Чтение онлайн

Люди Кольбейна тотчас повернули назад, едва Йон зашел в дом, и встали перед дверьми в покои. Тут Кольбейн с руганью выскочил из погреба, он сказал, что Йон вполне заслужил, чтоб его убили. Затем провожатые Кольбейна ворвались в покои. Йону крепко повезло в этот раз, что он имел сан священника; иначе он мог и не выбраться целым.

[1234 г.] После этого Кольбейн послал своего родича Эйнара сына Глума сына Орма на запад в Озёрный Фьорд и просил Орэкью как можно скорее выезжать к нему вместе со своей свитой. Несколько позднее он посылал с тем же поручением Хильдибранда сына Грима, и тот застал Орэкью в Хрутовом Фьорде. При нем было более двадцати человек. Орэкья ехал, не останавливаясь, покуда не прибыл на Мошкарное Болото. Кольбейн радушно его принял.

Сразу после беседы Йона с Эйнаром Кольбейн выехал к Большому Двору и обвинил Кальва в умысле против своей жизни, приводя в доказательство слова Йона.

Кальв ответил, что дружба с Сигхватом еще не является умыслом против чьей-либо жизни.

Но поладили они все ж на том, что Кальв обязался ездить с Кольбейном во все поездки, куда отправятся Иллуги сын Асгрима, Халль с Шумного Двора, Энунд сын Торгрима и Торстейн сын Хьяльма.

И когда Орэкья приехал на север, Кольбейн тотчас созвал народ идти на Сигхвата, и у них набралось более двух сотен.

Кольбейн посылает людей на Большой Двор и требует, чтобы Кальв выезжал в поход. Проезжая выше Большого Двора, он вторично послал людей к Кальву и просил его выезжать, сказав, что Халль и Энунд уже с ним. Но Кальв ехать не захотел.

Кольбейн и его люди скакали на север к Поперечной Круче. Тут они узнали, что к Сигхвату уже ушел лазутчик, которого отправил зять Сигхвата, Стюрмир, живший на Склоне Двора Бьёрна. Лазутчика звали Эйрик Граф. Кольбейн и его люди сочли за благо повернуть назад. После этого бонды разъехались по домам.

Кольбейн с Орэкьей принялись совещаться и приняли решение отобрать из своих людей тех, которые поедут к Кальву и лишат его жизни, вместе с его сыном Гуттормом. Первым из людей Кольбейна был назван Торальв сын Бьярни, после него — Гудмунд сын Асбьёрна, Торд Большой Палец сын Халльдора [599] , Сигурд сын Эльдьярна [600] , Симон сын Оттара, Эйнар сын Глума, Хильдибранд сын Грима, Эйнар Наседка, Офейг сын Бьёрна, а из людей Орэкьи — Торд сын Тюрвинга, Сигмунд сын Гуннара, Ятвард сын Гудлауга, Сварт сын Грима, Бут сын Торда. Они прибыли на Большой Двор в промежутке между полуднем и тремя часами дня.

Еще до того, как они прибыли, Оск, хозяйка хутора, спросила, какую еду Кальв хочет кушать — белую, или же постную [601] .

Кальв отвечает:

— Сегодня пришел час переходить в годорд к святому апостолу Петру. Тяжким бременем становятся для нас хёвдинги этого мира (valtir ver?a ?eir oss nu).

Было это зимой, днем раньше Мессы Петра [22 февраля 1234 г.], а Месса Петра в этот год пришлась на первую среду девятинедельного поста.

Отец с сыном сидели в малых покоях; они заранее побрились и выбрили себе темя. Кальв имел чин аколуфа, а Гутторм, его сын, был дьякон.

Первым в дом зашел Гудмунд сын Асбьёрна, и Оск его приветствовала. Но он нахмурил брови. Затем в малые покои передали, что Кальва вызывают во двор.

Он спросил, кто именно его вызывает.

Они сказали, что такова воля Кольбейна.

Тогда Кальв прошел из малых покоев вперед, и то же сделал его сын. Кальв хотел забрать свою секиру и меховой плащ, который лежал на его кровати в общих покоях.

Люди Кольбейна уже заполнили покои. Они сказали, что секира ему не нужна, и что им обоим с сыном предстоит умереть.

Кальв спросил, нет ли тут Стюрмира сына Грима или Клеппьярна сына Халля.

Те сказали, что их здесь нет.

— Тогда я полагаю, — сказал он, — что здесь нет людей, которые вправе мстить мне по-крупному. Но все же мы хотим повидать священника.

Священник Торстейн с Дымного Пригорка исповедал отца с сыном и дал обоим причастие. После этого их вывели наружу, и Кальв взял распятие из руки священника и зажал в своей, когда выходил из дому. А когда они подошли к месту между чуланом и церковным двором, Кальв воткнул распятие у ограды, и лег возле него на землю.

Торальв сказал:

— Не соображаешь ты Кальв, что творишь. Не ложись так близко к кресту, чтобы кровь его не забрызгала.

Кальв сказал:

Да вы совсем не даете мне проходу, — и с этими словами лег от креста подальше.

Бут сын Торда зарубил его.

После этого Гутторм молча подошел и лег возле своего отца.

Бут зарубил его.

Затем они ускакали прочь и прибыли к себе домой на Мошкарное Болото. А домочадцы убрали тела, и они были перевезены на Пригорки. И молва гласит, что Кальв был первым бондом на севере страны, из живших в его время.

После убийства отца с сыном, Кальва с Гуттормом, Кольбейн с Орэкьей отправились с восемнадцатью людьми на юг к Дымному Холму, чтобы испросить совета у Снорри; они выясняли, на какую помощь могут рассчитывать.

Снорри отвечал, что у него нет привычки встревать в распри в чужих округах, но что он, по его словам, поедет на альтинг и поможет им добиться такого исхода, который бы всех устроила [602] .

После этого они поскакали обратно на север.

А по прибытии в округи Кольбейна они призвали бондов ополчаться и блюсти оборону скопом, и бонды сами должны были содержать себя сами. Так и поступили, и чаще всего на хуторах сидело по три бонда.

[1234 г.] Теперь следует рассказать о Сигхвате, что Эйрик Граф, лазутчик, которого послал Стюрмир, поздно вечером прибыл на хутор Почва, вместе с еще одним человеком.

Сигхват сидел в своей постели; на плечи его был накинут лоскутной плащ (tuglaskinnfeld), а голову закрывал черный капюшон из шкуры ягненка.

Эйрика и его товарища спросили о новостях.

Те отвечали, что в Нагорном Фьорде созвано ополчение, и что Кольбейн с Орэкьей могут явиться уже этой ночью, и не с миром.

Но Сигхват отозвался вяло и усомнился, что до этого дойдет. И по свежим следам распоряжений отдано не было.

Халльдора, хозяйка дома, подошла к Сигхвату и сказала, что тут нечего думать и надо посылать за людьми.

Сигхват просил ее саму послать за теми, кого она хочет видеть.

Она тотчас отрядила гонца к морю, к Посаду, и оттуда послали гонца дальше на север к Кольбейну, на Двор Греньяда, а тот человек, который пришел в Посад, принялся собирать народ в низовьях. Другого человека Халльдора послала в горы к Грязному Двору. Затем Торвард сам собрал народ в верховьях, ибо у него было много друзей [604] . Первым на хутор прибыл Торгильс Парень с Пригорков [605] , с сорока людьми, а наутро явились все прочие бонды, жившие на севере Островного Фьорда; они пришли еще до заутрени.