Чтение онлайн

К вечеру первого дня отсутствия Бабы молодой человек, с которым я работала, вбежал в комнату с настоятельной просьбой быстро прийти туда, где молодая женщина наделала шуму в женской секции перед ~мандиром|. Он рассказал мне, что добровольные помощники были не в состоянии сдержать ее. Он стал объяснять, что она только что прибыла в ~ашрам| под опекой пожилого мужчины, который сопровождал ее в путешествии из Англии. Она бредила, была довольно буйной и требовала постоянного наблюдения, чтобы предотвратить нанесение вреда себе самой и другим. Ее сопровождающий или телохранитель рассказал молодому человеку, что он знал ее в течение длительного времени. Она была отличной студенткой и самой молодой женщиной, когда-либо назначавшейся на должность директрисы школы в англии, прежде, чем стала такой бесноватой. Эта ужасная перемена произошла в то время, как она случайно связалась с группой, которая занималась черной магией, хотя исповедовала христианство. Она поняла свою ошибку, когда участвовала в черной мессе. Ее теперешнее состояние было непосредственно связано с этим пугающим событием. Он быстро сообщал эти факты нам, пока убеждал меня пойти с ним, чтобы помочь. Он оставил ее в центре женской половины храма, где ни он, ни сопровождающий ее мужчина не могут находиться, так как это против правил ~ашрама|.

Сказать, что я была в ужасе, было бы преуменьшением. Я не имела ни малейшего представления, как поступать в таком случае. Кроме того, у меня не было полномочий делать что-либо подобное в ~ашраме|, и я не могла спросить разрешения у Бабы, поскольку Он уже уехал в Анантапур. Очевидно, это было обязанностью женщин-добровольцев, так как их выбрали для того, чтобы они решали женские проблемы. На них была возложена обязанность проводить в жизнь немногие правила, чтобы обеспечить порядок и приличия среди женщин. Когда я высказала некоторые из этих возражений, молодой человек заявил, что это -- отнюдь не обычная проблема и что я -- единственная женщина, по его мнению, которая могла бы, возможно, ей помочь. Я согласилась пойти с ним, чтобы посмотреть, что происходит, а мой муж настоял на том, чтобы сопровождать нас. Когда мы подошли к женскому ряду для ~даршана| перед ~мандиром|, нам открылась дикая сцена. Несколько добровольцев пытались удержать молодую женщину. Она была одета совершенно несоответствующим образом и шумно веселилась и неистовствовала прямо перед ~мандиром|, где тишина была непременным условием. Личные апартаменты Бабы составляют часть здания ~мандира|, как и комната для бесед, поэтому тем более было необходимо поддерживать тишину.

Я увидела, что она сопротивляется усилиям добровольцев удержать ее настолько яростно, что им приходится держаться на расстоянии, чтобы избежать ее молотящих рук и ног. Это было действительно безвыходное положение.

Прежде чем я успела принять какое-нибудь решение, я обнаружила, что бегу через лежащее между нами пространство, как бы выброшенная силой помимо моей воли. Так же автоматически я схватила обезумевшую женщину, очень осторожно опрокинулась с ней на землю и стала качать ее на коленях, как будто она была обиженным ребенком.

Когда я начала успокаивающе говорить с ней, она взглянула на меня, явно напуганная, и спросила: "Вы -- англичанка?" Когда я ответила, что родилась и училась в Англии, она вздохнула и прислонилась ко мне.

В этот момент мой муж стремительно бросился ко мне, но добровольные помощницы не пустили его, так как он находился на женской половине. Я видела, что он испугался, не нанесен ли мне вред, поэтому я быстро заверила молодую женщину, что попытаюсь помочь ей, и убедила ее позволить отвести себя в другую часть ~ашрама|. Она кротко молча согласилась, и с помощью другой женщины мы почти вынесли ее туда, где мы могли обсудить, что делать дальше. Человек, который привел ее, прибежал поспешно уже с ключом от комнаты, которая предназначалась им. Я заметила, что его лицо и руки покрыты царапинами и порезами. Позже мы узнали, что они нанесены его подопечной во время перелета в Индию.

До тех пор, пока мы не доставили ее в комнату, у меня не было возможности хорошенько рассмотреть ее. Я ужаснулась при взгляде на нее. Она была похожа на скелет, была грязной, со спутанными волосами, ее одежда была рваной, а лицо -- белым, как бумага. Но в глазах ее было выражение, которое многое сказало о том, чт'о она перенесла. Мое сердце страдало при виде ее, но я все еще не имела ни малейшего представления, как помочь ей. Все, что я знала в тот момент, так это ее отчаянная потребность в любви и сострадании.

В течение последующих нескольких дней небольшая группа людей с Запада старалась помочь более практичным способом. Некоторые из женщин подарили ~сари| и показали ей, как носить их, тогда как другие принесли еду и постель. Я помогла ей вымыться и расчесать ее спутанные волосы. Когда она медленно и боязливо начала рассказывать о том, что с ней случилось, я ужаснулась, обнаружив ту гипнотическую власть, которой обладают люди, стоящие за так называемой христианской группой, с которой она оказалась нечаянно связанной. Я ужаснулась при виде ее полного подчинения и страха. Я применяла все методы, которые знала, чтобы вызвать ее на откровенность и научить, как избавиться от страшных символов и призраков, которые, как она сообщала, "возникают" в ее голове. Я не имела личного опыта лечения такого серьезного случая и абсолютно не сомневалась, что, независимо от того, что это такое, Баба должен действовать через меня, если бы следовало избавить ее от любой зловещей силы, которая все еще управляла ею на расстоянии.

Несколько человек стали замечать весьма странные вещи, происходящие с ними. Они сообщали, что всякий раз, как они вступали в контакт с ней или даже проходили мимо ее комнаты, когда она находилась там, они становились больными, приходили в угнетенное состояние, в замешательство и чувствовали слабость. Одна женщина, просто одолжившая ей носовой платок, почувствовала себя совершенно больной после того, как он вернулся из прачечной и она взяла его, чтобы положить в чемодан. Только после того, как она сожгла платок, она избавилась от хлопот. Все больше и больше женщин рассказывали мне подобные истории, в результате чего меня осенило, что я, которая находилась с ней много времени, не испытала никаких затруднений, как другие. Это весьма удивляло меня,так как я всегда была чрезвычайно восприимчивой, особенно к отрицательным эмоциям или влияниям. Почему на меня не было оказано никакого влияния, тогда как у других людей возникали проблемы?

Тогда однажды утром, когда она была больше, чем обычно, обеспокоена и напугана, я инстинктивно потянулась к изображению Бабы, висевшему на моей ~мангала сутре|, с тем, чтобы попытаться мысленно установить с Ним контакт и спросить, что мне делать. Конечно! Разве не сказал Он, что это ожерелье обеспечит мне защиту девяти планет? Я не совсем поняла это утверждение в то время. Вот, должно быть, причина того, почему я оказалась единственным человеком, невосприимчивым к негативным силам, управляющим ею. Эта мысль успокоила меня, но я чувствовала себя очень одинокой и более уверенной в том, что должна постоянно обращаться к Бабе за помощью.

Все были счастливы, когда Баба вернулся. Мы решили, что теперь Он займется этим странным случаем. Мы надеялись, что Он вылечит ее и избавит от притеснителей. Вместо этого Он приказал добровольным помощникам посадить нас обеих во время утреннего и послеполуденного ~даршана| у стены комнаты для интервью, расположенной непосредственно под Его личными апартаментами. Воздействие этого места на девушку было необычайным. По-видимому, сила Бабы, просачивающаяся сквозь стену здания, начала возбуждать и доводить до ее сознания сотни различных символов, представляющих все, что она пережила в руках черных магов. Когда эти образы всплыли на поверхность и она смогла зримо представить каждый по отдельности, я обнаружила, что я в состоянии помочь ей объяснить их и освободиться от них, передав их Бабе. Страх и ужас, которые мучили ее во время этого процесса, были настолько сильны, что она неудержимо дрожала. К счастью, она осознавала то, что мы делаем, понимая, насколько это необходимо, и в любое время стремилась по возможности сотрудничать. Таким путем она освободилась от множества подсознательных воспоминаний, так что могла позаботиться о себе более нормальным образом к тому времени, как мы уехали домой.

Теперь я понимаю, что если бы Баба вступил с ней в прямой контакт, когда она только приехала, воздействие Его энергии было бы значительно больше того, что она могла вынести. Я узнала потом, что Он советовал ей уйти из ~ашрама| при приближении праздника Шиваратри, когда атмосфера заряжена энергией Шивы. Должно быть, Баба решил, что эта энергия была бы слишком сильной, чтобы она могла противостоять ей в своем расслабленном состоянии.

Вскоре после того, как мы приехали, Баба обсуждал с Джеком Хислопом и моим мужем необходимость организовать комиссию и понаблюдать за все растущим числом центров Саи Бабы, которые возникали в США. Так как все больше людей ездили в Индию, чтобы увидеть Бабу, многие по возвращении объединялись в небольшие группы, чтобы петь бхаджаны, а некоторые из них создавали центры. Сейчас, когда число таких групп все возрастало, им требовались руководящие указания, чтобы помочь организовать центры, подобные тем, которые были в Индии, но в такой форме, которая имела бы практическое значение и подходила нашей стране. Баба просил Джека и Сиднея совместно наметить в общих чертах то, что, как они считают, необходимо, и представить Ему на рассмотрение. У них состоялось несколько встреч, чтобы обсудить этот вопрос.

В конце нашего пребывания Баба объявил, что Вторая всемирная конференция состоится в ~ашраме| в третью неделю ноября, непосредственно перед празднованием Его 50-летия 23 ноября.

Когда пришло время возвращаться домой, Он удостоил нас прощальной беседы, во время которой пригласил присутствовать на конференции. Он также спросил о моих головных болях. Узнав, что они все еще имеют место, Он материализовал маленький цилиндрический пластмассовый пузырек с пилюлями и велел принимать по одной каждый день по приезде домой. Когда я более внимательно рассмотрела пузырек, меня заинтриговало, что единственной меткой на нем был маленьких треугольник с буквой K на круглой пробке. Когда мы вернулись в Бангалор, то спросили у нескольких фармацевтов, не является ли этот значок товарным знаком какого-нибудь известного изготовителя. Никто не признал это, поэтому мы пришли к заключению, что это была еще одна загадка Бабы, которую я должна решить. Я сразу же подумала, что этот знак состоит из двух символов, которые я чаще всего использую в своей работе, -- круг и треугольник -- и что буква K -- первая буква нашей фамилии. Не давал ли Баба мне знать самым хитроумным способом о том, что Ему известны методы, которые я применяю?