Чтение онлайн

Вместе с «прибавочным продуктом» и прочим изчез­нет мираж «прибавочной стоимости», которая якобы су­ществует и которую эксплуататоры присваивают, но ко­то­рую Сталин не упомянул явно.

В приведённом фрагменте И.В.Ста­лин пря­мо ука­зал на мет­ро­ло­ги­че­скую не­со­стоя­тель­ность мар­кси­ст­ской по­лит­эко­но­мии:

Все пе­ре­чис­лен­ные им её из­на­чаль­ные ка­те­го­рии не­раз­ли­чи­мы в про­цес­се прак­ти­че­ской хо­зяй­ст­вен­ной дея­тель­но­сти. Вслед­ст­вие это­го они объ­ек­тив­но не под­да­ют­ся из­ме­ре­нию. По­это­му они не мо­гут быть вве­де­ны в прак­ти­че­скую бух­гал­те­рию ни на уров­не пред­при­ятия, ни на уров­не Гос­пла­на и Гос­ком­ста­та.

Это оз­на­ча­ет, что мар­кси­ст­ская по­лит­эко­но­мия об­ще­ст­вен­но вред­на, по­сколь­ку на её ос­но­ве не­воз­мо­жен управ­лен­че­ски зна­чи­мый бух­гал­тер­ский учёт, и сверх то­го её про­па­ган­да из­вра­ща­ет пред­став­ле­ния лю­дей о те­че­нии в об­ще­ст­ве про­цес­сов про­из­вод­ст­ва и распре­де­ле­ния и об управ­ле­нии ими.

Но политэкономия марксизма — следствие философии марксизма, и соответственно, — указав на метрологическую несостоятельность политэкономии марксизма, И.В.Сталин намекнул на необходимость ревизии философии марксизма[41], проведение которой неизбежно приводит к выработке более эффективной философии, что и открывает пути к общедоступности концептуальной властности и тем самым действительно прекращает эпоху толпо-“элита­риз­ма”.[42] Однако за прошедшие после убийства И.В.Сталина более, чем полвека подавляющее большинство приверженцев коммунистических идеалов так и не поняли ни уроков марксизма, ни И.В.Сталина…

Состав преступления И.В.Сталина перед заправилами глобальной политики на основе библейского проекта в том, что он решил строить коммунизм, в котором бы коммунары стали бы сами хозяевами своей судьбы и будущего человечества.

Чтобы скрыть от потомков этот факт и потребовалось развенчание «культа личности» И.В.Сталина, который заправилы глобальной политики сами же и творили по всему миру, пока не замечали, что пользуясь марксистским лексиконом, И.В.Сталина работает на антимарксистскую идею цивилизационного строительства.

Но кроме этого в послевоенные годы И.В.Сталин обнажил и ещё некоторые инструменты управления СССР извне:

· низкопоклонство перед Западом отечественных “элитариев”;

· античеловеческий космополитизм еврейской диаспоры;

· мафиозный характер Академии наук СССР[43], что исключает поиск наукой истины и решение ею общественно значимых проблем и обращает её в стратегический инструмент анонимно-закулисной власти над обществом;

· в собрании сочинений И.В.Сталина, которое начало выходить в свет после войны, и которое успело дойти до публикации работ не позднее 1934 г. (13-й том), много подтекста, обличающего масонство и глобальную политику его заправил, по какой причине выход в свет очередных томов был остановлен помимо воли И.В.Сталина ещё при его жизни[44], а после его устранения его издание было прекращено вопреки решению ЦК об увековечении памяти И.В.Сталина;

· выступая на октябрьском 1952 г. пленуме ЦК КПСС (по завершении XIX съезда) обвинил в готовности к измене делу строительства социализма и коммунизма своих «ближайших сподвижников» (В.М.Молотова и А.И.Микояна) и предложил ряд мер, которые были направлены на то, чтобы руководство партии было подвластно народу, и которые были отменены преемниками после убийства И.В.Сталина в конце февраля — начале марта 1953 г.

Поэтому заправилы библейского проекта были вынуждены взять «таймаут» для того, чтобы инерция сталинизма выработалась, а сам он и память о нём ушли в историческое прошлое.

На это ушли все 1950-е гг. Новое поколение идейных марксистов-троцкистов, которые прикрывались Н.С.Хрущёвым, оказались недееспособны ни в решении внутренних проблем СССР, ни в решении задач внешней политики (один «карибский кризис» 1962 г. чего стоит[45]) в духе истинного марксизма: утрата “элитой” на Руси дееспособности в смысле служения какой бы то ни было идее цивилизационного строительства в течение жизни 1 — 2 поколений — её характерное свойство. Их недееспособность если и не закрыла марксистский проект окончательно[46], то перенесла очередную попытку его реализации в глобальных масштабах на отдалённую политическую перспективу. Поэтому недееспособность марксистов-троцкистов послесталинской поры в решении реальных политических задач привела к тому, что заправилы проекта решили их «слить».

В общем марксистский проект на Руси (и как следствие — во всём мире) не состоялся под воздействием двух факторов:

· большевизма[47], возглавляемого И.В.Сталиным;

· утраты дееспособности марксистской “элитой” в СССР по причинам, описанным ранее в разделе 3.3.4.

В результате заправилы глобальной политики на основе библейского проекта оказались перед лицом новой проблемы, возникшей вследствие невозможности продолжать марксистский проект: идеологический раскол мира и во многом автономное самоуправление капиталистической и социалистической систем, сделали мир неединообразно управляемым и потому плохо управляемым.

Но это — не единственная проблема, которую им желательно разрешить для построения глобальной системы толпо-“элитаризма”, реализующей принцип «дурака работа любит и дурак работе рад».

Вследствие краха марксистского проекта общий кризис капитализма по-прежнему объективная данность эпохи. В статье “Россию губит социальный дарвинизм”, опубликованной в газете “Санкт-Петербургские ведомости” № 48 (1717) от 14.03.1998 приводится характеристика состояния капитализма, исторически сложившегося на основе идей буржуазного либерализма, данная Дж.Соросом, которого в симпатиях к марксизму заподозрить невозможно (беженец от марксистского эксперимента в Венгрии):

«В начале 1997 года он (Сорос: — наше пояснение при цитировании) опубликовал статью “Опасность, исходящая от капитализма”. Человек, который по своему собственному заявлению, сделал себе состояние, играя на финансовых биржах, увидел опасность для демократии, заложенную в капиталистической системе. Свободный рынок и идеи социального дарвинизма, на которых он основан, пишет Сорос представляют опасность для демократии, а в качестве иллюстрации своей позиции он касается трёх аспектов: экономической стабильности, социальной справедливости и международных отношений.

Как считает Сорос, современный капитализм создал систему, которая характеризуется нестабильностью. Время от времени происходят финансовые кризисы, падения бирж, влекущие за собой экономическую депрессию. Сторонники свободного рынка противятся какому-нибудь правительственному вмешательству в этой сфере, поскольку считают, что эти негативные явления в экономической борьбе объясняются не внутренней нестабильностью системы, а неумелым её управлением.[48] Рыночные механизмы и нестабильность, порождаемая ими, продолжает Сорос, проникают во все сферы жизни общества. Реклама, техника маркетинга и даже упаковка товара используются для того, чтобы влиять на поведение человека и направлять его выбор. Сбитый с толку всеми этими манипуляциями человек начинает ориентироваться только на деньги как показатель успеха и критерий ценности: самый дорогой — значит, самый лучший. В таких условиях культ успеха вытеснил веру в принципы, а общество потеряло ориентиры.

В сфере социальной справедливости сторонники свободного рынка противятся перераспределению богатства, так как исповедуют принцип социального дарвинизма: выживает самый способный. Но этот принцип, пишет Сорос, легко опровергается ссылкой на то обстоятельство, что богатства передаются по наследству. А это, в свою очередь, опровергает бытующее среди рыночников утверждение о якобы равных возможностях, создаваемых рынком.

Отношения между государствами, по мнению идеологов свободного рынка, должны основываться на конкуренции, поскольку государства в своей политике преследуют не какие-то принципы, а только интересы. Но, преследуя свои интересы, государства заботятся только о своей покупательной способности, а не об общем благе. Идеи социального дарвинизма и отсутствие реализма, превалирующие на Западе, способствовали, по мнению Сороса, установлению в России криминального капитализма, а не демократического общества».