Салехандр
Шрифт:
Эмма взглянула в его наполненные грустью глаза и сжала его руку.
– Я никогда тебя не оставлю.
Джордж и Лили вошли в комнату. Макс оглянулся на маму.
– Макс, всё будет хорошо, – сказала ему Лили. – Всё наладиться, ты мне веришь?
– Мы с мамой любим тебя, – Джордж и подошёл обнять сына. – Мы с тобой. Навсегда.
– Головокружение, и правда, проходит, – кивнул Макс и посмотрел на Эмму. В её глазах он не мог разглядеть ничего, кроме испуга.
*** ***
Утро. Макс открыл глаза. Это было так странно: видеть лица людей, представших перед ним качестве его отца и матери, быть в объятиях, чувствовать их любовь и тепло, но не помнить ни одного дня с ними, ни всей своей жизни. Вчера Эмма просидела с ним до позднего вечера. Она листала школьный альбом и рассказывала о важных встречах, произошедших с Максом в новой школе. Слушая её, он не понимал, как можно было забыть всё это? И думал о том, что больше всего хочет вспомнить свою жизнь.
Макс глубоко вздохнул и поднялся с постели. Он открыл окно, чтобы впустить в комнату свежий воздух, и пошёл к двери. Оказавшись у дверного проёма, он заметил выпирающую доску. Макс двумя руками надавил на её край, пытаясь прижать доску к стене. Она треснула. Макс с удивлением посмотрел на свои руки и нахмурил лоб.
Он лишь попробовал прислонить её обратно. Он такой сильный? Эта мысль ему понравилась, и Макс решил поэкспериментировать. Он взялся обеими руками за край кровати и попробовал её поднять. Неожиданно он стал держать её как пушинку! Макс испугался самого себя и уронил груз. Почему никто не сказал ему?
Раздался грохот, который наверняка испугал обитателей дома. Макс прислонился к стене и сполз на корточки.
– Я умер. Я был трупом, но потом ожил. Я не человек?
Отвлечься от раздумий Макса заставила мама. Она вбежала в его комнату очень обеспокоенная. Увидев перевёрнутую кровать, Лили вздрогнула.
– Что случилось, Макс? Почему кровать перевёрнута?
– Мам… у меня к тебе вопрос, – встал Макс. – Я был сильным?
– Да, вполне, – кивнула Лили. – А что такое?
– Я не об этом, мама… я обладал сверхъестественной силой?
Этот вопрос удивил Лили. Разумеется, Макс ожидал удивлений и боязни, но, на его взгляд, Лили вела себя странно. Искоса смотря на него, женщина очень быстро соображала. Её лицо выражало одновременно сосредоточенность и растерянность. Максу казалось, что она не выдержит раздумий, что у неё разорвётся голова, и она скажет сыну всё, о чём сейчас думает. Но то, чего он так хотел и ожидал, не случилось. Глубоко вздохнув и собравшись с духом, Лили села рядом с ним и медленно проговорила: «Нет».
Макс отвернулся от неё. Он не поверил, что Лили с ним сейчас искренна.
– Макс, почему ты задал мне именно этот вопрос? Что-то происходит с тобой?
– Да так… ничего.
– Тебе незачем от меня что-то скрывать, – настояла мама.
– Хорошо, – кивнул Макс. – Моя сила не нормальна. Я поднял кровать и не почувствовал её тяжести. Совсем. – Макс пристально всматривался в лицо матери, пытаясь проследить её реакцию. – Я был таким прежде?
– Возможно, могло что-то измениться… – открыла Лили рот и задумалась.
Макс встал с пола и подошёл к кровати. Парень одной рукой поднял свою большую кровать, затем аккуратно поставил её на место. Лили встала. По её щекам катились слёзы.
– Зачем ты плачешь? Это ведь ничего не изменит?
– Нет, милый, что ты! – вытерла Лили слёзы и испуганными глазами посмотрела на Макса. – Я думаю, этот дар ты получил после смерти. И ты прав. Это ненормально. Раньше такого не было.
Макс молча сел на кровать.
– Может, сходить в больницу? – задумалась Лили.
– Нет. Этот факт должен остаться в секрете.
– И что мы будем делать? – присела женщина рядом с сыном. – Будем говорить, что ты мёртв? Станешь прятаться? Макс, тебе нужно учиться, потом работать, завести семью. У тебя должна быть нормальная жизнь, Макс. Всё должно быть так, как раньше.
– Уже не будет так, как раньше. Я этого раньше не помню, мама! И люди…
– Пройдёт время, всё образуется. Ты всё вспомнишь. И люди перестанут говорить об этом. Мы вообще постараемся скрыть тот факт, что авария была. Всё забудется. Мы что-нибудь придумаем.
В комнату зашёл Джордж.
– Макс опоздает школу, если продолжит разговор, – сказал он строго.
– Спасибо, пап. Ничего лучше предложить не мог. Я приду туда в самый разгар обсуждений темы насчёт моего таинственного воскрешения.
– Да, и вперёд! – кивнул Джордж и сложил руки на поясе. – Закрой их удивлённые рты и избавься от сплетен. Веди себя так, словно ничего не произошло. Давай собирайся. Я тебя отвезу.
Макс взглянул на мать, и та уверенно кивнула. Должно быть, они это уже между собой обсудили. И Макс был с ними согласен. Лучше он сам придёт в школу и опровергнет все слухи, чем позволит им и дальше судачить о нём и собирать сплетни.
Отец и сын вышли во двор к машине. Макс увидел что-то большое, накрытое брезентом, и подошёл ближе. Но как только это заметил отец, то окликнул сына, и тому пришлось поневоле садиться в машину, чтобы ехать в школу.
Солнце ласково светило своими игривыми лучами, а облака при этом слегка закрывали его. Дул лёгкий нежный ветерок. Словно и не было позавчера никакой грозы. Вскоре машина остановилась, они приехали. Макс, попрощавшись с отцом, вошёл в здание.
Выяснилось, что Макс опоздал на первый урок. Он решил побродить по школе. Макс шёл мимо дверей, читая таблички. Наткнувшись на кабинет номер семнадцать, парень постучал и вошёл. Джессика усердно что-то читала за компьютером, но увидев Макса, выключила монитор, словно просматривала секретное. Девушка встала и кинулась его обнимать. Она плакала.
– Макс! Эмма мне всё рассказала. Это чудо! Но как это возможно?
– Ты ведь сама сказала. Это чудо.
– Да, верно. Я так переживала, думая, что тебя не увижу, что ты больше не будешь врываться в мой кабинет, что не увижу больше голливудской улыбки, твоего лица… Я так испугалась!
Макс обнял Джессику и дал ей поплакать у себя на груди.
– Эмма рассказала мне, что произошло тем вечером, и вообще мне всё рассказала с самого первого дня нашего знакомства.
– Не волнуйся, Макс. Мы поможем тебе нас вспомнить.