Чтение онлайн

– Только что, любовь моя?

– Мне требуется время. У меня же… Блэр.

– Сара, милая моя, родная, – тяжело вздохнул Томас, – мы обсуждали это десятки раз. Блэр не нужна нянька.

– Но я ей нужна. Посмотри, девочка же совершенно не способна устроить свою жизнь.

– Но в этом-то все и дело. Это ее жизнь, а не твоя.

Сара высвободилась из его рук.

– Но она – все, что у меня… было до недавнего времени.

«У тебя есть я, но ты почему-то никак не хочешь этого признать». Томас снова вздохнул.

– Ты должна отпустить ее. Так будет лучше и для нее, и для тебя. – Он взял Сару за руку. – Ты даже не замечаешь, что рядом с Блэр становишься совсем другим человеком. И меняешься далеко не в лучшую сторону, – осторожно добавил он.

– Но…

Томас приложил палец к ее губам:

– Никаких «но». Позволь Блэр самой распоряжаться собственной жизнью. У нас теперь тоже будет своя жизнь. Я сделаю тебя счастливой.

– Прошу тебя, Томас… я… давай подождем еще немного.

Он нахмурился:

– Так когда же?

– Скоро. Обещаю, что отвечу тебе очень скоро.

Он поправил ей выбившийся локон прически.

– Похоже, мне придется пока довольствоваться тем, что имею. Но пожалуйста, не заставляй меня ждать слишком долго.

Внезапно зазвонил телефон, и оба вздрогнули от неожиданности.

Затем Томас рассмеялся и спросил:

– Хочешь, я отвечу?

Сара улыбнулась:

– Да, пожалуйста.

В комнате наступила тишина. Он снял трубку и принялся внимательно слушать, с каждой секундой бледнея все больше и больше. Потом коротко обронил:

– Да, мы сейчас подъедем.

– Томас, что случилось? – Сара вцепилась в его руку.

– Блэр… попала в аварию.

– Этот сукин сын пытался ее убить!

Калеб был в ярости, и Уоррел это почувствовал.

– Успокойся и рассказывай все по порядку. Я был в отъезде и не в курсе дела. – Уоррел отложил в сторону бумаги и приготовился слушать.

– Успокойся! Легко сказать! – прорычал Калеб, склоняясь над столом и сверля Уоррела гневным взглядом. – Объясни, черт подери, как я могу быть спокойным, когда Блэр лежит в больнице с сотрясением мозга?

Уоррел побелел как полотно:

– Черт подери, да что произошло?

В комнате повисло напряженное молчание, и каждый пытался совладать со своими эмоциями. Оба встали, тяжело дыша.

Калеб никак не мог забыть тот ужас, который испытал при виде неподвижного тела Блэр, лежавшего на носилках. «Если бы с ней случилось что-нибудь серьезное…» Он выругался, чувствуя, как его снова охватывает гнев.

– Таннер испортил ей тормоза, вот что произошло! – наконец вымолвил Калеб. – И автомобиль Блэр на полном ходу врезался в придорожный склон. И если бы она не пристегнулась, то была бы уже на том свете!

– Но почему, черт подери, это должен быть Таннер? Он ведь не знал, что она за ним следит. – Уоррел прищурил глаза. – Или знал? Вы что-то от меня утаили? Когда Блэр принесла мне свой отчет, в нем не было ничего необычного.

Калеб ничего не ответил, и Уоррел вскочил из-за стола.

– Калеб!

Гнев Калеба достиг такого накала, что он еле сдерживался. Кровь бросилась ему в лицо.

– Я не думал, что все так обернется, – тупо пробормотал он.

– Это не ответ.

– Блэр послышалось, что кто-то заглянул в дверь, когда она обшаривала офис Таннера, – пояснил Калеб усталым тоном. – Но когда она подняла глаза, в комнате никого не было.

– Таннер, и как этот низкий подлец…

– Это еще мягко сказано, – добавил Калеб, кипя от ярости. К злости примешивалась досада. Блэр считала, что у нее просто разыгралось воображение, и он не стал это проверять. Ошибка номер один. Кроме того, он не сказал Уоррелу о ее подозрениях. Ошибка номер два. И обе эти ошибки могли стоить Блэр жизни.

Если бы он выполнил свое обещание не путать бизнес и личную жизнь! Если бы он не влюбился в нее, то вел бы себя более благоразумно. Если бы…

– Мы его поймаем, – наконец произнес Уоррел не совсем уверенным тоном.

Калеб покачал головой:

– Это моя вина. Я должен был предвидеть, что он ее раскусит.

– Не мели чепухи и перестань себя винить. Блэр знала, на что шла, когда согласилась в этом участвовать.

Калеб отказывался признавать, что его вины в случившемся нет, но Уоррел был прав. Сейчас не время предаваться самобичеванию. Надо действовать. И защитить Блэр от повторного нападения – главная на сегодня задача.

– Она должна выйти из игры, Джек. Я не хочу, чтобы она продолжала участвовать в этой игре. Вот свидетельствовать против Таннера в суде – другое дело.

Может, Уоррел и заметил, что Калеб защищает Блэр как-то уж чересчур горячо вопреки своим профессиональным принципам, но он оставил свои наблюдения при себе. Пока.

– Если нам удастся довести дело до суда, – добавил Калеб.

Уоррел набил табаком трубку и сердито воззрился на него:

– Без самодеятельности, Хант. Иначе я вышвырну тебя из Бюро как котенка. Ты понял меня? Мы предъявим Таннеру обвинение, как полагается по закону.

В комнате стало тихо, как в церкви.

На виске Калеба пульсировала жилка.

– Ну так что?

– Я сделаю все, как ты требуешь, – проворчал Калеб.

Уоррел заметно успокоился и принялся попыхивать трубкой. Взглянув на Калеба, он продолжал:

– Теперь о том, что касается Блэр. Ты прав, она должна отойти от дел. Я подумал об этом сразу после того, как она вернулась от Таннера, но это не решает нашу проблему.

– Джек, я хочу, чтобы ее охраняли денно и нощно.

Уоррел посмотрел на него с откровенным любопытством, но ответил довольно спокойно:

– Само собой.

– Спасибо.

Молчание.

– Ну, я поехал в больницу, – внезапно заявил Калеб, чувствуя себя неуютно под пронизывающим взглядом Уоррела.

– Калеб, между тобой и миссис Браунинг, – он намеренно подчеркнул «миссис», – ничего не произошло?

Калеб усмехнулся:

– С чего ты взял, что между нами могло что-то быть? – «Господи, да неужели мое сердце у всех на виду?»

– Я сужу по твоему поведению, – отрезал Уоррел.

Калеб презрительно хмыкнул:

– Мы с Блэр Браунинг принадлежим к разным социальным слоям, и ничто не сможет это изменить.