Чтение онлайн

Несколько минут спустя перед Берковичем и Бергманом сидел Шауль Разикович, официант, разносивший напитки.

— Вы давно знали Леграна? — спросил старший инспектор. — Говорите, пожалуйста, правду, поскольку все, что вы скажете, может быть использовано против вас. Это официальное предупреждение.

— Меня в чем-то подозревают? — нахмурился официант.

— Да, в убийстве. Только вы могли подменить вино в бокале Леграна уже после того, как консул выпил. На бокале обнаружены ваши отпечатки.

— Я разносил напитки и, естественно…

— Вы воспользовались суматохой, когда все бросились спасать Леграна. Но вы не очень разбираетесь в винах. Для вас нет разницы — во всяком случае, в цвете — между красным “кармелем” и красным же “хевроном”. Вот вы и налили в бокал из другой бутылки.

— Хорошо, что этот тип сломался почти сразу, — сказал Беркович часа два спустя старшему инспектору Хутиэли, когда они вернулись в управление. — Иначе с ним пришлось бы повозиться.

— Ты что, так хорошо разбираешься в винах? — удивленно спросил Хутиэли.

— Абсолютно не разбираюсь. Но Фаринель действительно большой знаток, я это успел проверить, устроил ему небольшой экзамен.

— А я тем временем кое-что узнал о мотиве, — сказал Хутиэли.

— Женщина?

— Как ты догадался?

— А что еще может свести французского консула и израильского официанта?

— М-да… — пробормотал Хутиэли. — Как говорят эти французы: шерше ля фам.

— Не знаю, чего они от нас хотят, — удрученно сказал старший инспектор Хутиэли. — Экспертиза вполне ясная.

— О чем вы? — спросил Беркович.

Он зашел в кабинет к коллеге за бумагой для принтера и застал Хутиэли в состоянии крайнего раздражения, вызванного только что закончившимся телефонным разговором.

— Ты читал сегодняшнюю сводку? Я имею в виду отравление грибами у Сэмюэля Кролла.

— Читал, — кивнул Беркович. — Грибы были некачественными, пятеро оказались в больнице, шестой умер.

— Вот именно. Так вот, Сэмюэль Кролл подал в полицию жалобу — он считает, что его хотели отравить, а Амнону Фридману досталось по ошибке.

— То есть, — уточнил Беркович, — Кролл считает, что это не было случайное отравление?

— Именно так.

— Нельзя ли подробнее, старший инспектор? — заинтересовался Беркович.

— Израильтяне любят собирать грибы, — начал Хутиэли, но Беркович его тут же прервал словами:

— Вы преувеличиваете! Что-то я не замечал, чтобы во время грибного сезона леса кишели грибниками, если, конечно, не иметь в виду “русских”.

— Борис, ты не знаешь, как было раньше, до большой алии. Коренным израильтянам и в голову не приходило, что грибы можно собирать в лесу. Они думали, что грибы выращивают в киббуцах. А сейчас даже так называемая элита не считает для себя зазорным отправиться на машинах в лес и побродить час-другой в поисках маслят — других грибов, похоже, в наших краях просто нет.

— А шампиньоны? Мои любимые грибы! — воскликнул Беркович.

— Сразу видно, Борис, что ты покупаешь грибы, а не собираешь…

— Я даже не покупаю, — улыбнулся старший инспектор. — Этим занимается Наташа. Маслята, кстати, тоже очень вкусные.

— Так вот, — продолжал Хутиэли, — именно маслятами и отравились все, кто был на вилле Кролла, включая хозяина. Сам Кролл выжил, а вот Амнон Фридман…

— Грибы действительно оказались ядовитыми?

— Экспертиза показала, что среди маслят было несколько поганок, причем самого отвратительного типа — внешне их, при плохом знакомстве с предметом, можно принять за нормальные грибы. На вилле Кролла в субботу собралось пятеро, не считая хозяина. Отправились в ближайший лес на двух машинах, собрали не так уж много, погода сейчас сухая, но все-таки хватило, чтобы сварить и зажарить, как гарнир к мясу. Ужинали в шесть часов, а в восемь у всех начались сильные боли… На вилле постоянно живут Сэмюэль Кролл и его племянница Ализа, которая помогает старику. Родители Ализы в Штатах, мать ее — родная сестра Сэмюэля. Ализа учится в Бар-Иланском университете, собирается стать юристом. А погибший Амнон Фридман был ее другом, они собирались пожениться. Девушка в шоке, а Кролл утверждает, что убийца намерен был расправиться с ним, а не с Фридманом.

— Почему он так решил? Почему он вообще думает, что это не несчастный случай? И кто такой этот Сэмюэль Кролл, что он собой представляет, если с ним хотели расправиться?

— Сразу три вопроса, Борис, — покачал головой Хутиэли. — Начну с третьего. Сэмюэль Кролл — американский еврей, ему сейчас под семьдесят, в Израиле пять лет, раньше жил в Калифорнии. Богатый предприниматель, владеет предприятиями в сфере “хай-тек”. В Штатах, кстати, ему не так уж везло, несколько раз разорялся, а потом — на старости лет — решил попытать счастья на исторической родине. Денег у него было достаточно, чтобы начать свое дело, а потом он купил две “старт-ап” компании, удачно вложил капитал. В общем, разбогател.

— Бывает же, — усмехнулся Беркович. — Одни едут за богатством в Америку, другие — наоборот… Простите, я перебил вас…

— У Кролла редкая болезнь ног, — продолжал Хутиэли, — он почти не ходит, ему и в инвалидном кресле сидеть трудно, большую часть времени он проводит в постели. В лес он, естественно, не ездил. Кроме его племянницы Ализы и ее друга Амнона вчера на вилле были еще трое: семья Шустерманов — Игаль, Фира и их дочь Марта, двенадцати лет. Игаль Шустерман тоже владеет предприятиями, подобными тем, что есть у Кролла. В некотором смысле они конкуренты, но поддерживают дружеские отношения.

— Почему Кролл считает, что его хотели отравить? Он ел грибы?

— Конечно. Готовила Фира. Марта с Ализой ей помогали, пока мужчины в спальне Сэмюэля спорили о программе размежевания. Хозяин был решительно против плана Шарона, а Шустерман — за, так что можешь себе представить, какие там были крики. Стол женщины накрыли в салоне, и Сэмюэль не пошел есть со всеми, сославшись на слабость. Ализа принесла ему еду в постель. Через пару часов все шестеро с одинаковыми симптомами оказались в больнице. Ты спросил, почему Кролл думает, что это не несчастный случай? В отличие от гостей он лучше разбирается в грибах и утверждает, что сумел бы отличить поганки от маслят. Когда грибники вернулись из леса, он все-таки зашел на несколько минут в кухню — посмотреть, какие грибы они собрали. Кролл утверждает, что в кастрюле находились только маслята. Кто-то уже потом положил туда поганки.

— Допустим, — с сомнением сказал Беркович. — А почему Кролл думает, что отравить хотели его, а не Амнона? И еще: если они все ели грибы, то убийца их ел тоже, верно? И тоже оказался в больнице? Не слишком ли он рисковал — мог ведь и сам погибнуть? А если убийца грибов не ел, то его легко вычислить, опросив всех, кто присутствовал!

— Ты прав, Борис. Конечно, убийца ел грибы вместе со всеми. Все утверждают: не было никого, кто не съел хотя бы одну порцию. А рисковал убийца не больше, чем знаток змей, пробующий на себе нужную порцию яда — нужно знать меру. Видишь ли, Борис, твой друг Хан — а лучшего эксперта у нас нет, верно? — утверждает, что поганок среди прочих грибов было не так много, чтобы вызвать смерть. Это точно. Но! Если после такой трапезы выпить стакан молока, действие грибного яда усиливается во много раз.