Чтение онлайн

Рассказав один раз, Геймер пошел на второй круг, вспоминая и уделяя больше внимания мелким подробностям. Я его слушал в пол уха, иногда что-то уточняя, но в основном был занят делом и собственными размышлениями.

Из намытой паутины должно получится около трехсот доз серого спека. И первый вопрос, точнее задача — нужно как-то правильно рассчитать имеющуюся кислоту, чтобы её хватило с учетом того, что мне ещё растворять красную паутину. Второй вопрос больше теоретический — знал ли Толстый об объеме паутины и количестве спека, который из неё можно сделать, когда предложил Геймеру две горошины? Нужно отдавать сразу весь объем, или стоит придержать процентов двадцать, или даже тридцать на будущее? Какая реальная цена спека? И самое главное, нужно ли Геймеру говорить о реальном объеме спека? Меньше знает, крепче спит. Точнее, не придётся юлить перед ментатом, если спросят. А так-то, всё равно по итогу он останется при своих интересах. Продавать самостоятельно спек я не собираюсь.

Цветных волокон, в мытой паутине, кстати, оказалось совсем мало, в лучшем случае на половину дозы оранжевого спека, если считать по токсину. Хотя, как-то быстро я зажрался в своих расчетах, ещё ничего реально не получив. Это десять горошин в оптовых ценах. Я на переработке всей привезенной Геймером паутины заработаю немногим больше.

В конце концов я решил оставить в запас четвертую часть спека, что получится. Точнее, четвертую часть мытой паутины. Это решает, по крайней мере сейчас, проблему нехватки кислоты. Хотя, следом, сразу определилась следующая — нужны шприцы для спека.

Мест, в которых можно попытаться найти нужное, два, и оба они в Квартале. Гомеопатическая аптека и небольшой аптечный отдел в торговом центре. Быстрый кластер Квартала перезагрузился вчера, то есть после завтра можно уже съездить, поискать шприцы.

Сообщил об этом Геймеру, и, неожиданно, нажил себе огромную проблему. Геймер стал моей тенью. Объясняя это тем, что если со мной что-то случится, то ему нет возврата ни в Котелок, ни в какой-либо другой стаб региона. Поэтому в Квартал он пойдет со мной. А до этого будет рядом, чтоб я не сбежал. Ибо после случая с зачисткой Сосновки веры мне нет.

Перед поездкой в Квартал, сходили на охоту. Способ отпугивания зараженных при помощи кусочков зайчатины, пропитанной в токсине, отлично себя показал. Поэтому нам нужна была зайчатина. Можно, наверное, было бы попробовать тоже самое с мясом рыб, но экспериментировать, идя в Квартал с Геймером, не хотелось.

Машину, как обычно, оставил в паре километров от Квартала. Лишний раз не рисковали. Сначала сходили в аптечный киоск в торговом центре, выгребли все шприцы и бутылочки со спиртом, и отнесли в машину. Потом пошли в гомеопатическую аптеку. Всё для того, чтобы не пересекать долгий кластер квартала по открытому пространству от торгового центра до крайнего, с противоположной стороны кластера, дома. Обходить кластер слишком близко к стройке всё еще было невыносимо противно.

В гомеопатической аптеке шприцов не оказалось, если не считать десяток упаковок для каких-то технических целей. Зато нашлись пластиковые флаконы для растворов. Также в лаборатории нашли почти полную канистру с четырнадцати процентной соляной кислотой, дистиллированную воду и справочник плотности растворов. Порывшись в котором, я нашел таблицу плотности растворов соляной кислоты. К моему удивлению, максимальная концентрация соляной кислоты, указанная справочнике, сорок процентов. Так что та кислота, что передал мне Айболит, имеет почти предельную концентрацию.

Когда вернулись, я смог наконец-то свободно вздохнуть, оставшись один. Геймер пошел надоедать Первому.

Всего получилось двести двадцать доз серого спека, округлил для ровного счета когда разбавлял. Сто пятьдесят в трех пластиковых флаконах, по пятьдесят доз в каждом. И еще семьдесят в шприцах, тридцать восемь из которых — это оплата стоимости паутины. То есть моя часть, после того как Геймер продаст излишки Толстому, составит девяносто один споран.

— Возьми мою часть споранами, — попросил Геймера, упаковывающего спек в рюкзак.

— Всю сумму споранами? — уточнил он.

— Да. Горох нам здесь совсем ни к чему.

— Что так?

— Мне и Первому нельзя, а Лом пока перебьётся.

— Ну, с тобой всё понятно, — Геймер постучал ногой по полу, намекая на мои изменённые ноги, то есть на мое квазизаражение. — Что с Первым то случилось? Вроде ещё недавно можно было.

— Ничё не случилось. Точнее случилось, но раньше. Короче, Первый вроде как хигтер, и чтоб его дальше правильно развивать… Одни проблемы, короче.

— Не знал, что у тебя была жемчужина. Не жалко было отдавать?

— Не было жемчуга. Это я с гороховым раствором начудил.

— Дааа? Ты только что себе ещё один приговор к пожизненному сидению в клетке подписал. Понимаешь? — Геймер сделал паузу. — Думай, что и кому говоришь. Лучше молчи. Но мне можно. И Первому скажи, чтобы не хвастал хигтерством

— Он еще не знает.

— Это хорошо. Но если что, говори ему, что жемчуг был.

Глава 42

Амплуа «пилигрим»

Глава 42. Амплуа «пилигрим».

Два дня назад.

— Так и будешь сидеть рядом?

— Мешаю?

— Нет. Просто я уже влез в работу и это надолго.

— Намекаешь что…

— Не намекаю — прямо говорю. Пойди, займись чем-нибудь. Вон с Первым пообщайся.

— С Первым не интересно. Я с тобой поговорить хочу.

— Говори.

— Ну, не… Чё сразу я? Может мне тебя послушать хочется. Неужели тебе нечего рассказать крестному? — Геймер демонстративно развалился в раскладном кресле-шезлонге.

.

.

.

— Знаешь, мне кажется, что просто возить спек для тебя мелковато.

— Ну, все с чего-то начинали.

— Я не о том. Ты же помнишь наш разговор, что нужно собирать информацию, чтобы понять, что от нас хочет Улей.

— И? Что не так? Что мешает с людьми общаться?

— Всё так. Просто мелковато. Никто не будет серьезно относиться к перевозчику спека, даже наоборот, будут пытаться от него избавиться. Или постараются к тебе ограничить доступ. К примеру, что будет делать Толстый, чтоб не дать тебе работать с его конкурентами? Думаю, как минимум будет шантаж, что на тебя могут стукануть за стену.

— И? Что надумал?

— Ну, ты так удачно прописался у байкеров, и так красочно рассказывал об этом, что я подумал, что нужно развивать это направление. Тебе нужно стать любимцем публики, ну, типа, странствующим поэтом-песенником.

— Прикалываешься? Какой из меня на хрен поэт-песенник?

— Ну да, никакой.

— Бля… Я думал ты серьезно.

— Тогда… тогда пилигрим. Да, точно, так даже лучше.

— Бля… Ещё лучше.

— Ну, не пилигрим, но образ подходящий.

— Образ монаха?