Чтение онлайн

В Стиксе я рыбалкой занимался впервые, мне это даже в голову не приходило. Поговаривают, есть отличные кластеры где можно поймать огромную рыбу и удачно расположенные островки, где тебя совершенно не беспокоят орды заражённых, но меня никто на природу не звал, да и времени не было.

Старшая сестра ухитрилась найти растения, которые выполняли роль приправ и даже своего рода овощей. В еду пошли клубни цветов и какая-то фигня, выкопанная и собранное вокруг болота. Всё было вполне съедобно и прилично на вкус. Никогда не подумал, что мне ещё придётся разнообразить своё меню несколькими змеями. Они всё равно ползали рядом и страшно раздражали моих жён, поэтому я их поймал и тоже пустил в пищу. Очень неплохо. Представления не имею о их ядовитости, и я им сразу отрезал голову и забросил подальше в черноту. Жизнь папуасского племени шла своим чередом, старшая сестра ухаживает за младшей, Луиза ныла, подгоняя нас отправиться в дорогу.

Вождь добывал еду, а жёны готовили, пока я валялся на травке и думал, что делать дальше. Ситуация была дурацкая до искривления сознания. К стабу-горе, где мы предполагали найти древнюю машину, регулярно приходили здоровенные, просто громадные заражённые, какое-то время тусили, а потом уходил. Вокруг нас были абсолютно пустые кластеры без жратвы и свежих перегрузок, а понять, что они тут делают я откровенно не мог. По непонятной причине, к горе со всех сторон приходила настоящая элита, стояла раскачиваясь некоторое время и уходила. Чего тварям здесь надо? Почему находятся именно здесь и каждый раз разное время? Для себя я твёрдо решил, что пока не уловлю хоть какой-нибудь последовательность и не пойму, что вообще происходит, с нашего болота ни ногой.

Всё это выглядело странным. Наверное, мне сейчас мог позавидовать любой натуралист, столько нового мне приходилось наблюдать, но меня это сильно напрягало. Я внимательно наблюдал за окружающим пространством, охотился, ловил рыбу и думал. Я не сомневался, что нам из черноты выйти дадут. Стаб с болотом находился на территории нашего чёрного знакомого, и не думаю, что такому важному другу поставщика палок как я, будут чинить препятствия, а вот обратно зайти наверняка не получиться.

Нам никто нам не обещал большего, чем для нас уже сделали, а вот поведение местной живности, старшей сестры и моей подруги меня заинтересовало. Занимаясь промыслом, я обратил внимание на то, что когда старшая сестра начинала петь, а Луиза принималась активно ныть, то лягушки и змеи ловились лучше, мальки подплывали ближе, а рыбины, свирепые хищники болота, с большей охотой ловились на мою удочку из блискучей брошки, и как раз к этому времени подходили заражённые. Всё происходило как-то одновременно и даже козявки начинали стрекотать веселее, а всякие жучки и бабочки порхали охотнее. Потом всё замирало и на следующий день начиналась заново. Я даже начал записывать время, насколько это можно было определить по солнцу Стикса, но каждый раз всё повторялось в разное время. Лягушки снова вылезали квакать, сестра пела, а заражённые собирались стадами и топтались на месте.

Мои графики всеобщего веселя пополнялись, и я уже мог уловить некие цикличности. Меня страшно смущало поведение заражённых. Они приходили к горе, остановились раскачиваясь и ни на кого не охотились.

После того что со мной случилось с момента того как я первый раз пересёк выступ пекла и попал к животным, я сильно поменял своё отношение к приметам, ощущениям и мистическим проявлениям. Я поверил во всё все дурацкие и самые идиотские истории, которые оказались правдой. Я даже отчасти согласен был с Вождём, который улыбаясь говорил про игровой мир. Соглашаться с чем было. Самые лучшие ножи я получал из лап говорящего кота, а мистика стала моей второй натурой, но главное с этим делом не переборщить и понять знаки правильно. Если перед тобой узкий проход сокровищами, то это не всегда значит, что тебя хотят одарить, а возможно в тот момент, когда ты ставь на четвереньки полезешь за бесценным богатством, тобой могут грубо воспользоваться. Всегда надо быть крайне осторожным в чтении мистических знаков, и в этом я тоже не раз убеждался.

На происхождение этого бурного веселья и его цикличность я обратил внимание сразу на второй день, после того как сошло действие стимуляторов, и мог отвечать за своё моральное здоровье, а вот понять его происхождение у меня пока не получалось. Похоже, я один остался бесчувственный сухарём и не вырубал, что происходит, но старался не обращать на себя внимание ни словом, ни делом никого не задевать, боясь спугнуть тонкую ниточку баланса. Я наблюдал и примерно уже выработал последовательности этого эмоционального всплеска. На всей этой территории единственный кого не касалось волна эйфории был я.

Мы здесь уже были почти неделю, все восстановились, живы-здоровы, полны энтузиазма и бодрости, но как пробраться между чернотой и горой представления не имею. Вокруг холма, который, наверное, и был той самой машиной закрытой или закопанной, а может быть в бункере наподобие тех, которые в войну строили фашисты, постоянно крутились крупные заражённые. После черноты ни какие патроны не стреляли, электроника не работала и стоял насущный вопрос как нам пройти?

За ужином я решился поднять тему общего подъёма настроения:

— Скажи, чего ты поёшь? — спросил я старшую сестру.

— А мне танк поёт, а я подпеваю.

— Он не тебе поёт, он меня зовёт! — возмутилась Луиза.

— А мне поёт, — упрямилась старшая сестра и показала Луизе язык.

— Ни фига он не поёт! Это он меня зовёт! — и Луиза бросилась на старшую сестру с кулаками, но была перехвачена ловким ударом в грудь босой пятки, и не раздумывая попыталась укусить женщину за ногу.

У меня отличная реакция, и прежде чем старшая сестра зацепилась моей подруги в волосы, я перехватил обоих дам за шкирку и стряхнул.

— Цыц женщины, а то на обед без лягушачьих лапок останетесь! Я сказал!

Долгая практика судьи научила задавать правильные вопросы, поэтому я довольно быстро выяснил в чём было дело. Оказывается, всё дело было в поведении древней машины. Из всех окружающих это место на многие десятки километров я был единственным, кто не слышал пение танка. Всё было, как и предполагал. Я подвёл итог:

— Луиза, подумай пожалуйста, только сейчас не отвечай, а ответишь мне завтра вечером. Сможем ли мы за несколько часов дойти до танка и попасть внутрь? Не думаю, что призывное пение и весёлые пляски помешают крупным заражённым пообедать такими вкусными иммунными как мы. Ты же понимаешь, что меня на таких здоровых аборигенов не хватит? С этого момента докладываем мне, когда и кому захочется петь или ещё чего. Теперь спать, а я лягу посередине, чтобы жёны во сне не подрались.

В ответ получил два свирепых взгляда. Как я люблю такие моменты.

Сколько не оттягивай тот момент, но он должен был наступить. Мы продолжали находиться на своём болоте, посреди черноты, и никуда они двигались до тех пор, пока я не перестал чувствовать заражённых. В моём лице не ахти какой сенс, но предположил, что если я заражённых не чувствую, то скорее всего и они меня не чувствуют тоже, а как-то перемещаться и подходить краю черноты, чтобы потом быстро оказаться на холме, мы не стали. Наша банда аборигенов провела довольно много времени именно в этом месте, и крупные твари нас чувствовали наверняка и привыкли к нашему положения. Если его резко поменять в присутствии местных обитателей, то это может вызвать нездоровый интерес к нашим перемещениям. Мы ждали пока заражённые разойдутся и у нас всё было готово к решительному марш-броску.

Как только никто больше не хотел петь, лягушки стали вяло переквакиваться, а не орать во всю глотку, а крупные хищники глубин ушли в воду, дав возможность малькам спокойно кормиться, я выдохнул и шагнул в черноту, таща за собой тележку с младшей сонной сестрой. Ничего не произошло, даже глаза остались равнодушны к аномалии, хотя именно они в первую очередь страдают. Жёны шагнули следом, таща запас продуктов и делая озабоченные лица.

Первым делом по выходу из черноты я бросил в неё сачок для ловли малька в виде бюстгальтера старшей сестры. Всё равно он нам теперь больше не нужен, а после рыбы она его носить отказывалась. Предмет женского туалета и рыболовную снасть по совместительству, разорвало на клочки, сразу как она попала в аномалию. Гостеприимство чёрного рейдера окончено. Он и так сделал невероятно много, но пора и честь знать. Обратного пути не будет. Моя выходка впечатления на женщин не произвела, а я рассчитывал… Мои дамы были слишком озабочены тем, что мы остались без защиты, и возможности вернуться обратно, и мы двинули вперёд.

Вопреки моим ожиданиям, девчонка уверена привела нас к одному из люков, как она считала. Танк был брошен давным-давно и за многие тысячелетия засыпался грунтом и оброс растительностью. Вырубить мелкий кустарник, срубить несколько небольших деревьев и выкорчевать пни заняло не очень много времени. Пальценож и Брат резали отлично, и мом было удобно рыхлить землю. С дальнейшим копанием также проблем не было. Наша сковородка-лопата, на которой мы жарили головастиков, змей и деликатесных ёжиков прекрасно выполняла свою первоначальную задачу. Так и продолжали.