Чтение онлайн

– Как поживаешь, ма?

А в ответ тишина.

– С тобой хорошо обращаются?

Лишь тиканье часов на прикроватном столике.

– Тебе нужно что-нибудь?

Странное колючее облако материализовалось вокруг роем пчел, и она посмотрела на меня. Взгляд темных глаз внезапно прояснился.

– Нужно ли мне что-то? Я скажу тебе, чего мне точно не надо. Проклятие. Ты принес его с собой? – потребовала она. – Ситуация ухудшилась, да? Твоя кожа в чернилах, и ты нацепил на себя металл…

– Хорошо, ма…

– Те врачи, они оказались никуда не годными. Выпустили тебя, и ты пришел сюда с проклятием ко мне, к больной пожилой женщине…

Я сжал челюсть.

– Я твой сын…

– Чушь! – Мама покачала лежащей на подушке головой, отчего ломкие волосы запутались еще сильнее, а затем ее глаза расширились от паники. – Мой сын, мой сын? Где мой сын? – запричитала она. Ясность сознания ускользала, как будто щелкнули переключателем, оставляя ее в отчаянии. – Мой милый маленький мальчик исчез. Пропал…

Вошедший в комнату санитар снисходительно ухмыльнулся.

– Так, миссис Янг. Слегка расстроились, да?

Он окинул взглядом мои татуировки.

Я поднялся со стула.

– Я ухожу. Не знаю, почему я беспокоюсь.

Санитар молча согласился.

Моя мать продолжала качать головой, что-то бормоча по-русски. Закрыв глаза и сжав губы, она вспоминала меня до того, как пробудилось провидение. Как обнимала, смеялась вместе со мной, когда мы играли с разбрызгивателями на заднем дворе под жарким техасским солнцем, как целовала меня в щеку перед сном и уговаривала не переживать, ведь папа не будет долго злиться, к тому же мы есть друг у друга, не так ли?..

«Те времена чертовски давно прошли, – напомнил себе. – Зачем ты над собой издеваешься? Это последний визит…»

Я остановился у двери, всей душой желая проникнуть в воспоминания, в которых жила моя мать. Я хотел быть там вместе с ней.

– Прощай, ма, – сказал я. – Увидимся.

Покинув дом престарелых, я выехала на окраину города и нашел мотель. Очередной дерьмовый мотель в моей жизни. Сел на кровать и обхватил голову руками.

«И что теперь?»

Откинувшись на жесткую кровать, я уставился в потолок. Бледно-желтое пятно от воды окрасило один из углов. Вот она реальность. Я видел все собственными глазами. Благодаря провидению, боль и страдания просачивались сквозь стены чернильными потеками, растекаясь грязными пятнами. Обитатель соседней комнаты, так же, как и я, находился на грани. Возможно, у него даже имелся пистолет или горсть таблеток. Или мотоцикл, который частенько вылетал на встречку. Перед внутренним взором тут же возникло видение, как он милосердно разлетается по всей дороге. Все что угодно, лишь бы прекратить боль. Все что угодно, лишь бы покончить с гребаным провидением.

– Фиона, – прошептал я в пустоту.

Ну да, конечно, так мне и ответили! Фиона собралась покинуть эту чертову страну. У нее имелись собственные планы и в них не входил пункт о спасении отчаявшегося фрика, которому необходима доза, чтобы сдерживать натиск жизни окружающих. Чтобы его собственная жизнь стала терпимой. Сносной.

«Она делает мою жизнь сносной».

Необъяснимый покой, который дарила мне Фиона, походил на искаженное воспоминание. Я считал это невозможным, но сладким поцелуем она заглушила голоса и смыла кислый привкус с моих губ. А еще красивая и сексуальная Фиона в постели оказалась горячее любой из встреченных мной девушек.

«Она лишь страстное увлечение, а не чудо».

Только вот покой был настоящим, и неважно, в чем я пытался себя убедить. Из-за этого я еще тяжелее мирился с провидением. Я не мог перестать думать о Фионе. Об ее красоте, улыбке и присущей ей доброте…

Вскочив с кровати, я принял душ и оделся в черную футболку и джинсы.

«Лекарство от увлечения Фионой лежит между ног другой девушки», – с отчаянной надеждой решил я.

Стойка регистрации в мотеле пустовала, и мне не у кого было выяснить расположение местных клубов. Впрочем, я посчитал, что в небольшом Саммервилле с поиском не возникнет проблем. Направившись в центр города, быстро нашел джаз-бар. Не такой шумный, как клуб, но народа сидело много. Малый барабан, саксофон и пианино играли вместе, приглушая какофонию жизни. Тусклый свет успокоил провидение, настаивавшее на том, чтобы продемонстрировать мне цветной туман вокруг всех присутствующих.

Я протиснулся к бару и приблизился к брюнетке в черном обтягивающем платье с декольте, от которой исходило красное свечение. Когда девушка повернулась на стуле и окинула меня оценивающим взглядом, я ощутил на языке вкус перца.

– Привет. – Она изучила мои татуированные руки и пирсинг, и лишь потом посмотрела в глаза. – Я Лидия.

Брюнетка протянула мне руку, и вся ночь пронеслась в моей голове.

Вот я угощаю девушку выпивкой, исподтишка наблюдая, как постепенно разгорается ее интерес. Когда понимаю, что она готова, мы едем к ней или ко мне в мотель, где я трахаю ее до бесчувствия. Или, точнее, пока я не потеряю сознание. Ее оргазмы сливаются с моими, и все, что я способен видеть, чувствовать и пробовать на вкус – это то, как она кончает. После я быстренько скатываюсь с нее, используя летнюю жару как предлог, чтобы оказаться на другой стороне кровати. Девушка засыпает, а я ухожу. Неважно, даже если это моя чертова комната в мотеле. Я собираю вещи и уезжаю, отправляюсь в путь и повторяю то же самое другой ночью в очередном городе.

Брови Лидии приподнялись, и она опустила протянутую руку на колени, став похожей на подстреленную в небе птицу.

– Эй? Пенни за твои мысли?

Я перевел на нее взгляд и моргнул. Лидия. Темно-красные оттенки. Вкус шоколада и специй, пахла бархатом. Любой мужчина продал бы душу, чтобы уехать с ней.

Фиона же была мягкой и милой, а когда я поцеловал ее, мир растворился сахарной карамелью на моем языке…

Я развернулся, а когда выходил, в спину прилетело «чудак» от Лидии, словно прощальный выстрел. Однако он не достиг цели. Я выскочил на улицу и помчался назад в мотель. Собрал вещи, выписался и в одиннадцать вечера отправился в путь. Пока дорога проносилась мимо, мои мысли крутились по кругу. Если продолжать в том же духе, то ничего хорошего не выйдет. Я не просто уловил эмоции парня из соседней комнаты в мотеле. Я как будто стал им.

«Всего несколько недель. И все. Перерыв. А потом ты оставишь ее в покое».

План выстроился моментально. Выиграть немного денег. Так, чтобы хватило на пару недель. Потусоваться с ней и просто… быть собой.

«О, ты хотел сказать использовать Фиону. Погрузиться глубоко в ее личную боль и мрачные тени, пока сам, словно энергетический вампир будешь впитывать то, что необходимо тебе. А потом наблюдать, как она уходит. Отличный, черт возьми, план».

Я притормозил и съехал на обочину.

– Черт.

Заглушил двигатель.

– Черт.

Слез, сорвал с себя шлем и швырнул его на землю.

– Черт, – заорал я в ночную тьму.

Я вспоминал улыбку Фионы, чувство юмора, бесстрашие и доброту, которые разливались вокруг нее розовым. Наверное, так выглядели ее волосы при солнечном свете.

Только вот Фиону уже предавали, и она желала защитить себя. Во время прощания я улавливал в равной степени нежелание меня отпускать и гордость за то, что она выполнила свою часть сделки. Он – кем бы ни был этот ублюдок – что-то у нее украл, хотя я не знал, что именно. Из-за этого Фиона опасалась снова довериться мужчине. Мог ли я винить ее за это?

Я отыскал валявшийся в грязи шлем и, поднимая его, решил не исполнять недавно придуманный план.

«К черту все, найду очередную игру в другом городе…»

Шлем повис на моей руке.

Но…

Тогда в комнате я стал парнем с пистолетом, у которого пропало желание жить. Не осталось бы ничего кроме мозгов и кишок на дороге, если бы мотоцикл пересек желтую линию.

Или я потерял бы себя.

«Она мой последний шанс».

Надежда затопила меня, подобно прохладной воде смывая кровавые видения моего будущего. Надев шлем, развернул мотоцикл на двухполосной дороге и вернулся обратно в убогий мотель на окраине города тем же путем, что и приехал.