Чтение онлайн

– Это сколько километров экономии?
– качаю головой.

Анализ данных нужен, возможно срезать можно, или наоборот в такую задницу попасть!

– Слава, ты про атомитов?
– уточняет Ноль.

– Про них болезных, про них.

Склонились над картой, по прямой до кластера Зверя километров пятьсот, но и слева и справа выделяются зоны атомитов, да и прямая на Стиксе — это из раздела фантастики, но в противовес можно провести дорогу караванов. В чем же разница?

В протяженности кластеров и их времени перезагрузки.

Конечно не зная, можно даже не пробовать рыпаться. Но у нас целых две волшебных карты, с их помощью можно делать практически точные расчеты передвижения. Задачу дала обоим Искрам, они своими мозгами быстрее с расчетами справятся.

Я задумалась, вроде не далече, но надо ли в данный момент оголять оборону Отрадного.

Ведь с расширением стаба, наш сектор закрыл четвертую часть обороны. Заберу людей — подведу Заката.

Не заберу — кто же будет нам тут помогать вывозить бронетехнику, да и Нолю надо к своим. Одного его отпускать — чревато, вдруг опять пропадет? И так еле нашелся. Конечно он не трехлетний малыш, но я же замечаю, как он смотрит в сторону Отрадного, которого и на горизонте не видно. Группой всегда легче продвигаться. Что греха таить, я тоже скучаю. Особенно… по всем скучаю, Зверь в том числе.

Как вариант прорываться малой группой — Искры и андроиды, нет без Искры один не будут остальные бардаки работать.

Тогда Искра два, два ведомых бардака и андроиды. Туда-сюда недели три, если обратно лететь. Какой Катар брать? Думаю грузовой и Пулю забирать.

Так, хватит мозг насиловать — решать уже на месте будем. А то занялась разделкой не убитого элитника.

Ноль командует:

– Инжир и Шум — думайте как перекрыть туннель, мы со Славой вниз, остальные, Баш - на тебе.

– Баш, - тут и думать пока нечего, Лиса к Сильверу, Кок на кухню, а мы с Мажором на пункт управления, есть там несколько не решенных задач. Везунчик?

– Лиса встревает, - Сильвер спит, Огонек справляется, если что позовет, так что я и Везунчик займемся расстановкой сгруженного имущества, а то у нас сейчас в боксах черт ногу сломит, патроны и снаряды вперемежку с остальным… Благо добычу барахлом не назвала.

Не порядок.

– Права, поддерживаю, — Баш на самоуправство Лисы реагирует адекватно. Так она дело говорит.

Добавляю свои пять копеек:

– Мы как с Нолем осмотримся, тоже придем помочь. В первую очередь все продукты отгрузите Коку. А там он сам разложит, как ему удобно.

Кухню мы под свои нужды заняли в одном из ресторанов, на третьем этаже, она Коку приглянулась, а нам зал понравился, не дюже огромный, не банкетный — средний, уютный, но мы разместились в нем нашим табором, не как сельдь в банке.

Так вот только спустились, осмотреться не успели, как Мажор оповещает: «На хутор проникновение, следилка работает исправно, может подниметесь?»

– Почему нет? Поднимемся. Тут только ящики, вдвоем до нового пришествия будем их вскрывать.

– Баш, как всегда хохмит: «Пришествия дождались».

Помню в той жизни объясняла своей дочке, значение слова — аурики. Вот тут они самые.

А у реки, а у реки, а у реки… в реалии Стикса — гоняют девок, гоняют мужики. Пригляделась.

На разных концах нашей баррикады, между собой, огрызаясь ленивыми очередями, засели две группы. В одной — брутальные, качки - мачо, в другой дрищи, но экипированные по-полной. Так и хочется сказать против команды «мачо» вышла команда «ч*о».

А потом у мачо, спереди, заметила выдающиеся женские бюсты. Вот и вспомнилась песенка. Можно спорить — кто кого гоняет или отгоняет. Точно на свою пятую точку привадят иных. Те насиловать не будут, пожуют — не выплюнут.

Так и получилось — до стрелялись. Теперь обе команды спрятались за кольями и отстреливаются от иных. На ринг вышел рубер «Брюс». Свита пока в ранге зрителей.

Вот спрашивается — чего стреляли? Автоматная пуля руберу, как блоха, кусающая собаку. Неприятно, но и не смертельно.

А рубер хорош — броня черная, отполированная, глаз за щитками костяными не видно, еще и лапой их прикрывает.

Свита хилая — с пяток бегунов и один топтун. Глухие или хромые что ли? Когда бомбили заправку, где варежку разевали? Или за этими рейдерами хвостом бегали?

Бегунов все же ушатали, не скоро, угробив почти два часа, на этот раз слаженно группы сработали.

Но и рубер не дурак, волшебным пенделем заставил раскачивать преграду топтуна.

Тот орал от боли, броня у него не такая, как у начальника, но от пуль спасает, зато колья хитро мы вкапывали, он один ствол шатает, зато второй ранит ему бок.

Руберу заминка надоела, как заорет на подчиненного - благим матом. Тот и дернулся от неожиданности. Застрял. Граната его достала. Видимо мало у групп серьезного оружия, вот и выжидали чтобы наверняка попасть. Вторая аккурат под брюхом рубера подорвалась. Ранило. Но не убило. И он решил раны в лесочке залечить. Эта тварь уже хитрая, убегая пару туш лотерейщиков прихватил. Патовая ситуация. Ни он до «мяса» не доберется, ни они ему ничего противопоставить не могут.

«Что сцуки сикельдявые, мы сами, пустоши с усами...», - донеслось в эфире, - добегались?

– Мать, так ты сама же, - глухо раздается в ответ.

– Сама, но думать надо было?

– Мам, ну мам, - конючит один из подростков. Вот теперь во всей красе видно членов и одной, и другой команды.

– Ладно, Эльза, тьфу, что за имечко поганое, - на вахте остаешься. Если что пали одиночными.

– Ок, Мэм.

– Нерусь…, - тихо выхватывает звук следилка, не громкое замечание под нос.
– Видимо мы тут надолго, - обведя взглядом -рентгеном округу, - женщина тяжко вздохнула.

Можно думать что угодно, но в наблюдательности и остром уме ей не откажешь.

– Вестник, что скажешь?

Женщина — Вестник молчала, прикрыв глаза. Была она высокой, лицо лошадиной породы, тело накаченное, как у культуристки. Единственное, что опознавало её, как женщину — не маленькая грудь и коса в два моих кулака по толщине. Коса, как змея скользнула за спину, когда Вестник сняла каску.

Раз начала, то и остальных опишу.

Всего в женском отряде — валькирий, шестеро членов. В том числе Вестник. Оставшаяся на посту Эльза, смотрится самой «миниатюрной» великаншей. Её же единственную почти не разглядела, она все больше к нам спиной повернута.