Чтение онлайн

Чтобы прозвучала команда: "Марш!", нужна была кровь, или хотя бы первые выстрелы. Народ не вышел сегодня на работы. Все нарушили запрет на ношение оружия. Сильно не шумя и не встречая сопротивления, заняли здания, окружавшие рыночную площадь, в центре которой стоял тот самый неработающий фонтан.

Вальжан, оставшийся без большинства своих воинов, предусмотрительно заперся с охраной в ратуше. Другая группа сконцентрировалась на воротах, обеспечивая безопасность бегства для своего лидера. Или беспрепятственное возвращение в город карательных сил.

Его радист обеспечивал ему довольно напряжённые радиопереговоры. Вальжан кричал своему заместителю, заблокировавшему колонну Генерала:

– Ржавый! Тут в городе движуха нездоровая началась. Давай скорей с ними заканчивай, и назад.

Тот отвечал:

– Какая ещё движуха? Они только-только на дороге показались. Машины те самые, я их узнал. Скоро будут.

– Кажется, плебс восстал; пока тихо, но никто не работает, на площади собираются.

– Мне что делать? Уничтожить колонну?

– Стрелять пока не надо, будут потери. А вы нам все здесь скоро понадобитесь. Предлагай обмен. Македонского, Тракториста и Болтона за Калину с Уборщицей. И пусть валят, куда хотят, не заходя в город.

Вальжан усмехнулся:

– Дроны у нас теперь есть, как отъедут, раскатаем. Нам за спиной народные вожди не нужны. И быдло успокоится.

Ржавый согласился:

– Ваще, не ожидал от них, так спокойно всё было.

– Пока эти не появились. Знал бы тогда, и в город бы не пустил. Да повёлся на дроны халявные. И Богомол с Банананом меня не смогли бы уговорить. А тут им - интересы института!

– Так мы же думали, они вообще из Рынска не вернутся, проверить хотели, действительно там орда перестала кочевать, или нет.

– Тут по всему выходит, что не врали стронги. Орды больше нет. Самим теперь можно в Рынск ходить.

– И начнём. Надо только порешать текущие вопросы. Как людей поменяете и они отъедут, бахнем. Смерды сами успокоятся. Зачинщиков накажем.

Ржавый спросил:

– А много они тебе за Калину этого с Уборщицей обещали?

Вальжан как-то разочарованно ответил:

– Ну так... ксер работает. Все девайсы внешников восстановил. И эти дурачки согласились помочь неожиданно. Так что, я думаю, продешевил. Надо было, кроме починки Дронов, ещё и жемчуга попросить. Вижу, волнуются сильно, дали бы.

– Так скажи, ведь помощь от Македа – халява, и она как бы от нас.

Вальжан задумался:

– Я своё слово всегда держу, раз обещал, даже если невыгодно. Я ж не мур какой-то. Как договорились, так и сделали. Только надо нам теперь свою часть договора выполнить. Калину и Уборщицу выдать. Смотри, не облажайся.

Фоново послышалась команда Рыжего:

– Начали.

И тут же Вальжану пришёл доклад:

– Мышеловка захлопнулась. Стоят спокойно. Пошёл говорить.

– Давай.

Я увидел, как со всех сторон, из мусора, хоть и далеко, но на убойных дистанциях, появились несколько бронетранспортёров. Их башенки угрожающе смотрели стволами в борта машин нашей колонны.

Из-за первого камаза с песком выехал здоровый джип. Целый сарай на колёсах. Он был мне знаком по первому визиту в Пилон.

Из него вышел рыжеволосый, конопатый мужик с автоматом на шее и с гарнитурой рации на голове. Его бронежилет сверху был покрыт разгрузкой с многочисленными кармашками, забитыми разной военной амуницией. Он миролюбивым жестом поднял раскрытую правую ладонь.

Генерал выходил из связной машины. И вслед ему, на ухо, торопливо шептал Майор:

– Македонский передал, что Пилон на грани восстания, ждут твоего возвращения. Люди Вальжана блокированы в ратуше и на воротах.

Наш командир вышел Ржавому навстречу. Встретились они где-то на середине пути.

Клубы тумана, вперемешку со свалочными испарениями, пронзаемые лучами включённых фар, придавали картине некий сюрреализм.

– Здорово, Генерал! Надо поговорить.

– Здравствуй, Ржавый. В стабе бы и поговорили, что за необходимость в этом сейчас, да ещё и под стволами твоих пулемётов?

– В стабе тебе больше не рады. Ты поедешь мимо. А чтобы здесь не остаться навсегда, ты должен мне выдать Калину и Уборщицу.

Генерал поиграл желваками:

– В Пилоне остались мои люди, что с ними? И много трофеев с колонны внешников.

– Насчёт трофеев, просто забудь. А про Уборщицу с Калиной. Это дела института, меня не касается.

Генерал ещё раз, внимательно обвёл взглядом окружившие нас силы и сказал:

– Я тебя понял. Вы получите тех, кого хочет институт, за моих людей. Но сделаем так. Я хочу видеть здесь Тракториста, Болтона и Македонского. Тогда Калина перейдёт к вам. Потом вы передадите мне моих людей и получите Уборщицу. И я беспрепятственно поеду дальше в Хрущовку.

Вся физиономия Рыжего говорила, что если бы не определённые обстоятельства, разговор бы здесь был совсем другой.

И Генерал знал эти обстоятельства. Но иллюзий по поводу дальнейших событий не питал. Это Улей. И продолжил:

– Я хочу видеть заложников.

Рыжий заговорил в гарнитуру:

– Вы можете привезти сюда заложников?

Генерал усмехнулся:

– У вас какие-то проблемы?

Рыжий волком глянул на нашего командира.

И ничего не ответил. Если бы не эти проблемы... Разговаривали бы стволы БТРов.

Переговоры, через рацию, слышала вся колонна. И я с Алёной то же. Она спросила меня:

– Пойдёшь?

– Надо. Иначе тут будет бойня.

Моя любимая приобняла меня, посмотрела в глаза и поцеловала.

Не дожидаясь указаний Генерала, я сам пошёл к Рыжему.

Тем временем, в Пилоне начался бой. Из тюрьмы под ратушей вывели и посадили в джип троих заложников. Толпа атаковала охрану. Послышались первые выстрелы. Кто-то в отхлынувшей толпе заорал:

– Всё! Хана, братья. Теперь ходу назад нет. Вальжан будет мстить нам. Надо с его властью кончать!

Люди развернулись и начали пробиваться к охране с автоматами. Гремели обрезы, дробовики, охотничьи карабины и пистолеты. Всё, что было в тайниках повстанцев. В окна ратуши полетели "коктейли Молотова". Но там уже никого не было.