Чтение онлайн

– Эт точно, – вздохнул Волчара.

– //-

Система Риггос-2, планета Ахерон, Разгуляй,

25 марта 2535 года, раннее утро

Штурмовик мерно ревел движками, мешая разговаривать. К тому же, честно сказать, десантный отсек не дотягивал по удобству даже до бочки абордажной капсулы, сидеть приходилось впритык друг к другу. Некстати вспомнился поход в Мутагенку, хоть я и оккупировал тогда в "бардаке" командирское кресло, но на коллег насмотрелся досыта. Сейчас же сам оказался в очень похожем положении – семь человек в полном снаряжении с рюкзаками и парой объемистых вьюков с боеприпасами заполняли пространство столь плотно, что даже пошевелиться практически не было возможности. Боюсь представить, что во втором штурмовике творилось – там вообще целое отделение бойцов во главе с Волчарой.

Полет длился всего полчаса, но даже за это время ноги у меня порядком затекли, а шея одеревенела. От скуки я активировал в шлеме ночной режим и принялся пялиться в продолговатый иллюминатор – в штурмовике личный состав размещался спинами друг к другу, на двух лавках с общей спинкой по центру отсека, так что окинуть взглядом окрестности не составило труда. Другое дело, что смотреть особо было не на что – темно еще, и облачность довольно плотная. Так что ночное зрение не помогло, кроме неясного марева в окружающем пространстве ничего не было видно. Одно хорошо – ближе к иллюминатору нагнулся, и ноги немного отпустило. Скрючился в таком положении, пытаясь хоть немного активизировать кровообращение в страдающих конечностях, и просидел так еще минут десять.

Потом штурмовик резко пробил облачный покров, и взору открылась россыпь разноцветных огоньков далеко внизу. Увеличив разрешение на забрале, я с некоторым удивлением принялся рассматривать знаменитый своим разнузданным нравом Разгуляй – именно он привольно раскинулся в излучине Черной. Сверху изгиб реки напоминал Самарскую Луку в миниатюре, и я даже слегка взгрустнул, вспомнив родину. Подключив компьютерную коррекцию изображения, я получил картинку, очень близкую к дневной, и полюбовался на город. Размером Разгуляй сильно уступал тому же Чернореченску, больше напоминая планировкой и типом построек не в меру разросшуюся деревню, в крайнем случае, поселок городского типа. А вот речной порт поражал размахом – пристани тянулись почти по всей излучине, километров на десять в общей сложности. И вся акватория была плотно набита разнообразными судами в диапазоне от рыбацкой лодки до танкера. У правого, более пологого, берега тянулись на сотни метров плоты – лесной край во всю приторговывал древесиной, а ее проще всего было сплавлять по реке в связках своим ходом. Левобережье, занятое портом и городом, полыхало тысячами огоньков – светились окна домов, фонари на судах, бакены, обозначавшие фарватер, да и просто по улицам бесконечным потоком ползли грузовики. Товарооборот в городе нешуточный – почитай, из Чернореченска в Порт-Владимир и в обратном направлении процентов восемьдесят грузов через него проходило. Так что городок богатый, да и веселый до неприличия. Судя по рассказам местных, ночью в припортовых районах на поножовщину нарваться легче легкого. А уж по количеству кабаков, борделей и прочих увеселительных заведений на душу населения Разгуляй впереди планеты всей. Злачных мест море, и в любом из них крутились темные делишки, процветал игорный бизнес и проституция. К чести жительниц княжества, промышляли этим делом в основном не слишком щепетильные в этом вопросе аборигенки из оседлых. Тут даже гетто было, как и в Чернореченске – работы для грузчиков в порту хоть отбавляй, вот местные мужички и тянулись за легким по аборигенским меркам рублем.

Все это я рассмотрел, пока штурмовик заходил на посадку. Заложив широкий вираж, машина спикировала куда-то в район восточного пригорода, как раз к гетто, и приземлилась на заброшенном пустыре на задворках длинного лабаза непонятного назначения. Здесь уже стояли две "шишиги" с фурами, вызвавшие у меня нездоровый интерес. В Чернореченске я таких не видел, там все больше или с кузовами, или с кунгами (у военных), а тут прямо седельные тягачи с прицепами. Десантные люки откинулись вверх, сопровождаемые шипением пневмопривода, и мы горохом высыпались из чрева летательного аппарата. Похватали пожитки и тяжелой рысцой побежали к ближайшей фуре, от которой нам уже махали фонариком. Сзади приземлился второй штурмовик и отделение Волчары пронеслось следом, тяжко топоча берцами. Земля на пустыре была хорошо утоптана, лишь кое-где пробивалась чахлая травка – похоже, тут частенько тяжелая техника ездила, утрамбовала почву до каменного состояния.

Преодолев несколько десятков метров, отделявших нас от фур, мы остановились, построившись двумя неровными шеренгами. Мы с Волчарой подошли к человеку в грузчицкой робе, тот посветил сначала себе в лицо, потом мазнул лучом по нам и произнес:

– Добро пожаловать в Разгуляй, господа! Интересуетесь контейнерными перевозками? Может быть, двадцать первого числа?

– Нам бы наливняк до Чернореченска, к двадцать пятому, – хмыкнул Волчара.

– К двадцать пятому никак не успеть, – отозвался "грузчик". – Могу предложить двадцать седьмое.

– Порядок, – удовлетворенно выдохнул майор и спросил у встречающего: – Вы нас куда теперь?

Конспираторы хреновы… Это ж надо, до шпионских игр дожили – пароль, отзыв, подтверждение отзыва. И как в плохом фильме, в виде чисел. Не могли по рации опознаться. Как будто на двух штурмовиках могли какие-то левые люди нагрянуть. Да и на заброшенный пустырь две тяжелых фуры посреди ночи никакой дурак не погонит. Однако ж встревать в разговор я не стал, местным виднее.

– Вы охрана? – уточнил "грузчик".

– Да, – кивнул Волчара. – Десять человек, вот эти.

– Грузитесь в ту фуру, – махнул рукой встречающий. – Мы вас сейчас к казарме отвезем, там переоденетесь в форму конвойщиков. Как рассветет, на автобусе в порт вас перебросим, на баржу загрузитесь сами.

– А вы, – повернулся ко мне "грузчик", – со своими людьми грузитесь в ту машину. Боюсь, вам придется посидеть в контейнере несколько часов. В порту его перегрузят краном на баржу, потом выйдите.

– Нормально, – буркнул я. – Там хоть вентиляция-то есть?

– А как же! – усмехнулся собеседник. – И не только вентиляция. По периметру камеры встроены, можете подключиться к системе наблюдения. Мы там даже биотуалет установили, так что не переживайте.

Я без лишних слов махнул своим людям и направился к дальней фуре, которая, оказывается, и не фура вовсе, а поставленный на колеса судовой контейнер. А что, очень даже удобно – пара мостов со сцепкой, сверху коробка из рифленого железа – цепляй и езжай. И мучиться с перегрузкой особо не надо. Контейнер встретил нас гостеприимно распахнутыми створками грузового люка на заднем торце. Мы покидали внутрь поклажу и забрались сами. Подоспевший "грузчик" затворил люк и лязгнул запором. Внутри тут же вспыхнули лампы дежурного освещения – тусклые, но дававшие достаточно света, чтобы свободно ориентироваться во внутренностях контейнера.

Внутри оказалось даже уютно – стенки были предусмотрительно обиты каким-то пружинящим материалом, по центру несколько диванов с пристяжными ремнями, в дальнем углу пластиковая кабинка биотуалета. Мы быстро свалили груз к дальней стене, тщательно закрепили его весьма кстати оказавшимися резиновыми жгутами с крючьями, и расселись по диванам. Через несколько минут взревели движки тягачей и контейнер дернулся, вжав меня инерцией в спинку лежанки. В следующее мгновение металлический короб плавно тронулся с места, слегка покачиваясь на рессорах.

– Константинов, озаботься камерами, – приказал я нашему спецу по связи. – Большой экран собери, чтоб всем не скучно было.

– Есть, – буркнул тот и нехотя поднялся с дивана.

Придерживаясь за спинки, добрался до кучи рюкзаков и чуть не с головой зарылся в одном из них. Через некоторое время извлек из его недр стопку тонких мониторов и принялся укреплять их на стене. Родное командование расщедрилось на комплект оборудования для малого командного пункта, и теперь оно нам пригодилось. Ефрейтор оперативно собрал из шести пятнадцатидюймовых панелей большой обзорный экран и подсоединил его к терминалу. Вывел изображение с обзорных камер. Немного поколдовал с настройками и доложил:

– Готово, товарищ капитан-лейтенант!

Да я уж и сам вижу, что готово. Камер было четыре штуки, поэтому ефрейтор поделил большой экран на такое же число прямоугольников, для кругового обзора. Правда, пока ничего интересного разглядеть не получалось – темно, да и движемся мы довольно быстро, что тоже качества изображению, выводимому с простеньких, хоть и цветных, камер наружного наблюдения не прибавляло. Я попялился в экран с пару минут, потом бросил это занятие, как абсолютно бесперспективное, и развалился на диванчике. Если повезет, подремлю немного.