Сахара
Шрифт:
И разрешены все трюки и штучки.
Единственным ограничением будет запрет владения огнестрельным оружием. Как только эта идея пришла к нам в головы, я тут же знал, чтобы без особого труда наберем сумасшедших со всего света, которые захотят выйти на старт в этом соревновании. Первые же объявления принесли кучу отзывов. Мы планировали, что будет сто участников, и на сегодня у нас имеется два десятка кандидатов, которых привлекают сильные впечатления и куча бабок в качестве награды.
Каждый участник выплачивает две с половиной тысячи баксов в рамках вступительного взноса. Наградой победителю будет весь этот пул.
А победителем стану я. Ведь мы, естественно, будем мошенничать. Я знаю пустыню достаточно хорошо, чтобы приготовить конкурентам самые невероятные ситуации. Благодаря сотрудничеству с местными чиновниками и знанию сложностей местности, я всегда могу устроить, чтобы они заблудились, или же обеспечить для них приличную порцию надлежащих им незабываемых впечатлений.
Мысль о сотне машин, на полном газу несущихся через песчаную равнину, переполняет меня радостью. Если и осталось какое-то приключение, которое я еще не испытал, то это именно оно.
***
Тем временем, нужно собирать бабки, и у нас не остается ничего другого, как только вооружиться терпением. И такие вынужденные каникулы мне совсем не нравятся.
Большую часть времени провожу в саду, где слушаю музыку, курю марихуану и объедаюсь с остальными жареной бараниной. Среди моих занятий следует отметить и то, что я занимаюсь обустройством сада. И вот сейчас я удобно сижу в белом легком костюме, наблюдая, как пятьдесят человек перекапывает мой громадный садовый участок.
Вокруг меня сидят мои люди и тоже присматриваются к тому, как идут дела. Они накупили себе новых вещей, пользуясь совершенно смешными местными ценами. Особенно импозантно выглядит Капоне. Он приобрел себе сапоги из крокодиловой кожи, ремень из того же несчастного пресмыкающего и бумажник из неизменного крокодила. На мизинце он носит золотую печатку, ну и, естественно, чтобы дополнить картинку, золотую цепочку на запястье. В печатку он приказал вставить небольшой однокаратовый бриллиант, который я предложил ему из личного собрания. Сидя рядом со мной, он каждые две минуты дышит на свой бриллиант и потирает его о лацкан, а в перерывах тренируется в покачивании цепочкой. Время от времени он хохочет или же рассказывает какой-нибудь анекдот.
Все расслабились, отдохнули, и весь дом переживает просто громадную потребность в "бум-бум". Все, но только не я. Несколько баб, которых я удовлетворяю ежедневно, мне совершенно хватает. Но вот романтической любви мне и не хватает.
***
В связи с этим высылаю Ахмеда и Кару за Радижах, ведь именно ради нее я и приказал начать все эти раскопки.
Исключительно из-за Радижах мне хочется, чтобы тут было зелено, чтобы тут был газон. А для этого необходимо перекопать и размять всю эту засохшую красную почву. Тридцать метров в длину, почти столько же в ширину и метр в глубину - поэтому пять десятков типов пашут без остановки.
При этом они разбрасывают навоз - много и очень хороший, судя по цене, которую я за него заплатил. После этого они, склонившись, садят траву, стебелек за стебельком. Траву я купил у типа, занимающегося "развитием, взаимопомощью и сельским хозяйством" или чем-то подобным. Мне хотелось иметь траву, которая бы через пять дней выглядела очень хорошо. Восхищенный подобной оказией, он нашел мне такую, очень дорогую и самого великолепного качества.
Впрочем, на счета я едва лишь глянул. Это дело Шотара, я только плачу. Единственное, чего мне хочется - это газон, быстро, спокойно, в английском стиле, но никак не мой окруженный забором шматок пустыни.
***
Джеки уже встает, и теперь он прохаживается по саду чо своим зверем. В конце концов, ему пришлось признать, что его зверь - это нечто совершенно отвратительное, лысое, дерьмового цвета, худющее, вонючее, короче, что это и вправду шакал. Но он его не выкинул, потому что животное очень похоже на Шотара.
Самюэль Граповиц рассказывает мне о своих разочарованиях после пары дней самых тщательных исследований:
– Нет, Чарли, понимаешь, это же совсем не настоящие женщины.
Хуй без пизды с другой стороны - это нечто совершенно проотиворечащее природе.
Я гляжу на пейзаж, на газон, который уже на вид густой, и который я приказываю поливать каждый вечер. Целый караван мулов поставляет мне воду из протекающей неподалеку реки. Гляжу на Нигер, блестящий среди сожженной земли, и на чудесное свежее пятно, образованное моим садом.
И подумать только, я тут семь потов спустил, чтобы устроить божественный уголок, а этот гад портит мне его, запустив своего отвратительного шакала.
– Понимаешь, Чарли, ну нельзя же вырезать женщине клитор. Ни в какой стране. Это же дикари.
Я запланировал для него утешительное путешествие через Рио и Бангкок и дал средства, необходимые для реализации мечты. И теперь Самюэль Граповиц поедет показывать своего малыша самым прекрасным в мире женщинам.
Решение Самюэля послужило сигналом и для других. Индейцу загорелось вернуться к жене. Джос с Капоне тоже заскучали по родине.
И вот в одно прекрасное утро всех их перед воротами поджидает такси, чтобы отвезти в Бамако, каждого на свой самолет. Капоне чрезвычайно тронут и пытается ускорить отъезд, чтобы скрыть это.
– Но ведь ты же заедешь за нами, Чарли? Не забудешь?
Самюэль Граповиц кладет руку на сердце.
– Спасибо, Чарли, благодарю тебя.
– Всегда рад услужить.
***
Наши черномазые приятели дают несколько возможностей поржать. Как-то днем, во время прогулки, лично видим хохму из старинного мультика. Сидящий высоко на дереве тип подпиливает ведку, на которой сиит.
– Спорю на сотню баксов, что парень грохнется.
Ни Джеки, ни Шотар со мной не соглашаются. Наш бухгалтер считает, что тип вовремя сориентируется.
– Сто баксов.
– Договорились.
Дожидаемся до самого конца. Громкий треск, и ветка вместе с мужиком падает прямо к нашим ногам. Негр поднялся, потер лоб, улыбнулся нам, после чего поднял пилу и снова полез на дерево.
Нет, эти люди всегда будут удивлять меня.
Вечерами, когда крутят фильмы карате, сеансы в местном кинотеатре особенно забавны. Меблировка внутри ограничена до минимума, а киномеханик никогда не слышал о правильной последовательности частей.
Вся привлекательность походов в кино состоит в драке, которую ведут друг с другом подражающие каратиста зрители, чтобы собрать все те монеты, которые я разбрасываю по окончанию фильма.