Чтение онлайн

Зато Рембу радость, он наконец нашел себе по руке замечательный девайс. Корд, стал его любимцем. Калибр 12,7 ммм, патронов к нему у нас с прошлого раза запас остался, да и сейчас не мелочились, забивая грузовик. А ПЗРК шел сладким бонусом, ракет около сотни, может и маловато, но все одно вкусно. Эта радость досталась Меткому и Холодцу. Большая часть элитников нам теперь не страшна.

Про «Утес» я промолчу, пока они в ящиках, стабу будет что предложить. корды оставим себе, и конечно поделимся со стронгами. Так их всего пять экземпляров, утесов пятнадцать.

Ретивому в самый раз такое оружие, он из стаба только со Зверем и Пулей вылетает, из квазов в человека не желает перевоплощаться, – его жизнь, его выбор.

Помещается только в грузовом, заменяет пятерых бойцов. Силен спасу нет.

Так ремарочка.

Грузовой 2 напоминает колорадского жука. И ножки стойки завершают картину и не раскрытые крылья. Похож.

Техна уже бросает в его сторону взгляды конструктора. Тем более машина работает даже тише катара. Я не разбираюсь, что, да почему, нет желания в технические дебри лезть. Хватает других забот. Кристаллы в основе моих размышлений. И еще за Черным приглядываю, этот поганец вознамерился всю аппаратуру следящую снять. Нет, мысль здравая. Но не когда нам надо за периметром в два глаза смотреть, неотрывно. А его плющит. Реально. Он с системой разговаривает, как с девушкой любимою… извращенец.

Про чайники и микроволновки разговор с Бухом помню, тут не только это на кристаллах завязано, плиты, холодильники и т.д. и т.п. Нескончаемое. Куда же все это добро вместить?

А библиотека? Наверняка там есть что–то стоящее, а мы и не озаботились. Все завтра туда всех погоню, на дежурстве Ремб. Можно спать спокойно, этот Черному не даст развернуться.

Оказывается ночью они все же поговорили по душам. И вынесли на совет бригады следующее предложение: «Грузовик на крыше гостиницы припарковать, я скрыт подержу, Малой периметр, а стрелки с Черным все же систему снимут».

– Не вопрос, я и остальные, – за, – да и Черный успокоился.

Библиотека — это последнее не осмотренное место. Пронеслись вихрем. Не на своих двоих, я привыкаю к катару. Да и таскать на горбу не приходится. В случае чего вверх всегда есть возможность взмыть. Со мной все остальные, кроме дежурного Малого, так основная масса награбленного, слава Стиксу, упакована, место осталось только в моей карете. Если не будет эксцессов, то после обеда вылетаем. Если тут ничего не обнаружим, так с магазина кое–что закинем и вуаля.

Кое–что, понятие расплывчатое, основной товар выгребли, остался или чрезмерно габаритный, либо на Стиксе совершенно бесполезный. Сувениры или золотишко, например. А вот над свадебными салонами я бы не смеялась, какой женщине, да хоть у черта на куличках в торжественный день не хочется быть самой–самой! В принципе, мы как раз в том самом месте, чем кулички и Стикс разнятся, по моему мнению, совершенно ничем. Попа, она и в Африке попа, разница в цвете.

– Что–то на лирику и философию потянуло, – ребята, что там?

– Слава, тут странность.

– Какая?

– Хранитель сего места.

– Что ни так с библиотекарем?

– То–то и оно что не так.

– Не определяется?

– Да. Может он, как Черный? Не урчит, но и адекватным иммунным сложно назвать. Странный в общем. Иной, не иной, не понятно.

– Иду, пусть Техна меня за рулем сменит.

– Не за рулем, а штурвалом, – вмешивается Техна.

Сколько раз она меня поправляет, не счесть, но катар я воспринимаю машиной. Свой по крайне мере. Эх, тачанка, растачанка, в ней четыре… крыла.

– Стикс, шутник, зараза, шельмец!

Я бы еще долго могла проходится по этому божеству.

– Но библиотекарь меня обломал, – не поминай отца нашего де… высшая.

Видно по стариковски меня хотел назвать деточкой или девушкой.

Он смотрел на меня изучающе. И слава Стиксу, на членов моей команды не обращал внимание, смотрел совершенно черными глазами, без белка, Скреббер! Мать моя женщина, отец мой мужчина!

– Я старший!

– Да старший, ты старший, не спорю.

А в голове вертится, делать–то что? Не кинулся бы на друзей. Новорожденный скреббер очень опасен и не предсказуем. Но кажется он не испил крови, может и обойдется. Не его ли мумии искали.

Нельзя такую силу в чужие руки отдавать. Оставим, его точно тут обнаружат. Жаль Саша не подскажет, через столько границ связь сбоит. Что же, что же?Наконец я встряхнулась.

– Еда не убегай, я сыт. Это не мне, ребята побледнели, они поняли, что с этим существом шутки плохи.

– Не еда! – в моем голосе металл.

– Почему?

Как ему втолковать? Выкрутится?

– До этого что ел?

– Свет, мало.

Я засияла, как медный самовар.

Вытащила из кармана пару кристаллов, протянула.

– Вкусно, мало.

– Холодец шепотом, – у меня есть контейнер.

А почему нет, попробовать можно.

– А ну стоять! Это я скребберу. В одну секунду он перетек к Холодцу. Гипнотизируя мужика глазюками.

Вот теперь они прониклись основательно. Я успела встать между ними. Хотелось ухо выкрутить малолетнему поганцу, убеленного сединами. Раньше мужику точно за пятьдесят было. Теперь, черт его знает, в пределах тринадцати лет, гормоны, переходный возраст. Я даже на миг представила, что бью по полу огромным шипастым хвостом. Не довольная я, дракоша, под человека замаскированная.

Скреббер пискнул.

Теперь на мне осуждающие взгляды скрестились. Жалеют мать его! Себя бы пожалели. У меня в рюкзаке тоже есть еда в тюбиках. Достала, показала на примере и понеслось. Он ел, я успела своих за дверь спровадить. Они тоже вытащили запасы, плавненько, не делая резких движений.

– Дала команду, – план меняется, демонтируйте систему, иные сюда не ступят. Как управитесь, мяукните. Он со мной полетит. Все вопросы и ответы в стабе. Ясно?

– Кажется мы догадались уже, – за всех Холодец ответил, – кто, что, точно на тебя не кинется?

– На меня нет. Найдите хоть какое нибудь мясо вареное, можно и сырое, курицу, говядину. На крайний случай тушенку, побольше в мой катар перегрузите и десятка два кристаллов. В катаре есть возможность их восполнять.

– Сыт, спать.

Облезешь. Спать он собрался. А поговорить? А воспитывать? Вот в катаре и поспишь! Возмущаюсь мысленно.

– Нет, слушай.

– Слушаю, спать?

– Да, но не здесь, опасно.

– Понял.

– Полетишь со мной?

– Да, высшая, отец сказал, – спесь с тебя надо сбить. Хранитель тебе на воспитание.