Чтение онлайн

–  Что вы все от меня хотите? Я устал. Я хочу в свое тело. Верните мне мое тело. Вы обещали. Вы. Мне. Обещали.

–  Огнев! Послушай, Огнев! Ты…

Ганимед повернул голову, закрытую шлемом, на звук:

–  Капитан… Ваня, не надо.

–  Дайте ему наркоз!- приказал Репьев.

–  Ваня, перестань.

Репьев закрыл глаза руками.

–  Я так не могу. Не могу!

–  Выйди,- попросил Олег.

–  В самом деле,- согласился Лев Соломонович.- Вы, голубчик, в стресс его вгоните. Тогда придется все отложить.

Олег открыл дверь.

–  У нас еще одно дело назначено на сегодня. Займись подготовкой.

–  Хорошо. Но пусть он скажет, где папка. Если что-то случится…

–  Иван!

Репьев хотел в сердцах грохнуть дверью, но пневматический тормоз не дал сделать и этого. Быстрым шагом он прошел по коридору, пришлепнул на сенсор ладонь и вошел так быстро, что Игорь не успел даже подумать отключиться. Иван бросил быстрый взгляд на монитор, где Акишинская лаборатория была видна, как на ладони, и буркнул:

–  Наблюдаешь? Вот семейка!..

Он бросил на стол полотенце, вытащил из-за пазухи пистолет и с грохотом положил сверху. Сел, отвернулся и принялся разбирать и чистить без того чистое оружие.

–  Иван Василич!- позвал Игорь.- Если хотите, можно посмотреть.

–  Не хочу,- огрызнулся Репьев.- Ничего не хочу. Только покончить хочу с этим гадом.

***

Автобус трясло и подбрасывало на плохо чищеной дороге.

–  Полегче, Шумахер!- поругивался Ермаков.- Нам работать еще!

–  Изжогин твой прокуратурный шибко злился,- рассказывал Олег.- Требовал Фаера, чтобы поместить его в тюремную больницу, пока моторные функции не восстановятся. Но Соломоныч все же забрал его в свой стационар. Зато Изжогин заполучил Ганимеда в качестве вещественного доказательства. Пусть поохраняет его за нас немножко.

–  И зачем ты мне все это рассказываешь?- холодно спросил Иван.

–  Тебе все равно?

–  Мне не все равно. Мне плевать.

–  Расплевался…

–  Меня это не волнует. Касалось бы Андрея - волновало бы. А это…

–  Он сам так решил. Понимаешь? Сам. Ты уже видел, что такое человек в теле киборга. Ты хотел того же для Андрея?

–  Ничего я не хотел,- буркнул Иван.- Повернись, сзади проверю.

Штольц с удивлением рассматривал новую экипировку.

–  Я такого никогда не видел.

–  Такого еще ни один простой смертный не видел,- сказал Репьев, подтягивая регулировочные ремни кристаллической брони.- Это даже не сегодняшний день, а завтрашний. Под кевларом - особый гель-полимер. При попадании пули волокна мгновенно кристаллизуются от точки удара во все стороны и гасят кинетический удар всей площадью брони. Держит двенадцатимиллиметровую бронебойную пулю почти в упор. Но ощущение при этом такое, будто тебя цунами накрыла. Так что проверять не советую.

–  По-моему, ты чересчур перестраховался,- заметил Олег.- Мы не огневую точку террористов собираемся брать. К чему все это?

–  Сам виноват. Все твои россказни про последнюю жизнь.

–  Струхнул, значит?

–  Я, может, и не за тебя беспокоюсь вовсе. А за свою совесть. Вдруг тоже воспалится. Мучить будет. Меня и всех вокруг.

–  Вот как?

Репьев хлопнул его по спине.

–  Порядок. Теперь я спокоен. Если не попадешь в эпицентр ядерного взрыва - жить будешь. Йозеф, что у тебя?

–  Я есть в порядке.

–  Повернись.

Автобус остановился и распахнул двери в синюю темень.

–  Занять позиции!- приказал Ермаков.

ОМОНовцы вывалились из автобуса и мигом рассредоточились по периметру территории института, перекрыв все выходы.

–  СЛОМ, доложите обстановку!- распорядился Ермаков.

Левушкин внимательно просмотрел поэтажно все здание.

–  В лабораториях уже пусто. Вижу шесть человек. Трое в холле - охрана. Двое на обходе. Один в подвале, другой - на втором этаже. Объект на месте.

Ермаков взглянул в сторону освещенного окна шестого этажа, где мерил шагами свой кабинет Перовский, и скомандовал:

–  Группа захвата - вперед!

Черные тени промелькнули перед освещенной анфиладой входных дверей и скрылись внутри здания.

–  С охраной поаккуратнее!- предупредил Ермаков.

Олег поежился, поглядывая на мерцающие колючие звезды в промерзшем небе.

–  Репей, твоя супер-мупер броня без подогрева. И тяжеленная.

–  Ничего,- усмехнулся Репьев.- Не успеешь замерзнуть. Через десять минут все будет кончено. Ты рад?

–  Не знаю. Я слишком устал от всего этого.

–  А ты, Йозеф? Ты ведь тоже хотел до него добраться.

Штольц молча потянулся за сигаретами. Иван обернулся посмотреть, как продвигается дело.

–  Всем - стоп!- внезапно приказал Ермаков.- Прекратить движение, ждать приказа!

–  Ермак, в чем дело?- спросил Репьев.

Ермаков, не отрываясь от телефона, поднял руку, требуя тишины.

–  Да в чем дело?- переспросил Иван.

По мере того, как Ермаков слушал приказания, лицо его вытягивалось от недоумения.

–  Что происходит?- не понял Олег.

Ермаков опустил руку с трубкой и пожал плечами:

–  Черт знает что. Приказано прекратить операцию.

–  Что?!!

–  В интересах государственной безопасности, и так далее. Бред какой-то.

Снова раздался сигнал вызова. На этот раз - из телефона Репьева. Иван непонимающе оглядел стоящих и нажал кнопку приема.

–  Капитан Репьев слушает.

Видимо, ему повторяли тот же приказ, потому что, в конце концов, Иван побледнел от ярости и выдавил в трубку:

–  Мне плевать на санкции Минобороны. Я не подчиняюсь Минобороны! Я подчиняюсь только штабу Российского Отделения Службы по Борьбе с Информационным Терроризмом. Терроризмом - если вы не дослышали!.. Что?.. Вот как?! Ну, так попробуйте меня остановить, черт возьми!

Иван подавил желание вдребезги разбить трубку о мерзлый асфальт. Вместо этого, что было силы, он поддал ногой валявшуюся рядом ледышку, и та унеслась в темноту быстрее реактивного снаряда.