Чтение онлайн

— Лиз, это тебе прям папа так и сказал?

— Да. Он сказал, что ты меня привезешь и будешь полностью… Как он там выразился, точно не помню… Ну типа его на веки…. В смысле будешь вечно на него работать…

— Лиза, нет ничего вечного…

— Ок, мам, звонит Катя и мне пора…

И да, я собиралась ехать в компании расстроенной и нервной, глубоко беременной Леночки и папенькиной дочки, которая будет всю дорогу без умолку про него болтать.

Марьивана, ты попала!

— Мария Ивановна, на первой линии у Вас Блок, — и Ларочка соединила меня с Сашей.

— Салют, Мария! Я звоню тебе, чтобы сказать, что книга готова, это будет шедевр.

— Саш, не сомневаюсь! А чего на офисный, мобильного что ли нет?

— А может мне нужен был апломб?!

— У нас все это понимают. Высылай рукопись!

— Нет, я хочу. Чтобы ты приехала, и мы все обсудили лично, могу я покапризничать и призвать свою красавицу к себе.

— Саша, тебе можно все!

Как да, так нет. Подумала я.

Успех Сашиной второй книги — был безусловно и нашей заслугой, и нашим прорывом. Вместе с его книгой мы прогремели как издательство. Конечно, я не буду умалять его талант и настойчивость, но мы с Верочкой, его литагентом и боевой подругой, вложили кучу времени и нервов в сам бренд «Александр Блок». И он стал чуть не известнее и популярнее своего тезки.

— Машка, не томи и я тебя жду, сегодня.

— Леночка, — я вывела ее из очередной кручины, — ты сегодня работай тут, Лара, я уехала в «салон» …

Когда я так говорила. Все знали, что у Саши Блока очень важное дело и нужно ехать, а срочных дел у него ко мне было всегда много. Я привыкла, что за последние годы не только Вера, но и я была ему и мамой, и няней, и в последнее время еще и любовницей. А чего? Тужить за Алексом до конца жизни, всхлипывая: «А я другому отдана и буду век ему верна…». Пока он веселится с белобрысыми русалками.

Говорил Саша, правда гораздо лучше, чем действовал. И с завидной периодичностью звал замуж… Ну вот только замуж меня с недавнего, да, наверное, с давнего времени интересовал мало.

Как-то Вилка мне сказала, что я стала циничной и чёрствой, на что я парировала, что просто стала наконец-то самодостаточной личностью, которая не скулит в углу дожидаясь, пока породистый кобель обратит на нее внимание.

До Саши доехала за 15 минут. Вошла в уже открытую дверь. Сам Александр восседал на белом диване. Вопреки своей известности он остался верен стилю своего «салона», где проводил время, когда работал. Жил уже давно загородом в средней шикарности особняке.

— Я ждал тебя, — он попытался поцеловать меня в губы…

— Саша, сейчас только и только работа…

— Ну прошлой ночью ты так не сопротивлялась…

Прошлая ночь была сложной: Саша выпил 5 мартини в баре и решил поиграть в ловеласа, он заехал за мной на такси и предложил, очень неожиданно, развеется. Это означало, что он хочет меня. Ну такая, слегка извращённая игра для людей средних лет.

Секс с Сашей скажу Вам еще то удовольствие… Спросите меня зачем я вообще на такое пошла. В какой-то момент, в одном из наших литтуров, я настолько устала от его вопросов, как говорила моя бабушка, было легче дать, чем объяснить, почему нет. Я надеялась забыться и разрядится, но вместо этого получила еще более влюбившегося Сашу. Если для меня такие отношения были механическими и плотскими, но для него — это было откровение небес до мурашек. Я уже даже устала понимать, кто в этой кутерьме мужчина, а кто женщина. Я фактически его использовала, а он покорно ждал, пока… не стал слишком настойчив в своих желаниях. И еще больше меня пугало его желание незащищенного секса. Я категорически была против и пока мне удавалось держать оборону.

Осмелюсь заметить, что электрического разряда между нами не было, я не тонула и не растворялась в нем. Говорю же МЕХАНИКА! Все-таки я циничная и чёрствая стерва, твоими молитвами, Алекс Искра!

— Маша, ну хоть поцелуй меня, а то уже не могу терпеть…

Меня эти его сопливые штучки немного пугали.

— Нет, Саша, только работа. Давай все другое на потом. И вообще меня до Нового года не будет и у тебя еще будет время по мне соскучится.

— Ты уезжаешь, куда?

— Нью-Йорк, теперь наше издательство — часть огромной корпорации и должны соблюдать их условия.

— Но Маша, не проще ли тебе уйти и начать собственный бизнес и не зависить от корпораций.

— Нет, Саша, это уже дело чести, но думаю, после того, как вернусь мы сможем обсудить и мой уход в свой бизнес…

— И?

— Что и?

— И возможность стать моей женой?

— И возможность стать твоей женой, конечно. А теперь покажи мне твою рукопись…

Дорогие читатели, очень благодарна Вам! Meredith Brooks — I'm a bitch, I'm a lover

Наша Маша стала уже другой, а насколько? Ведь плоха та героиня, которая не развивается!

Мы летим в Лондон.

Ленка расстроена как всегда. Лиза наоборот на позитиве, невзирая на ранний подъем.

Она еще утром мне закатила.

— А можно я возьму Эй Джею пару «Жориков»?

Имелись в виду очередные щенки нового питомца Вил, тот давнишний Жорик "номер раз" давно сдох. Но Вил, не чуждая идеи клонирования, уже в который раз покупает таких точно псов.

— Лиз, мы не потащим через океан собак.

— Ну почему?????

— По кочану!

— Мам, это не ответ…

— А про «жориков» — это ответ, — смеюсь я

В аэропорту я беру их багаж и документы, и сама иду к стойке регистрации

Мои девочки, как лед и пламя — апатичная Леночка и гиперактивная Лиза.

Дай, Машка, тебе Бог терпения.

Когда мы проходим в зону посадки подбираю обеих под руки и тащу в Дьюти Фри. Одной конфетки, а другая хочет помаду. Угадайте кто и что? Не угадаете!

Усаживаю их в самолете: Лизу к окну, Лену к проходу. Прошу обеим воды. Детский сад…. У меня есть педобразование, но не до такой же степени оно мне должно пригодится. С другой стороны, чувствую себя необходимой. В полете мы все смиряемся.

— Лен, что говорил доктор по поводу полетов?

— Сказал — можно.

— Я тоже беременная Лизой летала…

— Вот поэтому я такая веселая….

— Лиза! Пять копеек можно не вставлять

— А я не пять копеек, а 20 центов.

— Тем более

— Мам, можно приеду и сразу к Эй Джейю?

Леночка поворачивается ко мне:

— Маш?

— Да, — выдыхаю я…

Этот любимый Лизой Эй Джей и есть яблоко раздора.

Сын моего бывшего и несостоявшегося мужа.

Мало ему женитьбы, так там еще ребенок. Я же не зверь. Ребенок не виноват.

Лена смотрит на меня грустно.

— Все ок! — восклицаю я.

Это жизнь, думаю.

Я перестала чувствовать боль, боль, связанную с ним.

Он больше не обидит и не загонит меня в клетку.

Я — не жертва охотника, я сама охотник. Мне не 15 лет, чтобы залечивать раны

Рана — это я вся.

А я забыла: тот адвокат, с которым общались об общей опеке в конце (6 лет назад) мне отдал черную бархатную коробочку:

— Это Вам от моего клиента!

Я замерла. Но открыла….