Чтение онлайн

От размышлений Феррума отвлекла донявшаяся с матраца от одной из стен в квартире тень. Даже если бы старшина не знал что там лежит Валентина, он бы узнал этот могучий силуэт. Женщина подошла и встала рядом со светом направленного в пол фонарика. Окна надежно занавесили, но все равно никто не устраивал большую иллюминацию.

– Не спится? – спросил Ферр уже спрятавший коготь на обычное его место.

– Да, - тихо ответила Валя и спросила. – Что ты будешь делать с этим когтем?

– Хочу заказать из него нож. У меня в том мире был нож Глок. Я его и тут какое-то время таскал, пока муры не решили, что им он нужен больше. Потом я его вернул обратно, но все же умудрился пролюбить. Не поверишь, спохватился уже в башне, а стал вспоминать, когда видел, так еще на сухой земле со стороны муров. Так вот хочу прилепить к нему такую же рукоять с гардой, как была на моем Глоке. Получится идеальный инструмент и оружие ближнего боя, - не стал экономить слова для ответа рейдер.

– Неужто так хорош? – удивилась Стрыга не знавшая истинных свойств этого предмета и думавшая, что затея с когтем только прихоть.

– Скажу так, меня вполне устроит, а в других руках будет бесполезен, - подпустил чуть мути старшина.

– Даже так, - Валентина присела рядом на корточки, и ее голова оказалась примерно на том же уровне, на каком находилась голова сидевшего на стуле в расслабленной позе Ферра.

– Даже так, - подтвердил старшина, и разговор на какое-то время смолк.

Наконец, решившись спросить Стрыга, оперлась на колено мужчины ладонью и приблизила свое лицо вплотную к его уху.

– Скажи мне, что ты нашел, когда обыскивал Салика. Хохмач сказал, что ты забрал с его тела аптечку, - прошептала леди кваз тихо и в самое ухо, так что старшина почувствовал сколь горячее дыхание квазизаражонной, нежели дыхание любого нормального иммунного.

– Валя мне просто нужна была аптечка. Если убийца не Салик и до сих пор жив, то мы все выясним в Башне. До этого времени все забудь, - столь же тихо ответил Феррум.

– Это был знахарь? – не унималась та.

– С тем же успехом можно сказать, что это была ты, - прошипел мужчина.

– Ты офонарел, - прозвучал тихий рык.

– Сейчас ты его обвиняешь так же голословно как обвиняли тебя. Нужно опрашивать всех выживших. Видел ли кто что. Может кто-то видел, как этот Салик через стену к знахарю проходил, но сначала почему-то не сказал, а потом стало поздно?
– не уступил бывший милиционер.

Квазка только фыркнула на не устроивший ее ответ и, поднявшись на ноги, безошибочно в темноте нашла выход из квартиры и куда-то ушла. С ее нечеловеческим зрением это было вполне возможно. Зараженные от топтуна и выше прекрасно видят в темноте, а она видела только чуть хуже, хотя на топтуна не походила. Впрочем, она совсем ни на кого не походила. Словно ее изменения сопровождал какой-то знахарь, и она врала будто мутировала бесконтрольно на кластерах. Может и врала, но зачем? Бывший милиционер решил не забивать себе голову еще и этим. Врут все и он сам не исключение.

Когда Феррум достоял свою смену и разбудил следующего часового, Валентины еще не было. Искать он ее не пошел, а предупредив сменщика, что командир вышла, устроился на отдых. Решил, что пусть Стрыга проветрит голову, а после все будет в порядке. Он ошибся. Голову никто не проветривал. В соседней квартире стояло несколько коробок с каким-то крепким и безумно дорогим в том мире пойлом складированных там во время одного из рейдов. Валентина хотел снять стресс и пила без боязни, рассчитывая на организм кваза. Она тоже ошиблась. Нескольких литровых бутылок хватило не только что бы наполнить желудок как воздушный шар, но и что бы решиться, попытаться самой с пьяных глаз расставить все точки над «ё». Ведь недаром говорят, что у трезвого на уме, то у пьяного на языке.

– А ну подъем?! Разбираться будем, - прорычала Валя с лестничной клетки, ни сколько не приглушая голос, и ввалилась в помещение, размахивая фонарем едва ли ни как джедай световым мечом во время боя.

– Что такое? – народ стал вскакивать, хватаясь за оружие, едва не решив, что случилось нападение.

Часовой стоял и бездумно хлопал глазами с раскрытым ртом. На посту сейчас стоял Снека, а такой он своего всегда твердого как камень и трезвого точно стекло командира никогда не видел. Вот и не знал вроде бы бывалый рейдер, что ему в такой ситуации делать.

– Валя, что за закидоны, да еще и в рейде? – вскочил разглядевший, что командир пьян Хохмач.

– А это мы сейчас вот у него спросим, - к ее чести Стрыга не схватилась за оружие, а то бы тут уже началась перестрелка с минимальным числом выживших в итоге, но луч фонаря обвинительно уставился на Гайдука. – Говори, паскуда, зачем ты замочил Гранита? Ты его убил ради этой сраной белки? А потом еще и меня пытался подставить, будто это я его убила? – помимо фонаря на знахаря уставился еще и узловатый палец с внушительным когтем.

– Валя ты, что за чушь порешь? – захлопал глазами бездоказательно обвиненный человек, продолжая сидеть на том месте, где до этого лежал и со спокойной душой спал.

– Хочешь сказать, это был не ты?! – вот теперь Стрыга зарычала по-настоящему.

– Валя, это был не я. Мы с ним были друзьями. Валя, я знахарь, а не мур какой-то. Мое призвание спасать людей и помогать им с дарами. Улей не дает дар знахаря кому попало, - стал оправдываться знаток Улья.

– Точно не ты? – на грубой даже под глазами коже квазки появились слезы.

– Не я, - покачал мужчина головой, и леди кваз бросилась на него.

Кое-кто напрягся думая, что все писец котенку, но обошлось. Валентина кинулась не душить Гайдука и не рвать его голыми руками. Она обхватила его как подросток любимую детскую игрушку, с которой еще не расстался, несмотря на возраст. Сжав иммунного в объятьях квазизараженная разревелась в голос, точно сопливая девчонка. Собственно в ней сейчас на время и проснулась та самая сопливая восемнадцатилетняя девчонка, что попала в Улей несколько лет назад. Она давно забилась в дальний угол сознания и отдала верховенство той самой хладнокровной практически железной бабе, которая прошла через предательство, групповое изнасилование, превращение в кваза, но никуда не делась.

– Да мы с ним.… Да я его… - что-то пыталась произнести пьяная женщина, но давилась текущими ручьем слезами и отчаянными всхлипами.

Глядя на эту картину Феррум не растрогался. Ему припомнился знахарь, что смотрел его на стабе муров. Получается, встречаются и среди этого гнусного общества представители всеми уважаемой в Улье профессии. Понятное дело, что знахарский дар не получит человек не имеющий желания помогать людям, но жизнь такая что благими намерениями вымащивается прямехонькая дорога в ад. Да и люди со временем меняются. Сегодня он искренне готов помогать всем, а через пару лет своя рубашка ближе к телу и умри сегодня ты, что бы я умер не сегодня, а завтра. Дар же уже никуда не денется. И можно спорить сколько угодно, но иногда обстоятельства сильнее хороших людей и заставляют встать их на темную сторону.

– А ну все тихо. У нас гость, - объявил Сфинкс.

– Кто? Где? – встрепенулись все, но заговорили хором только Гриф и Хохмач.

– Один человек. Залез через окно в квартиру на первом этаже под нами, - дал все возможные на тот момент пояснения сенс и, глянув на вроде начавшую успокаиваться, но еще невменяемую пьяную лидершу взял командование отрядом на себя. – Ферр, Гриф и Фалд. Проверьте, - дал он указания.

Феррум кивнул, включил подствольный фонарь и, жалея, что у него нет приспособы, что бы прицепить к глазам бинокль нолдов со всеми его примочками, рысью метнулся к выходу. За ним рванул носатый снайпер, а третий участник группы высланной на проверку чуть поотстал, что бы дождаться одобрительного кивка от знахаря ставшего старшим в микро коллективе выживших трейсеров из отряда Гранита.