Сахар со вкусом соли
Шрифт:
Он думает, что я девственница? Серьёзно? Что же его натолкнуло на эту мысль?
— Было бы не плохо, но… — остановилась и почесала подбородок, — но после шлюх, которых ты ебал в клубе Гарса, не особо хочется. Мало ли что ты мог от них подцепить.
Я специально это говорила, чтобы вывести его на эмоции. Навряд ли он ебет шлюх без резины. Такие, как Рафаэль, заботятся о своём здоровье. Тем более, когда имеешь в основном продажных девок.
— Ради такого случая готов предоставить справки.
— А вдруг я чем-то больна? Вдруг мой цветочек сорвали, и в моей вагине побывало толще членов?
— Возможно, тебя и продырявили, но она счёт толпища членов не уверен.
— Откуда такие догадки?
— С моими связями не составит труда раздобыть информацию о человеке.
— Рылся в моем грязном белье?
— Частично.
Не ожидала, что Рафаэль будет интересоваться мной. М как много он нарыл на меня? То, что он хочет меня, видно невооружённым взглядом. Все ещё удивляюсь, как его папа не пристрелял, ведь пока я проверяла контракт, Раф раздевал меня глазами. Смелый чертяга. Но это так подкупает.
Что ещё сказать мужчине, я не знала. Зато он болтал без умолку, пока мы ехали в его офис, и постоянно пялился на мои ноги. Да, да, я поехала вместе с ним. После его: «Едешь со мной» — даже возражать не хотелось. Впервые иду на поводу у мужика. Но блин, мне не хотелось возражать ему. Только сейчас почувствовала всю серьёзность. Только не это!
Припарковав машину, он, как истинный джентльмен, поспешил мне открыть дверь, но было поздно, я уже вылезла. Но, видимо, планы мужчина не собирался менять. Рафаэль подхватил меня за талию, как пушинку, и заново усадил на сидение, захлопнул дверь. Удивлённо смотрела на него. Это вообще нормально? Кто так делает?
Рафаэль открыл дверь и подал мне руку.
— Ты больной, — фыркнула я, принимая его руку.
— Но тебе нравится.
— Ну и самомнение у тебя, — закатила глаза.
— Не пытайся меня надурачить, малышка. Уже была подобная беседа.
— Не зазнавайся. Это всего лишь спортивный интерес.
— Уверена?
— Мистер Адамати, — не дал мне ответить вылетевший из-за угла мужчина, — вас уже как сорок минут ожидают. Я к вам не могу дозвониться.
— Калеб, проводи девушку ко мне в кабинет и угости чем-нибудь, — сказал Раф и пошёл прямо по коридору.
— Сколько тебе лет? — спросил мужчина, рассматривай меня с ног до головы.
— Восемнадцать.
— Камень с души. Думал, несовершеннолетних в эскорт берут.
— Что? — крикнула я слишком громко, что даже уходящий Рафаэль обернулся. — Ты меня только что шлюхой назвал?
— А разве нет?
— Нет! — влепила ему пощёчину.
— Что случилось? — вернулся Адамати.
— Я это…
— Он подумал, что я одна из твоих шлюх! — перебила мужчину.
— Калеб, твою мать! Ну, какого хрена?
— Извините. Просто…
— Это все твоя короткая юбка, — перебил Раф своего подчинённого, тыча пальцем на мою юбку.
— Давай, вини мою юбку. Просто не нужно шлюх водить на работу. Тогда твои подчинённые, не буду думать на приличную девушку, что она твоя очередная дырка!
— Так, — повернулся к мужчине, — веди её в мой кабинет. Дай ей свой пиджак, не хватало, чтобы её кто-нибудь из парней заприметил. Передай, чтобы в её сторону никто даже не смотрел, глаза выколю. А ты, — ткнул пальцем в меня, — прикрой задницу пиджаком Калеба. И веди себя прилично, а то выпорю.
Пока Рафаэль отдавал приказы, смотрела на него, как на самый желанный кусочек торта. Ну все, мозги точно поплыли. Черт!
— Ты меня услышала? — повысил он голос.
— Напугал, блин, — захлопала ресничками.
— Я предупредил.
— Как скажешь, па-по-ч-ка, — прочеканил притворно.
— Даниэлла, не нарывайся.
— Боюсь, боюсь, — показала ему язык.
— Ребёнок, — закатил глаза и тяжело вздохнув, ретировался.
Калеб повёл меня в кабинет своего босса, по пути искренне извиняясь. Первое, что мне бросилось в глаза: из кабинета было видно, что происходит за его пределами. Главное, что происходило в самом кабинете, не было видно. Вот это кайф. Я бы никогда до такого не додумалась. В голове сразу всплыл вопрос: какого тут заниматься сексом? Да по-любому экстремально.
— А ты кто такая?
От неожиданности я подпрыгнула на месте и уронила фарфорового тигра, которого взяла на полке с книгами.
— Конь в пальто! — раздражённо ответила и опустилась на колени, начиная собирать остатки от тигра.
— Сама вежливость, — прозвучал голос над моей головой.
Рядом с моей рукой появились белые затёртые кеды. Подняв глаза, встретилась взглядом с парнем, волосы которого были выкрашены в ядовито-красный цвет. Подобного цвета мои волосы тоже были выкрашены.
— Классный цвет, — сделала ему комплимент.
— Знаю, — опустился на корточки и начал помогать собирать осколки. — Скат. Меня зовут Скат, — пояснил он, видимо, понял по моему лицу непонимание.
— Даниэлла. Можно Дани.
— И что же такая красотка, забыла в таком месте?
— Не твоего ума дело! — как гром с ясного неба, раздался недовольный голос Рафаэля.
— Рафаэль, у тебя сейчас пар из носа пойдёт, — решила пошутить, но мою шутку никто не оценил.
— Приятно было познакомиться, Дани, — сказал красноволосый парень и покинул кабинет.
Несмотря на хозяина кабинета, продолжила собирать разбитого тигра.
— Встань, для таких случаев у меня есть уборщица.
Встала с коленей и отряхнула невидимую пыль. Имея наглость, села за его стол. Ничего так, удобненько. Стоявший напротив мужчина расплылся в улыбке.
— Нравится?
— Неплохо. Очень удобно. Ещё бы массаж не помешал, ноги гудят от каблуков.
Рафаэль направился ко мне, повернул кресло к себе и встал передо мной на одно колено. Сглотнув образовавшийся ком в горле, продолжила наблюдать за его действиями.
Будь что будет! Живем раз, чтобы соблюдать правила приличия. К черту мозг!
Адамати взял мою ногу, потянул замок и снял сначала один сапожок, затем другой. Когда он начал массировать мою ступню, закатила глаза от удовольствия и откинулась на кресло. Проворливые и умелые пальцы мужчины постепенно поднимались, продолжая массировать. Когда руки оказались чуть выше колена, Рафаэль остановился. Посмотрела на него через один приоткрытый глаз. Не видя моего отказа, продолжил подниматься выше. Когда дошел до края чулок, чертыхнулся и резко вскочил на ноги. Только хотела оставить ядовитую фразу, как он резко поднял меня и усадил на поверхность своего деревянного стола. Раф тяжело дышал, его черные глаза стали еще темнее.