Чтение онлайн

— Это как перезагрузка?

— Да, наверное, а я сейчас нестабильна. Я и машина сейчас опасны для всех окружающих.

— А твои не бросятся искать машину? Нас вполне могли заметить, да и цвет у нас как у реперской тачки? — попробовал пошутить я, чтобы сбросить напряжение.

Луизу это не улыбнуло и обзывать она меня не стала, а серьёзно ответила:

— Мы закрыли только самые большие порталы, через которые должна прийти тяжёлая техника, а без неё у нелюдей никаких шансов. Они ещё будут приходить сюда пару недель, а за это время мы успеем скрыться. Моему народу сейчас не до нас. Машине нужно дня два чтобы прийти в чувство, а я должна как можно быстрее уйти и затеряться. Не знаю сколько времени мне нужно для стабилизации, чтобы я перестала всех брать под контроль и убивать. У меня такое ощущение, что мною мир как-то по-другому мир воспринимается. Я сама не пойму, что это и откуда взялось.

— Знаешь подруга, у меня тоже ощущение, что что-то и у меня не так, после того как танк в голове поковырялся…

Мы скакали. Танк очень чётко отделял нелюдей от местной фауны. На заражённых он не обращал никакого внимания, правда даже и не пытался переступать, если кто-то оказывался под нашими лапами. Пару раз спугнули удивительных тварей, о существовании которых я даже представления не имел. Огромного, вполне узнаваемого элитника, жрал диск. Самый настоящий круг, который был оплетён чешуёй вроде змеиной и имел пасть вдоль всей окружности с огромными клыками и вторую пасть, с другой стороны. Когда мы приблизились, то видя такую громадину как наша тачка, он сбежал. С обоих сторон диска примерно посередине росли две лапы. Одна завершалась массивным копытом, а другая вполне узнаваемой трёхпалой рукой, имеющей два сустава и развитые мышцы, покрытые волосатой кожей. Диск, перепуганным нашим появлением, вскочил и бросив жертву, помогая удерживать равновесие конечностями укатился. Змеиная кожа по окружности пошла буграми и он лихо разогнавшись километров до шестидесяти укатил в сторону заброшенных построек, где и затаился.

— Луиза, ты видела? Это что такое было?

— Не знаю. Наверное, скреббер, их тут полно, но при приближении танков они всегда сваливают, а этот слишком жратвой увлёкся.

Я попросил машину ещё раз показать животное и как мог запомнил место его обитания. Это очень далеко от границы пекла, но мало ли, последнее время я так далеко забредаю, что возможно эта информация пригодится. Катающаяся зверюга сама по себе была удивительная, а ещё могла оказаться вполне функциональной для охоты.

Танк двигался быстро. Мы были уже меньше чем в паре сотен километров от границы полоски черноты отделяющую эту зону пекла от наших свободных территорий. Можно сказать, чувствовали запах дома и при желании и умении, вполне можо проползти на брюхе, Свят то ползал, а чем я хуже? Или Луиза здесь была раньше или танк имел карты, но двигались мы быстро и уверенно выбрались на огромный стаб. Она управляла техникой напрямую, хотя машина была повреждена и немного не в себе, но вполне работоспособна.

Вдоль границы территории росли могучие исполинские деревья, которые здесь не трогали тысячелетиями. Оно и неудивительно. Если сюда народ как-то и добирался, то это на бронетехнике и совсем не с целью лесозаготовок. Проломив первозданные джунгли из хвойных и могучих лиственных деревьев наш золотой лимузин забрёл поглубже и улёгся брюхом на грунт, подмяв крупные кроны. Мои электронные глаза отключились и через минуту ложемент открылся. Надо мной стояла подруга:

— Всё, пошли, сейчас надо забрать резонатор Нальву. Я его отключила от системы, и он ещё очень нестабилен и непонятно, вернётся ли в норму, его точно надо забрать. Танк без него прекрасно обойдётся. Нам нужно уходить.

— Луиза, может быть лучше поближе всё-таки? Сотка километров по пеплу, ещё этот ящик тащить. Есть идея его где-нибудь здесь поглубже прикопать.

— Резак, ты дебил? Это Нальву. Если мы его здесь оставим, то его найдут раньше, чем танк. Он вопит на всю округу и просто удивительно, что ты его не слышишь.

Я обратился к своим чувствам:

— Ты знаешь Луиза, а я его слышу. Я его прекрасно слышу, ещё и петь хочется.

— Да? — ещё раз удивилась подруга, как будто бы только что не удивлялась тому, что я его не слышу.

— Слушай, со мной вообще какая-то хрень происходит. После того как мы прокатились втроём в танке у меня в голове такая куча мусора стоит, раньше за собой не замечал. Я стал какой-то подозрительный. Не могу описать.

Подруга задумалась и осторожно сообщила:

— Я тоже чувствую, что со мной что-то не так, даже очень не так. Я это на свою нестабильность списала, но ты то полный иммунный и к воздействиям нимф, а скорее всего и к ментатам, и вообще ко всем мозголомам не чувствительный. Тебе по барабану, что на тебя там напустили.

— Луиза, а мене и сейчас по барабану, но раньше я мимо ушей пропускал, а теперь слышу, но мне по-прежнему пофиг.

— Это очень странно. Многие умения идут связками. Если ты имунный, то ты не должен слышать, а нимфа слышит, потому, что ей важна обратная реакция. Ты можешь быть одновременно и врачом, и палачом, и там и там анатомия, а вот следователем и воспитателем детского сада одновременно быть нельзя. Следователь должен во всех видеть ублюдков и никому не верить, а воспитатель детского сада до последнего должен во всех малолетних пакостниках видеть людей, иначе будет воспитывать одних моральных уродов. Понимаешь? Тоже и с умениями. Нельзя одновременно игнорировать ментальные воздействия и работать с ними. Невозможно.

— Ну, не знаю. Может это танк транслирует?

— Может, сейчас я в таком состоянии, что сама ничего не понимаю. И ещё, твоя ряженная старшая сестра с сиськами, нам оставила координаты для встречи. Это небольшой стаб около пекла. Можем не ходить, а можем пойти.

— Давай туда и двинем, пока от неё ничего плохого не было. Кубик только спрячем, хотя она его могла и раньше спереть. Не догадываешься что ей надо? Танк то мы уже захапали, вроде ничего больше прикольного у нас не осталось.

— Хочет поговорить с тобой и со мной. Так и написала. Это только сейчас танк сообщил. Мать её, таких прав вообще ни у кого нет, что бы машина сразу что-то не сообщал своему непилот-капитану! Мой отец, командующий бронегруппой и командующий эскадрой, даже он так приказывать не может.

— Луиза, да не заморачивайся так. Поговорим, и всё узнаем. Если она такая пупатая и главная, то могла нас сто раз придушить, а не письма писать.

Подруга зло засопела в порыве ревности к системам управления, а я, отбросив решение проблем на момент поступления, пожал плечами.

Мы отправились на нижние этажи и вышли в тот же ангар, в который входили. Одного из средств передвижения не было. Очевидно, его взяла поддельная старшая сестра, чтобы сбежать. Я уже привык, что у нео всё на ножках, но вопреки моему ожиданию разведывательный модуль не имел ножек, и был тот самый гироскутер с колёсами в полтора колеса крупного трактора в виде шара, разрезанного пополам, с укреплённой по середине кабинкой. Луиза открыла машину, что-то пощёлкала, потрогала и сказала транспорту, словно добродушной собаке, что бы он готовился к поездке.