Чтение онлайн

— Все, что связано с Джули Бонем, — мое дело. Она нашла доказательства измены и, вполне вероятно, знала также, кто любовник вашей жены.

— Роже де Витт.

Это имя мне ни о чем не говорило.

— Кто он такой?

— Один вертопрах, запудривший мозги моей жене всякими любовными глупостями.

Во мне зашевелилась ревность, и я спросил:

— Ваша жена влюблена в него?

— Я у нее не спрашивал.

— Почему?

На губах Шару появилась саркастическая ухмылка.

— Задавать вопросы — ваше ремесло, вот вы и спросите.

«Можешь не сомневаться, так я и сделаю». Мне хотелось узнать все об этом Роже де Витте.

— Вы ведь следите за ней, — возразил я.

— Я не намерен отчитываться перед вами в своих поступках. Но раз уж вам так хочется это выяснить, скажу, что Джули Бонем узнала его имя за несколько дней до своего отъезда в Англию.

— Что вам еще о нем известно?

— Жена встречалась с ним в Женеве, в гостинице, по средам. Мне она говорила, что ездит на массаж в салон красоты. Когда Бонем узнала, что Лора вместо этого снимает номер в гостинице, у нее сразу возникли подозрения. Я же не усмотрел в этом ничего плохого. Она приезжала туда одна и никого не принимала. Я подумал: может быть, ей хочется немного побыть в одиночестве. Теперь я признаю, что был наивен. Ведь она приходила к нему в его номер.

— Ее любовник тоже снимал номер?

— Да, накануне вечером.

— Он останавливался там под именем Роже де Витта?

— Да. Джули Бонем считала, что это вымышленное имя.

— Почему?

— Лора тоже пользовалась псевдонимом.

— Джули Бонем когда-нибудь видела этого человека?

— Один раз. Она сказала мне, что у него черные волосы, он высокий и очень привлекательный.

Я воспринял это известие с раздражением. С меня хватит и того, что Лора Кисс влюблена в другого. Не знаю почему, но если бы этот счастливый смертный оказался горбуном из Нотр-Дама, мне было бы легче. А вот соперника приятной наружности побороть гораздо труднее.

— Вы подозревали, что жена вам изменяет, — продолжал терзать писателя я, — и все же не стали просить объяснений у нее самой.

Шару глубоко вздохнул.

— Я боялся, что она потребует развода.

— Их отношения продолжаются до сих пор?

— Думаю, да.

— Значит, в Лондоне они тоже встречаются.

Писатель не стал возражать. Может, он и не горел желанием узнать побольше о любовнике своей жены, а вот мне было очень любопытно. Вернусь в участок — сразу велю устроить слежку за Лорой Кисс.

— Вернемся к компьютеру Джули Бонем, — сказал я. — им образом вы его уничтожили?

— Это был ноутбук. Я разбил его молотком, а потом выбросил в мусорный бак.

— Какие документы в нем находились?

— Признаюсь, я был разочарован. Ничего, кроме того, что мне уже было известно о любовной интрижке жены. Ну, еще архив с какими-то именами. Я никого из них не знал. И еще несколько электронных писем.

— Вы их прочли?

— Да, некоторые оказались весьма забавными. Они были от человека по имени Тау.

Эврика! Я с трудом сдержался, чтобы не воскликнуть. Так я и думал, Джули Бонем общалась с Тау в чате, и теперь у меня были тому доказательства. Теперь жизненно необходимо, чтобы Ребекка ехала в Шотландию. Только там мы сможем окончательно удостовериться в том, что девушку убил глава секты, подражающей ритуалам средневековых адамитов.

— Вы помните, что говорилось в тех письмах?

Шару какое-то время размышлял, затем ответил:

— Тау предупреждал Бонем, чтобы она остерегалась тщеславия.

— Тщеславия?

— Да, он говорил, что грех тщеславия — самый страшный, поскольку является источником ужасных пороков. Помню, Тау цитировал Библию. И сказал, что именно грех тщеславия стал причиной того, что Бог прогнал Адама из рая.

— Еву Тау тоже упоминал?

— Не думал, что вы интересуетесь Библией. — Писатель взглянул на меня с иронией. — Впрочем, да, он говорил и о Еве. Утверждал, что ее грех разрушил гармонию между мужчиной и женщиной. Эдакий сексист этот Тау.

«Сексизм — наименьший из его недостатков, — подумал я. — Прежде всего он — убийца-психопат, и мы должны как можно скорее остановить его».

— Больше вы ничего не запомнили?

— К сожалению, нет.

Я не стал произносить имя Босха. Не хотел, чтобы теперь, когда я рам рассказал ему о повести Торки, писатель сделал очевидные выводы. Кроме того, если бы художник упоминался в электронных письмах, Шару первый заговорил бы об этом.

Я покинул дом писателя и сразу же вернулся в участок. Нужно было еще многое подготовить перед отъездом Ребекки в Шотландию.

Моя напарница явилась вскоре после полудня.

Я только что отдал приказ о слежке за Лорой Кисс. Не скрою, мне не терпелось узнать имя ее любовника. К счастью, этот человек имел прямое отношение к делу Джули Бонем, так что мой приказ никому не показался странным. Только Ребекка сделала многозначительное лицо. И это меня слегка разозлило. Смеет обвинять меня в том, что я занимаюсь личными делами на работе, а сама готова лететь в мрачный шотландский замок, где окажется во власти безумных фанатиков, только для того, чтобы увидеться с Себастьяном Тусом.

— Вы готовы, сержант? — спросил я резко.

— Да, сэр. — Ребекка взглянула на меня с удивлением: — Что-то не так?

Я покачал головой:

— Нет, все в порядке. Мы вместе поедем до Килмарнока. А потом вы одна отправитесь в Галстон. Так что завтра в семь я за вами заеду. Куда?

Ребекка недавно переехала. Ее новый адрес пока что оставался для меня тайной. Она ограничилась тем, что сообщила мне номер сотового.

— Не беспокойтесь. Я приеду в участок на метро, и мы двинемся в путь отсюда.

Нельзя, чтобы последнее слово оставалось за ней. Кроме того, я хотел выяснить, где мой сержант живет.

Сначала она обитала вместе с тремя весьма странными кумушками в квартире в Брикстоне. Ребекка представила их как своих подружек по учебе — они познакомились на компьютерных курсах. Но несколько недель назад моя напарница оттуда уехала. Бесполезно было спрашивать почему.

— А как же вы дотащите чемодан? — обеспокоенно спросил я.

— Это не проблема. Я привыкла путешествовать налегке, с одним рюкзаком.