Сага о Гильгамеше
Шрифт:
– - В жизни своей не приходилось мне встречать человека, работающего столь самоотверженно, - говорил он.
– Видно, что-то накипело в тебе, раз ты трудишься целый день и не выказываешь усталости.
– - Я не чувствую её, - отвечал Гильгамеш.
– Желание спасти товарища придаёт мне сил.
– - Счастлив тот, кто имеет такого друга.
Они принялись грузить просмолённые шесты в лодку. Взявшись с двух сторон, они подтаскивали их к борту и бросали на дно. Гильгамеш прикинул, что лодка могла вместить не больше четырёх жердей. Но они клали их одну за другой, а места как будто не убавлялось. Эта загадка безмерно изумила его. Он хотел полюбопытствовать у Уршанаби, в чём секрет его лодки, но тот вдруг широко улыбнулся и промолвил:
– - Ничему не удивляйся в этом мире, вождь Урука. Здесь ты увидишь ещё не такие чудеса.
После того, как шесты были погружены, Уршанаби отвёл Гильгамеша в хижину, накормил его и уложил спать. Нанше наполнила его сон дивными грёзами, наслала добрых духов, чтобы они охраняли покой вождя от лишних тревог. Проваливаясь в омут сладостных видений, Гильгамеш подумал, что лишь теперь он вполне чувствует себя в стране блаженных. Эта мысль развеселила его, но уже спустя мгновение он спал.
Проснувшись следующим утром, он почувствовал необычайную бодрость и прилив сил. Вождь выскочил из хижины, подбежал к берегу моря и хотел окунуться в его холодные воды, но вовремя услышал предостерегающий крик и остановился. Взволнованная Нанше стояла на пороге дома и махала ему рукой.
– - Ты не должен прикасаться к воде, Гильгамеш, - кричала она, - иначе немедленно окажешься в стране мёртвых. Чудо, что я заметила тебя. Видно, Энлиль заботится о тебе, если в последний момент направил меня сюда. В краю блаженных следует быть очень осторожным.
– - Благодарю тебя, о мудрейшая, что ты удержала меня от непоправимого шага, - ответил слегка напуганный Гильгамеш.
– Но где твой несравненный супруг? Мы собирались сегодня плыть к бессмертному Зиусудре.
– - Он готовит лодку к отплытию. Ты найдёшь его возле реки.
Вождь поблагодарил богиню и отправился к Уршанаби. Он застал перевозчика проверяющим мачту своего судна. Обхватив бревно двумя руками, лодочник раскачивал его из стороны в сторону, чтобы убедиться в прочности сцепки с днищем. Увидев Гильгамеша, он приветливо помахал ладонью.
– - Готов ли ты узреть бессмертного, вождь Урука?
– - Ради этого я шёл сюда.
– - Тогда залезай в лодку. Мы отправляемся.
Гильгамеш быстро забрался в лодку и устроился на корме, подальше от смертоносных волн. Уршанаби оттолкнулся веслом от берега. Течение понесло их к морю. Вскоре песчаный пляж остался позади, хижина лодочника исчезла за горизонтом. Со всех сторон заплескались воды мёртвого моря. Уршанаби обернулся к Гильгамешу.
– - Доставай шесты.
Они выволокли одну из каменных жердей, положили её на край лодки.
– - Запомни, Гильгамеш, - сказал перевозчик.
– Ты можешь использовать каждый из этих шестов лишь один раз. Единожды погрузившись в воды забвения, они пропитываются смертельной влагой, несущей гибель всему живому. Потому не увлекайся и не стремись вторично оттолкнуться ими от дна.
– - Отчего же ты не воспользуешься вёслами?
– спросил вождь.
Уршанаби метнул на него сердитый взгляд.
– - Оттого, что священный змей, направлявший эту лодку, пал от твоей руки. Без него опасно баламутить мёртвые воды лопастями вёсел.
Гильгамеш прикусил язык.
Они стали опускать конец шеста в воду. Когда он упёрся в дно, перевозчик двумя руками оттолкнулся от него, и лодка поплыла. Уршанаби отпустил шест, и тот с гулким бурлением ушёл под воду.
– - Вот так, - сказал лодочник.
– А теперь следующий.
Так и пошло. Каменные жерди оказались неважной заменой вёслам, но всё же худо-бедно двигали лодку вперёд. Наблюдая за стремительно исчезающими в водной пучине шестами, Гильгамеш встревожился, не закончатся ли они прежде, чем судёнышко доберётся до земли. Он хотел спросить об этом Уршанаби, но в последний миг передумал, решив, что перевозчик знает своё дело. Однако опасения его оказались не напрасны. Вскоре последняя жердь погрузилась на дно мёртвого моря, а противоположного берега всё ещё не было видно. Лодка недвижимо закачалась посреди волн. Уршанаби задумчиво почесал подбородок.
– - Приходится признать, что я ошибся в своих расчётах - пробормотал он как будто в удивлении.
– Что остаётся нам теперь? Только молиться всемогущим богам. Быть может, они протянут нам руку помощи.
И только он сказал это - подул ветер. Парус захлопал, наполняясь воздухом, мачта скрипнула и наклонилась вперёд, незримая сила сдвинула лодку с места. Изумлённый Уршанаби посмотрел на Гильгамеша.
– - Сам Энлиль покровительствует тебе, вождь Урука. С таким защитником ты можешь не бояться трудностей и невзгод.
Вскоре на горизонте показалась земля. Верхушки пальм проступили в зыбкой дымке, похожие на сероватое облако. Перевозчик торжественно простёр туда указующий перст:
– - Вот она, обитель Зиусудры. Готовься предстать перед бессмертным, Гильгамеш.
Сердце вождя запрыгало в томительном ожидании. Едва лодка уткнулась в песок, он спрыгнул на берег и помчался к лесу. Уршанаби едва поспевал за ним.
– - Не будь так нетерпелив, вождь Урука, - сказал он.
– Зиусудра не знает о нашем прибытии. Я должен предупредить его.
Они вышли на поляну и оказались перед большой избой с покатой соломенной крышей и резным крыльцом. Гильгамеш никогда в жизни не видел деревянных домов и потому оторопел от такой роскоши. Застыв как изваяние, он с трепетом разглядывал жилище Зиусудры. Уршанаби тем временем взбежал на крыльцо, побарабанил металлическим кольцом в дверь. Из дома появился бритоголовый человек в суконной юбке, подпоясанной красным шнуром. На вид ему можно было дать лет сорок, роста он был небольшого, телосложения крепкого. Перевозчик что-то сказал ему, показывая на Гильгамеша. Человек нахмурился, спустился с крыльца. Уршанаби крикнул вождю:
– - Подойди к нам, человек из Урука. Бессмертный Зиусудра хочет поговорить с тобой.
Гильгамеш очнулся от оцепенения и приблизился к хозяину дома.
– - Приветствую тебя, благочестивый Зиусудра, - проговорил он, ощутив внезапную сухость в горле.
– - Здравствуй, вождь Урука, - откликнулся бессмертный, с любопытством глядя на него.
– Что привело тебя ко мне?
– - Стремление вернуть жизнь товарищу, с которым я ходил к логову чудовища Хувавы.