Чтение онлайн

Время было потеряно, и, соответственно, зачистка прошла сложнее. Кое где зараженные успели друг друга сильно погрызть. Что потом, кстати, тоже оказалось фактором, благоприятно сказавшемся на лояльности новых иммунных ко мне.

Деда я нашел, когда обходил дома в поисках зараженных, не смогших выбраться на улицу. Он не был ни болен, ни пьян — он просто спал. И когда я его разбудил, испугался, потерял дар речи и способность ходить. Пришлось его запереть, переложив на Первого сложности первичного общения с новичками.

Первый смог меня удивить. Бесцеремонно вытянув деда из дома, сразу впряг его и бабку в похороны односельчан, потом они грузили продукты из магазина, потом собирали вещи первой необходимости для себя. Первый позже объяснил, что смысла им что-то сразу говорить не было, что им нужно время отойти от первого шока. И что простая физическая работа идет только на пользу, загружая разум простыми действиями. Давая время пробудится в полной мере самому главному инстинкту — желанию жить.

Вечером, привезя новичков на тройник, еще раз представил их мне, потом познакомил с Кучей, потом показал наших собак, подопытного бегуна и Красавчика. Чем еще больше уверил их, что они попали в ад. И уже потом, поставив перед ними стопки с вонючим живцом, предложил рассказать о мире, в который они попали…

Спустя пару дней, новички освоились. Женщина начала проявлять неприязнь ко мне, к Куче, с которой её поселили, к собакам, к условиям жизни… Начала понукать Ломом… А дед… В общем, дед отказался работать, сказав, что свое он уже отпахал.

Ну что ж. Я не однократно себе представлял, как появляются на тройнике новые иммунные. Так что поведение новичков не стало для меня неожиданностью. Оно лишь подтвердило, что лучший проверенный механизм построения взаимоотношений придумали кочевники. Да, когда я первый раз услышал от Геймера о кочевниках, меня их социальный строй поверг в негодование. Но теперь… Теперь мне нужны люди, и других не будет. И спасать кого-то просто так я тоже не намерен. Разумеется, Первый об этом знал.

Утром четвертого дня, после перезагрузки, собрались за пустым общим столом. Было время завтрака, который был уже готов, но на стол еду не поставили. На лицах читалось недоумение. Первый пригласил всех садится. И как только расселись, я взял слово.

— Настало время напомнить нашим гостям, что они загостились и им пора, — поймал настороженные взгляды новичков.

— Это мой вам подарок, — положил на стол два шприца и два спорана. — Из споранов можете прямо сейчас сделать себе живец в дорогу. А в шприцах яд, на тот случай, если захотите быстро и безболезненно расстаться с жизнью.

Первый Переложил спораны и шприцы ближе к новичкам. Бабка потянулась к подарку, но увидев, как дед отстранился от стола, резко отдернула руку.

— Что же вы? Смелей, — улыбка, похожая на оскал, растянулась на моём лице. — У нас ещё много дел на сегодня.

— И куда нам? — нашелся дед.

— Странный вопрос для взрослых людей, — я рассмеялся. — Куда угодно. Вы свободные люди.

— Я хочу остаться, — высказал дед свое желание. Отчего бабка приуныла еще сильней.

— Отлично. Но за жизнь с нами придется платить. Спорана, что я тебе дал, хватит на день. Пол спорана за кров и еду. Еще пол спорана тебе на живец. Ты подумай. Если вернёшься в Сосновку, то живца из спорана хватит на два дня. Но я бы советовал тебе сразу идти к Кварталу — это место, где можно охотится на зараженных и добывать из них спораны. Всего пятьдесят километров от сюда. Есть карта. Можешь даже взять любую машину в деревне.

— А я? — робко спросила бабка.

— Ты тоже можешь взять любую машину.

— Но, — было хором начали новички.

— Короче, — оборвал их. — Можно остаться, работая за еду и жилье. Живец идет в долг. Сможете предложить свои полезные навыки или идеи, что принесут нам выгоду, будем передоговариваться, списывая долг. До тех пор, все, кто мне должны, моя собственность. Накосячите- выпорю. Попытаетесь сбежать — поймаю и скормлю собакам. Всё. Минута на раздумье. Или остаетесь, или до свидания.

И повернувшись к Первому, кивнул, давая знак, что можно уже и позавтракать.

Новички остались. Прямо во время завтрака Первый их и окрестил. Дед стал Дедом, а бабка, соответственно, Бабкой. Крестный Первый, Стаб Треугольник. По подаренному спорану я им оставил, а шприцы с токсином забрал. Их жизни теперь принадлежали мне, так что яд им не к чему.

После завтрака Первый вместе с Ломом и новичками уехал в Сосновку. А я, немного походив кругами, принялся за изготовление споранового концентрата. Куча вела себя странно. Она не ушла патрулировать с Грандом. Было похоже, что она хочет поговорить, но не решается. Вроде как уже решившись, подходила к гаражу, и, в последний момент, уходила в сторону. Мне это быстро надоело.

— Стой, — остановил её на очередном заходе. — Сюда иди.

Она тряхнула головой и решительно подошла.

— Говори, что хотела.

— Это не правильно. Ты не дал им выбора. Рабство это отвратительно. Мы таких… — она осеклась.

— Во как… А я вот думаю — может тебя выпороть?

Глаза Кучи округлились.

— Тыкаешь мне. Морализируешь. Угрожаешь, — продолжил я. — Ты, которая меньше чем за месяц задолжала мне больше, чем эти стариканы задолжают за пять лет, оба.

— ВЫ не предупреждал, — с вызовом заявила Куча. — Мы ни о чем не договаривались.

— Ну, и. Сказал сейчас. Что это меняет. Или ты бы отказалась, зная, что сможешь снова нормально ходить. Кстати, а почему ты не отказалась, после того, как узнала стоимость спека?

— Я… Я думала… — она запнулась.

— Что? Что ты думала? Что я спек из лужи начерпал? Или что за тебя Геймер заплатит?

— Я сама могу! У меня есть чем, — она было сорвалась с места.

— Стоять!.. Вернулась назад! Сколько ты мне должна, будем решать позже и, поверь, сумма будет сильно зависеть от моего настроения!

Куча стояла напрягшись. Мелкая. Лысая. Сжавшая зубы и кулачки. Шумно дыша. Я представил, как бы сейчас разувались её ноздри, если бы они были. Мне совершенно расхотелось с ней ругаться.

— Короче, — продолжил примирительным тоном. — Ты же не вчерашняя. Включай голову. Основная проблема большинства новичков — это жалость к себе и искренняя вера в то, что им кто-то что-то должен. Сейчас же у них появилась злость. Они злятся на меня, что я загнал их в кабалу, но это не важно. Важно, что теперь у них будет время, чтобы понять, что они не доживают последние дни, а наоборот, что жизнь только начинается. Будет время, чтобы найти себя, найти свое место в этом мире. И если хочешь помочь — помоги им стать полезными, чтобы у меня появился повод платить им, а не содержать, как тупой скот. И это — не вздумай расхолаживать их, ну, что я говорил не на полном серьезе. Очень не хочется прибегать к наказаниям…

Как ни странно, Куча быстро нашла общий язык с Дедом. По вечерам они о чем-то долго разговаривали. Потом эти разговоры превратились в обсуждения, споры. Появились листы бумаги с набросками. А когда я спросил Кучу, что она думает о Бабке. Она лишь фыркнула, обозвав Бабку старой блядью и захребетницей.

Где-то через неделю после перезагрузки Сосновки, может и раньше, просто через неделю я решил первый раз осмотреть новичков. Так вот, Улей одарил новичков умениями. Деда «силой». А Бабку одной из разновидностей умения, позволяющего управлять своими чувствами восприятия, ну, к примеру, способностью лучше слышать или видеть. В Бабкином случае — это была способность чувствовать запахи, причем в очень урезанном виде. Короче, Бабка могла по желанию перестать чувствовать запахи. Тут, как говорится, Улей услышал её желания на все сто, а то она мучалась, жаловалась, что у нас воняет.