Чтение онлайн

— Петя, я убью тебя, и суд меня оправдает.

— Не советую. Я за рулем. И потом — ты же просила моей помощи. Я и помогаю, как умею.

— Петя, я ценю твою помощь, но, пожалуйста, не ерничай. Еще неизвестно, как все обернется и что мы вообще узнаем.

— Если вообще что-нибудь узнаем, — поставил точку неугомонный брат.

— Как же я не люблю эти районы, где понапихано домов с разными корпусами, — ворчал Петя, пробираясь по грязному, заросшему кустарником двору.

Они с Сабиной уже минут сорок бродили по окрестностям, пытаясь разыскать нужный им «корпус семь», который никак не желал находиться.

В итоге они вычислили нужную пятиэтажку, вошли в темный и традиционно вонючий подъезд, поднялись на второй этаж. На звонки долго никто не откликался, и они уже хотели уходить, когда дверь наконец приоткрылась и из щели на них глянул мутный женский глаз:

— Вам кого?

— Простите, — заторопилась Сабина, — здесь живет Аня Варламова? Я с работы, у меня к нейдело.

— А этот мужик тоже с работы? — Глаз подозрительно таращился на них, но дверь шире не приоткрылась.

— Это наш водитель, — поторопилась заверить странную собеседницу Сабина. — Он меня в подъезд проводил, а то темно тут у вас, страшно.

— Шалят у нас, — подтвердила собеседница из-за двери, — а что от Аньки-то надо? Уехала она с мужем. Передать что?

— Передайте, пожалуйста… А можно я ей записку напишу? У вас ручка найдется?

Петя присвистнул: молодец сестра, находчивая. Но удастся ли фокус?

— Ладно уж, заходите. — Дверь открылась, и на пороге возникла приземистая фигура в засаленном красном халате.

— Вдвоем можно? — вежливо поинтересовался Петя.

— Давай, давай, проходи, — проворчала тетка. — Сказала же…

Квартира была грязной и неухоженной. Мебель разномастная: сервант, этажерка, огромный шкаф, стулья — все производства СССР годов примерно семидесятых. В воздухе стоял устойчивый запах плесени и алкоголя.

— Простите, как вас зовут? — поинтересовалась Сабина.

— А тебе зачем? — снова насторожилась хозяйка, которая, судя по некоторым особенностям поведения и специфическому аромату, от нее исходящему, была «навеселе».

— Да так, хотела по имени-отчеству вас назвать, как принято, — терпеливо разъясняла Сабина.

— Ольга Сергеевна я. — Приосанилась дама в грязном халате. — Так меня и зови. А что у вас до Аньки? Что хотели передать?

— Знаете, я, наверное, писать не буду. Вы передайте ей, что ее хотела видеть помощница господина Тверитинова по важному делу.

Тетка почесала голову и сказала:

— Давай я дам тебе бумагу, сама напиши, а то я слово не запомню.

— Какое слово?

— Ну вот.., трав…тривити… Напиши сама, а?

— А вы кем Ане приходитесь? — подал голос Петя, который изо всех сил старался не рассмеяться.

— Я ей приемная мать. Мачеха в общем, — как-то обреченно ответила хозяйка.

— А где Аня сейчас? — задала, наконец, самый главный вопрос Сабина.

— Как где? С мужем своим уехала, с американцем этим. Вы что же, не знаете?

Поняв, что ситуация может неожиданно осложниться, Петя решительно произнес:

— Да вы что? Как это не знаем? Да разве мы бы сейчас здесь были, если бы не знали? Еще как знаем! А то бы не приехали. Мы еще не то знаем! Мы только не знаем, знаете ли вы, что мы все это давно знаем и хотим Ане передать, чтобы и она знала то, что знаем мы, а вы пока еще не знаете! Передайте ей это, а то мы еще завтра приедем.

Пока мачеха переваривала эту абракадабру, бессмысленно тараща глаза, Сабина быстро и решительно прошлась по комнате, на минуту задержавшись у комода, на котором были разбросаны какие-то бумаги. Потом развернулась и стала корчить брату гримасы. Сначала Петя ничего не понимал. Думал, Сабина подает ему знаки, чтобы он замолчал. Но потом до него стало доходить, что она имеет в виду нечто иное.

Обойдя стоящую столбом хозяйку, так до сих пор и не нашедшую нужных слов, он прошел прямо к комоду и посмотрел, что же произвело на сестру такое сильное впечатление. На комоде ворохом лежали груды бумаг, среди которых яркими пятнами выделялись красочные открытки с видами курортов и мировых достопримечательностей.

— Ольга Сергеевна, — спросила Сабина, — а Аня когда приедет? Она вам ничего не писала?

Услышав понятные фразы, женщина вышла из прострации и заговорила:

— Почем я знаю? Деньги присылает. Да вот открытки разные, то из одного места, то из другого. Я думала, они с Патриком этим будут в одном городе жить, а они ездят туда-сюда. А когда к нам приедут — не знаю.

— Но вы им передадите, что мы приходили? — спросила Сабина, как-то странно приплясывая у комода.

— Так вы же писать хотели? — удивилась Ольга Сергеевна.

— Это нам теперь без надобности, — туманно заметил Петя. — Поэтому мы пойдем. А вы Ане сами передайте.

И он стал подталкивать Сабину к двери.

— А чего передать? Я не поняла ничего! — вдруг начала нервничать хозяйка.

— А тебе ничего понимать и не надо, — сделав зверское лицо, прорычал ей Петя. — У тебя допуска специального нет. Ане скажи — мол, заходили. И все. Иначе — трибунал и всех к стенке!

Сабина, схватив брата за руку, стремительно выволокла его из квартиры и захлопнула дверь. Затем они кубарем скатились по лестнице и бросились к машине.

Отсмеявшись, Петя спросил:

— Что ты там свистнула у бедной злой мачехи?

— Парочку открыток. Чтобы изучить их в спокойной обстановке.

— Так давай посмотрим.

Чтение открыток не привело ни к каким особым результатам.

— Привет, целую, все хорошо… Неужели все так уж хорошо? — Сабина задумчиво рассматривала почтовые карточки — визитки другого, красивого и беззаботного мира, куда так хочется иногда попасть, чтобы забыть все тревоги и волнения суровой российской действительности.

Петя бесцельно вертел в руках дневник Ани Варламовой, то раскрывая, то закрывая его. В какой-то момент он замер, уставившись на исписанную страницу. Задумался, внимательно вглядываясь в неровные строки. Потом осторожно положил блокнот на колени и, повернувшись с Сабине, тревожным тоном произнес:

— Дай мне, пожалуйста, открытки. Обе.

— Петя, что-то случилось?

— Кажется, случилось. Давай открытки! — Он протянул руку.

Разложив открытки рядом сдневником, он долго наклонял голову то вправо, то влево, хмыкал и даже постанывал.