Чтение онлайн

Хотя… Кого я обманываю. Я люблю Астелиата, я решила связать с ним жизнь, но при этом не могу отказаться и от всего остального. То, что даймон имеет свои планы, подействовало на меня как ушат ледяной воды. И о чем я только думала! Он же наследник! Как я представляла нашу будущую жизнь? В Тиан — Ирре? Три раза ха!

Я подошла к тяжелым красно — коричневым портьерам с золотой вышивкой, понимая, что за ними окно. Но еще даже не отодвинув ткань, я так же ясно осознала, что на окнах — кованые причудливыми узорами решетки. Так оно и оказалось. А еще в паре метров за окном была глухая стена, не позволявшая видеть ничего вокруг. Я ощутила себя в темнице, а мое подсознание ехидно ухмыльнулось.

— Астелиат… — пыталась позвать я, но ответа не получила. Звуки голоса будто тонули в ткани гобеленов на стенах и пушистом во всю комнату ковре, ворс которого доходил мне чуть ли не до щиколотки.

Я пристально оглядела комнату, обнаружив, впрочем, что помимо кровати, забранной вульгарно красным прозрачным балдахином, здесь только одно широченное кресло, способное вместить слона, столик, на котором покоилась ваза с фруктами, изящный трельяж красно — коричневых оттенков, уставленный всевозможной косметикой и парфюмерией. И все! Я порылась в постельном белье, посмотрела и на кровати и под ней, но своего халатика так и не отыскала. Было очень неудобно ходить голой или закутавшись в покрывало. Однако альтернативы мне пока не предоставили.

Заняться было однозначно нечем. Я посидела в кресле, повалялась на кровати, встретила рассвет у окна, а потом все-таки заснула, хотя тревога, поселившаяся внутри, мешала сомкнуть глаза очень долго. Астелиат появился с блестящим подносом, уставленным всевозможными тарелочками и кувшинчиками.

— Соня! Пора вставать! — подошел он ко мне и чмокнул в губы. От неожиданности я вздрогнула и подскочила чуть ли не до потолка. "Да уж, — подумалось мне, — нервы придется лечить не один год". Астелиат меня подхватил, а уже через миг вновь уложил среди подушек и стал жадно целовать, не давая не только сопротивляться, но даже пискнуть что-либо вразумительное в защиту моей нравственности.

— Ты будто земляника, которая вдруг посредь жаркого дня выглядывает на пути усталого человека. Мимо тебя невозможно пройти, чтобы не сорвать! — прошептал Астелиат чуть позже, поглаживая мой животик своим хвостом. — А твой обнаженный вид только добавляет вкуса и… запаха.

Он втянул носом мой запах, заурчал и будто облизнулся.

— Э — э-э, — отползла я от мужа. — Давай потом… Я кушать хочу! Лучше скажи, где я?

— Ты? А какая разница? — он недоуменно посмотрел на меня.

— Как какая? Я хочу домой! Я хочу видеть свою дочь!

Астелиат резко поднялся с кровати, молча оделся и, так и не глядя на меня, направился к двери.

— Стой! — закричала я, — Астелиат! Что происходит?

— А что происходит? — спросил он, развернувшись так резко, что я налетела на него со всего маху. Он смотрел на меня совершенно холодным взглядом красных как огонь глаз. Никогда раньше не думала, что огонь может источать такой холод.

— Это я пытаюсь у тебя выяснить… — я вцепилась в его белоснежную рубашку, стараясь не столько устоять на ногах, сколько не сорваться в истерику.

— Ты — теперь моя! И ни с кем делить тебя я не намерен! — отчеканил он.

— Ты же запер меня в этой… — я не могла подобрать слова, — клетке… Я не могу так…

— Милая, ты привыкнешь… — его голос оттаял, он взял мою вцепившуюся в него руку, поднес к губам и яростно поцеловал.

— Значит, ты не намерен выпускать меня отсюда?

— Пока нет… — его губы стали подниматься с кистей рук на плечи, руки задрожали. — Ты так прекрасна…

— Именно поэтому ты убрал всю одежду?

— А зачем она тебе? — он усмехнулся. — Я подберу тебе что-нибудь, что… не будет скрывать твоих достоинств, только подчеркивать. Мне нужно решить все свои дела и скоро я вновь буду в твоем распоряжении.

Я вцепилась в его рубашку и спросила как можно безразличнее:

— Астелиат, пожалуйста… Где Лиза?

Он пожал плечами.

— Я распорядился, чтобы твоих подружку и дочку переправили в Небесную империю. Как мне доложили, они уже в Грозовом гнезде.

— Но почему?

— Я уже все объяснил…

Он не обращая больше на меня внимания, вышел. Дверь хлопнула, сработал замок. Я так и осталась стоять посреди комнаты, обхватив себя руками, что позволяло чувствовать хоть какую-то защищенность. Сердце будто застыло. Сейчас хватило бы любой мелочи, чтобы оно взорвалось. Я вздохнула и направилась в ванную. В горячей воде мне было хорошо. Казалось, что она смывала грязь не только с тела, но и с души. Я лежала и пыталась думать.

Во — первых, все, что происходило в последние сутки, было полным абсурдом. Астелиат из человека, которого я любила, превратился во врага. Может быть, изначально его план и был таковым. Завладеть мною и раздавить. Может быть, он все делал, чтобы отомстить за не случившееся поражение, может быть, действовал так просто из охотничьего азарта. Сейчас он не был тем Астелиатом, которого я встретила во время войны, тем, кто отдал все, чтобы спасти мою жизнь. Наверное, именно такую картину унижения меня любимой я представляла, когда я оказалась в его власти, и когда он вырвал из меня клятву стать его женой. Но ведь после этого все изменилось….

Во — вторых, я не понимала, как вести себя. Мое тело как предатель плавилось от одного его поцелуя. Даже сейчас вспоминая его руки, губы, поцелуи, внутри я ощущала тугой горячий ком, готовый в одно мгновение проглотить все мои мысли и заставить выбросить белый флаг. Но я не хотела сдаваться на милость победителя. Я никогда и никому не позволю унижать меня. Я в плену? Хорошо! Значит, будем искать способ побега.

В — третьих, я чувствовала в себе часть Астелиата, черный сгусток его души. Он шипел при одной мысли о побеге, он распадался и окутывал сердце, если к горлу подступал ком, он затмевал разум, если в голову мне приходила хоть одна мысль о свободе. Интересно, а он чувствует мою часть в себе? И если чувствует, то что? А вдруг моя душа настолько безобидна, что он ее просто поглотил?

Казалось бы, я же сама дала согласие на брак и приняла его клятву. И было это всего сутки назад! Разве можно так быстро отказаться от собственного решения! А может нужно бороться за него, доказывать, что жить можно иначе… Как иначе? Как друзья? Как равные партнеры? Как самые счастливые любовники?

Хотелось плакать от бессилия, невозможности что-либо изменить, от осознания собственной ошибки. Слезы, едва выступившие на глазах, тут же иссохли, сердце погрузилось в темноту. Было ощущение, что тьма боролась со мной, пыталась изменить мои чувства и мои мысли, заставить забыть всех, к кому я была привязана.

Первое, что я сделала, выйдя из ванны, сняла шелковую белоснежную простынь, маленькими ножничками, нашедшимися в трюмо, вырезала дыру для головы. Потом надела на себя получившийся балахон, отметила линию подола и подрезала ее, соорудив из полосок ткани поясок. Так! Обнаженное тело прикрыли, теперь нужно прикрыть обнаженную душу. С этим было сложнее. Предстояло так затаиться, чтобы не вызывать ни грамма подозрения. Нужно терпеть и пытаться обернуть ситуацию в свою пользу.

Астелиат не появлялся до позднего вечера, предоставив мне возможность спокойно позавтракать, а заодно и пообедать, не забыв припрятать кусочки хлеба в организованном мною тайнике. Я не знала, что мне стоит предпринять, но без еды я оставаться не собиралась ни в случае наказания, а такое было вполне возможно, ни в случае побега.