже неизвестность за спиной оставлять, я своего рода подстраховка. Доверяй, но проверяй. Чикатило вон тоже парнем выглядел безобидным.

Голос как черный бархат, блин, живчика хлебнула… полный разлад с реальностью. На самом деле голос деда придушенный, приглушенный, видно связки надорваны. Мне интересно послушать историю этого дома, в особенности конечно хозяина, но напрямую об этом не спрашиваю.

Вот не могу отделаться от мысли, что дед и хозяин – родня, может брат?

После двух часов не выдержала, озвучила крутившийся на языке вопрос.

– Ха, ха, ха… нет я не родня. Ты первая влет поняла. Ха. Ха. Ха. Я живу в родном городе уже двадцать лет, а они представляешь, так меня и не узнали.

Грусть, злость, обида, прозвучавшая в его словах, открыла мне глаза, – да он, не родня, просто ОН.

Молчание затянулось.

Друг правителя, сиятельный герцог, родился в замке, который остался в том мире. Там продолжает жить его бывшая супруга, деля ложе с его другом. Они успели наплодить семь бастардов.

Первый бой нами крещенный – Зверь – принял в семнадцать, в двадцать пять женился и практически в медовый месяц отправился защищать от очередного набега пиратов берега своей державы. Бой был кровопролитным и на земле, и на море. Его корабль с победой вернулся на причал, но без него. Увлекся. Никто и не заметил, вернее адъютант, что закрыл его раненого грудью, знал. Только сказать никому не успел.

Там тел на той шхуне полегло очень много, за борт сыпались и мертвые, и раненые, он в том числе.

А спасли меня от смерти в холодной воде враги. Так я стал гребцом. Пять лет.

– А спасли меня от смерти в холодной воде враги. Так я стал гребцом. Пять лет. Потом носильщиком два года. Повышение, блин. Наконец достался в вечные рабы алхимику-врачевателю. Еще десять лет. Там я голос и потерял. Пять лет вообще только шипел змеёй. Тот еще затейник был, искал вечную молодость. Единственное что не трогал, это лицо. Кожу сдирал, руку ломал, но потом усердно лечил. Так и жили. Садо-мазо. Раз до истощения полного меня довел, я уже с жизнью распрощался, но не судьба.

А потом решили страны помириться. Вот я и пригодился, не один я, нас с десяток нашлось нужных, имя я свое скрыл с первого дня, гордыня обуяла, взял имя своего адъютанта. Получилось, что не стало меня на свете. Утонул и утонул. Издержки профессии.

По этикету стал консультантом. Там заодно и невесту обрюхатил. Это с моей стороны и не любовь была, наверное, месть разум застилала. О фаворитке на каждом перекрестке шептались. Моей бывшей любимой жене. Не долго дева горевала, через месяц, как я пропал, к другу прыгнула в койку.

Этот же дом был именно моим, не замок, где полно гостей, просителей, кого там только нельзя было встретить. Тут я работал, тут намерен был свить любовное гнездо. Не срослось. Кстати тут и часть казны я прятал. Сделан он был по моим чертежам, вернее учел архитектор все мои желания, строил я его пять лет. Из первой компании привез огромную добычу. Вот её и тратил. Тогда еще родители были живы. Мне о герцогстве горевать не приходилось. Была еще и вторая, и третья военная компания, не бедствовал.