Чтение онлайн

Вот краткое описание его карьеры в изложении Ассера. «И хотя он обладал королевской властью, этот король был ранен когтями многих несчастий. С двадцати до двадцати пяти лет (сколько ему ныне) он постоянно страдал от приступов неизвестной болезни; не проходит и часа, чтобы он либо не страдал от нее, либо не был близок к отчаянию от страха перед ней. Ему также причиняли беспокойство (не без причины) непрекращающиеся нападения чужеземных народов с суши и моря, которые не дают ему передышки. Что сказать о его многочисленных военных походах и сражениях с язычниками, о бесконечных проблемах управления страной? О его повседневной заботе о народах, которые живут на территории от Тирренского моря до дальнего берега Ирландии? Мы читали письма и видели подарки, посланные ему из Иерусалима патриархом Илией. Что сказать о больших и малых городах, которые он восстановил, и новых городах, которые он построил там, где их до этого не было? О постройках, бесподобно украшенных по его приказанию золотом и серебром? О королевских залах и покоях, изумительно построенных из камня и дерева по его распоряжению? О королевских каменных особняках, которые по королевскому указу были перенесены с их древних мест постройки и возведены в более подходящих местах? Если не считать его болезни, самым большим источником его неприятностей были препятствия, чинимые его собственным народом, который добровольно не желал выполнять хоть какой-нибудь, даже очень небольшой труд на общее благо королевства. Но он вставал в одиночку, полагаясь на помощь Бога, как умелый кормчий, старающийся привести свое судно, груженное сокровищами, в желанную безопасную гавань своей собственной страны; несмотря на то что все моряки уже измучены, он не позволил, чтобы руль управления страной, который он однажды взял в свои руки, дрогнул или повернулся во время плавания среди яростных водоворотов его жизни. Он прилагал все усилия к тому, чтобы мягко учить, выставлять в выгодном свете, увещевать, приказывать, и, наконец, после долгого терпения сурово наказывал непокорных и ненавидел обыкновенную глупость и упрямство. И таким образом он мудро держал в руках и подчинил своей воле и общему благу своего королевства епископов, элдерменов и знать, самых дорогих его сердцу тэнов, а также главных судей, которым после Бога и короля была дана власть в королевстве по праву. Иногда из-за людской лености королевские приказы не исполнялись или начинали исполняться поздно, не были доведены до конца и становились бесполезными. Я могу здесь упомянуть укрепления, которые должны были быть построены по его приказу, но еще не начаты или начаты, но слишком поздно, чтобы их постройка уже закончилась. И когда вражеские войска нападали с суши или моря или, как часто бывало, и с суши, и с моря сразу, люди, которые не выполнили королевские приказы, испытывали стыд и бесполезное раскаяние».

Будучи ребенком, Альфред дважды приезжал в Рим. В 853 г., когда он был в возрасте четырех лет, его отец отправил его ко двору папы Льва IV, который одел его, как консула, и обращался с ним как со своим сыном. Двумя годами позже Альфред снова посетил Рим, на этот раз вместе со своим отцом. Король Этельвульф следовал по стопам Кедваллы и Ине, но смерть не наступила, и, задержавшись в Риме на двенадцать месяцев, он вернулся домой, где обнаружил, что его старший оставшийся в живых сын поднял мятеж. Королевство было поделено между ними, пока два года спустя король Этельвульф не умер. Тем временем Альфред уже повидал Рим, древний и современный ему, и побывал при дворе франкского короля. Но латинская литература была для него еще закрытой книгой. Он не умел ни читать, ни писать. Его, любимого младшего сына, приучили любить охоту и саксонские стихи, которые читали при дворе его отца, возможно, мечтать о королевстве, на которое, как он думал, его миропомазал папа Лев IV, — но у него было мало шансов получить его. Он вырос слишком честным, но также и одаренным богатым воображением и честолюбивым.

Одним из его дарований была исключительная память. Его мать однажды показала ему и его братьям рукопись саксонских стихов и пообещала отдать ее тому, кто быстрее всех выучит их наизусть. Альфреда взволновала возможность превзойти своих братьев, а также, по словам Ассера, поразила красота начальной буквы на первой странице. Он отнес книгу своему учителю, который прочитал ее для него, и он вернулся к своей матери и прочитал наизусть все, что услышал. Позже он выучил слова повседневной церковной службы, определенные псалмы и молитвы, которые были для него записаны в книгу, которую он всегда носил с собой. Но он все еще не умел читать. В более поздние годы жизни он жаловался на то, что в Уэссексе не было хороших ученых мужей. В этом была доля правды, но это вряд ли извиняет его неумение читать и писать. Этими достижениями дети в королевской семье обычно не могли похвастаться, но не покидает ощущение, что взрослый Альфред слишком легко извиняет упущения своих молодых лет. Тем не менее он вырос с некоторым представлением о латыни, мог следить за церковной службой — он посещал церковные службы каждый день, ходил к заутрене и вечерней службе, с пониманием слушал дневную мессу, и его набожность не была обычной. В более поздние годы он имел обыкновение посещать церкви ночью и молиться в них, чтобы его приближенные не знали об этом.

Мы узнаем о том, что Альфред впервые участвовал в военных действиях в начале 868 г., когда он был заместителем командующего войсками у своего брата короля Этельреда, воевавшего с датчанами. В то время ему было 18 (или 19) лет, что кажется слишком ранним возрастом для того, чтобы командовать армией. Но в Средние века многие воины к 20 годам уже были ветеранами, и мы можем быть уверены, что это был не первый раз, когда Альфред понюхал пороху. В 868 г. братья сражались в Мерсии в тщетной попытке спасти королевство Мерсию от краха. В 871 г. они сражались в самом Уэссексе. В том же самом году Этельред умер, и Альфред остался единственным командующим. Год за годом он вел безрезультатные бои с датчанами, постепенно набираясь опыта, но теряя территорию. В 878 г. армия датчан внезапно напала в середине зимы, когда армия западных саксов была разбросана по всей стране по усадьбам, фермам и небольшим владениям.

«В этом году войско скрытно пришло в середине зимы после Крещения в Чиппенхэм, — гласит летопись, — одолело Уэссекс и заняло его, вытеснив большую часть населения с его территории за море, а остальных принудив подчиниться, кроме короля Альфреда. А он с небольшим отрядом с трудом пробирался через леса в недосягаемые места в болотах... После Пасхи король Альфред со своим небольшим отрядом построил укрепление в Ателни, и с того укрепления вместе с жителями той части Сомерсета он продолжал бороться с врагами. Затем на седьмой неделе после Пасхи он поехал к Ecgbryhtesstan (камню Эгберта) к востоку от Селвуда, где его встретили все люди Сомерсета и Уилтшира и той части Гемпшира, которая была на этой стороне моря [6] . Они тепло встретили его. А днем позже он отправился из тех лагерей в Айли-Оук, а еще через день — в Эдингтон. И там он сразился со всем войском датчан, обратил его в бегство, преследовал его до укреплений и осаждал его там две недели. И тогда датчане оставили ему своих заложников и дали торжественную клятву, что покинут его королевство, и вдобавок пообещали ему, что их король примет крещение».

К этому Ассер ничего не добавляет, но летопись XII в., во многом основанная на сведениях Ассера, «Хроника св. Неота», добавила к этой известной истории одну еще более известную. «Как написано в «Житии» святого отца Неота, Альфред долгое время скрывался в доме пастуха. Однажды случилось так, что жена пастуха собиралась испечь хлеб, а король сидел у огня, готовя лук и стрелы и другое оружие. В скором времени бедная женщина увидела, что буханки хлеба подгорают на огне. Она поспешила убрать их и укорила непокоренного короля, сказав: «Ах ты, негодник, ты любишь, когда они хорошо испечены. Почему ж ты не перевернул их, когда увидел, что они подгорают?» Бедная женщина и понятия не имела, что это король Альфред, который участвовал в стольких сражениях и добился стольких побед над язычниками».

Нельзя сказать, основывается ли этот рассказ на каких-то реальных событиях, но мы можем быть уверены в том, что он ничего не потерял при изложении. Самая ранняя известная его версия — это проповедь о корнуоллском святом Неоте, которая была написана, вероятно, в XI в. или в самом начале XII в. В этой версии король не подкачал: он на самом деле перевернул буханки хлеба (или пироги). Более известная история, изложенная выше, — это приукрашенная версия, написанная в монастыре Св. Неота в Хантингдоншире позднее, в XII в. В тех местах память об Альфреде явно не очень-то чтилась: в этой более поздней версии св. Неот упрекает короля за тираническое поведение в молодые годы и пророчит несчастье; а буханки хлеба сильно пригорают.

Несчастье был предотвращено, а шесть недель на острове Ателни стали поворотным пунктом в жизни Альфреда. Очень хотелось бы знать больше о тайнах партизанского движения короля Альфреда, о способе, с помощью которого он собрал ополчение у камня Эгберта. Об этом мы можем только строить догадки, но относительно раздумий, которые этот переломный момент всколыхнул в душе Альфреда, мы можем быть более определенными. Ясно, что он по-новому показал ему слабость Уэссекса перед лицом угрозы со стороны датчан. Датчане могли легко передвигаться, нападать как с суши, так и с моря; они могли захватить Уэссекс врасплох и разорить его, прежде чем соберется английское ополчение. У датчан сложилась практика строить укрепленный лагерь или, скорее, захватывать старое укрепление и использовать его в качестве базы. В 878 г., когда датчане действовали именно таким образом из Чиппенхэма, Альфред перенял их тактику и создал на Ателни, спрятанном среди болот Сомерсета, базу для контратак. Сражение у Эдингтона было решающим не потому, что оно положило конец угрозе датчан Уэссексу — она исчезла лишь после смерти Альфреда, — но потому, что оно показало возможность нанести сильное поражение войску датчан, после которого Альфред принял меры к тому, чтобы довести свою победу до конца.

Его первый поступок, когда он настоял на крещении короля Гутрума и других военачальников, кажется нам и деспотическим, и утопическим. Это выглядит так, будто он полагал, что насильное крещение сделает варвара цивилизованным человеком. Я считаю, что этот поступок был деспотичным, актом безжалостного, традиционного соблюдения долга. Но он также демонстрирует и другую сторону короля Альфреда: он уже считал себя ответственным за благополучие английского народа при правлении датчан и явно надеялся этим шагом спасти его от религиозных преследований со стороны язычников.

За годы, которые прошли после победы под Эдингтоном, Альфред запустил в действие основательную реорганизацию обороны Уэссекса. Армия состояла в основном из дружины короля, или тэнов, и крестьянского ополчения, или фирда. И те и другие были разделены, так что часть всех вооруженных сил могла служить в качестве постоянной армии, готовой встать под ружье в случае нападения, пока другая часть пахала землю или управляла своими усадьбами. Каждая часть армии заступала на службу по очереди, так что обязанности были распределены справедливо. Затем Альфред принял меры к тому, чтобы крепости Уэссекса были восстановлены и заняты, а также чтобы были построены новые. Когда это было закончено (в начале правления следующего короля), по всему югу Англии протянулась сеть крепостей. Это были большие участки земли, огороженные стеной, и некоторые из них уже начали превращаться в города. Слово borough (небольшой город — англ.) произошло от древнеанглийского слова burh, что значит «крепость». И именно благодаря тесному единению рыночных площадей и стен, их защищающих, возникли многие небольшие английские города. Два века, прошедшие после смерти Альфреда, увидели удивительный рост английских городов. Одной из причин этого была безопасность, которую давали городские стены, а еще большую безопасность крепости Альфреда дали стране в целом. Их непосредственная цель была главным образом военная. Когда нападали датчане, окрестные жители могли укрыться за стенами города, а гарнизон мог использовать его в качестве базы для нападения на датчан. Крепости входили в систему глубокой обороны и впервые дали возможность защитникам Уэссекса ожидать нападений врага с долей уверенности и быстро принимать меры против нападающих (иллюстрация 6).

Но датчане по-прежнему были более подвижны, чем англичане, и третий план Альфреда состоял в том, чтобы встречать врагов, прежде чем они высадятся на сушу. По его приказу были построены большие быстроходные корабли, как гласит «Англосаксонская хроника», согласно его собственному подробному описанию.

Эти меры не устранили угрозу со стороны датчан. Немногие из дальнейших лет жизни Альфреда проходили без войн, ни один — без слухов о войне. Вскоре после 886 г. он заключил еще одно перемирие с Гутрумом и установил границу между своим и его королевствами. Но в 890-х гг. другая большая датская армия откормилась на английской земле и вторглась на территорию королевства Альфреда, а датчане на севере были постоянной угрозой. Тем не менее Уэссекс снова смог вздохнуть свободно, представляя себе спокойное будущее, и этим он был обязан оборонительным планам Альфреда. В те времена они вызывали всеобщее восхищение; его burhs и реорганизацию народного ополчения взял за образец самый могущественный из европейских монархов следующего поколения, Генрих Птицелов, первый саксонский король Германии (919—936), при планировании оборонительных сооружений Саксонии для защиты от мадьяр, или венгров. Но если внимательно посмотреть на меры, предпринятые Альфредом, и все удивительные нововведения, которые сделали его знаменитым, поражает не только их новизна, но и то, как медленно он их разрабатывал. Он был королем уже почти семь лет, когда его настиг кризис 878 г., а полководцем он был и того больше. В этот период он, похоже, ничего не делал для того, чтобы улучшить оборону Уэссекса, а довольствовался тем, что продолжал тактику своих братьев, которая уже доказала, что она в лучшем случае нерешительная, а в худшем — гибельная. Вдруг на пороге тридцатилетия он осознал важность нового дела. Он был человеком, способности которого зреют медленно и который получил возможность все в большей степени постигать новые преимущества и учиться на новом опыте.