Сама невинность
Шрифт:
– Ax! – восхищенно воскликнула девушка. – Никогда не видела такой красоты, госпожа! Можно потрогать? Айлин кивнула, забавляясь ее наивностью. Девушка, пощупав тонкую ткань, прошептала:
– Вы самая прекрасная дама на свете! Там, у лорда Мэрина, вам понадобится служанка. В замке Гвинфр нет ни одной, клянусь! Я могу шить и укладывать ваши волосы.
Некрасивое лицо озарилось надеждой.
– Ты шлюха? – спросила Айлин.
– Нет! – почти яростно воскликнула она. – Клауд – мой дядя и после смерти матери взял меня к себе, но я никогда не лежала с мужчиной! Клянусь именем Пресвятой Девы!
Айлин задумалась. Девушка ничем не примечательна и вряд ли привлечет внимание мужчин. По-видимому, она достаточно умна, чтобы добиваться лучшей судьбы, хотя не обладает сильным характером, а значит, ею можно легко помыкать. Кроме того, ей знакомы эта местность и здешние жители. Пожалуй, из нее выйдет полезный союзник.
– Ты свободнорожденная или крепостная? – спросила Айлин. Если девушка невольница, придется улестить Мэрина, чтобы купил ее.
– Свободнорожденная, но что хорошего мне это дало? Я буду верно служить вам.
– Как тебя зовут?
– Арвид.
Айлин рассмеялась. Девчонка не так проста!
– Собирай вещи, Арвид, – приказала она девушке.
– Все, что у меня есть, на мне, – сухо пояснила та. Айлин брезгливо оглядела засаленную, покрытую пятнами одежду служанки.
– Ну уж нет! Немедленно приведи дядю! Арвид выбежала и несколько минут спустя вернулась с Клаудом. Содержатель борделя оценивающе оглядел Айлин, плотоядно облизывая губы.
– Похоже, я продешевил, – заметил он.
– А по-моему, Мэрин Ап-Оуэн переплатил, и много, – фыркнула Айлин. – Кстати, я беру Арвид с собой, ибо мне нужна служанка. Добудь ей чистую одежду, «старый скупердяй. От девчонки смердит потом и кухней. Должно быть, она не мылась со Дня святого Михаила, и за все это время ты, несомненно, не дал ей и медяка. Так и быть, денег я с тебя не потребую, только одень ее прилично, и она уедет со мной. Тебе не повредит иметь своего человека в замке Гвинфр.
– Я ее приютил, кормил, держал в своем доме, – заныл Клауд.
– Да неужели? Ладно, делай, как тебе ведено. Я тоже кое-что сделаю для тебя, Клауд, но первым делом тащи одежду для Арвид, да поскорее.
Клауд поспешил выполнить приказ.
– Снимай эти вонючие лохмотья и лезь в лохань, – бросила Айлин. – Если ты хочешь служить мне, значит, должна содержать себя в чистоте.
Арвид беспрекословно стащила свои неописуемые обноски и принялась за мытье. Клауд вернулся с чистыми юбками, камизой и туникой голубого цвета. Айлин критически осмотрела их. Бесформенные и уже не новые, зато хоть не грязные.
Клауд положил все на табурет и впился сладострастным взглядом в обнаженную грудь племянницы.
– Пойдем, – позвала Айлин. – А ты, Арвид, не медли, иначе надеру тебе задницу.
Она опустила за собой занавеску и увела Клауда в узкий зал.
– Ты совершенно не умеешь вести дела, тем более справиться с таким заведением, как бордель, – – начала Айлин. – Как только я устроюсь в замке и упрочу свое положение в качестве наложницы Мэрина Ап-Оуэна, подскажу тебе, что делать, и, если последуешь моим советам, уже через год станешь богачом.
– Что может знать о таких вещах дочь барона? – прорычал Клауд. – Если ты и в самом деле та, за которую себя выдаешь.
– О, не сомневайся, так и есть, – заверила Айлин. – Но прежде всего я женщина. И разбираюсь в мужчинах. Если по-прежнему желаешь обслуживать крепостных и бедняков, продолжай жить, как жил. Но богачи и благородные господа привыкли к другому. Они любят хорошо одетых женщин и сладостные ароматы. Им по нраву мягкие постели и тонкие вина. Оставь кислое вино и соломенные тюфяки для нищих, научись принимать богачей, и будешь купаться в золоте.
– А какая в этом выгода тебе? – с хитрым видом осведомился Клауд.
– Небольшая доля в прибылях, но сейчас не стоит это обсуждать. Сначала убедись, что я говорю правду. Потом договоримся, во сколько тебе обойдется моя помощь.
Внутренний голос подсказывал, что ей не стоит доверять, однако обещание больших барышей манило Клауда.
– По рукам, леди, – вдруг услышал он собственный голос.
– Я готова, госпожа, – сообщила Арвид, появляясь в зале.
Она умылась, заплела черные волосы в две косички, голубые глаза сияли надеждой. Айлин одобрительно кивнула:
– Превосходно. Теперь подождем возвращения Мэрина Ап-Оуэна.
Не успели они ступить на крыльцо, как увидели господина Гвинфра, мчавшегося по улочке на огромном боевом коне. Остановившись перед домом Клауда, он протянул Айлин руку и втащил в седло.
– Я взяла в служанки эту девушку, Арвид, – объявила ему Айлин. Мэрин взглянул сверху вниз на жалкую худышку.
– Иди к замку, девушка. Скажи эконому, что ты ее служанка, и он отведет, тебя в покои госпожи.
– Хорошо, господин, – с поклоном ответила Арвид. Мэрин Ап-Оуэн повернул коня и помчался к замку.
– Я не ошибся, – пробурчал он. – Ты очень красива.
– Кто я с этих пор? Только твоя шлюха или всего замка? – допытывалась она.
Валлиец громко расхохотался:
– Вижу, ты не любишь ходить вокруг да около, Айлин. Ты моя шлюха. Пока я не решу иначе. Однако иногда я буду подкладывать тебя под важного гостя, которому хочу угодить. Ты, Айлин, подаришь ему ночь экстаза, которую он не скоро забудет, с тем чтобы утром был более покладистым. Поняла?
– Да. Что тут сложного? Но за это я кое-что потребую.
– Что именно? – поднял брови Мэрин.
– Торговец, продавший меня Клауду, не имел никаких на меня прав. Я свободнорожденная. Ты ведь понимаешь это, не так ли?
Он кивнул.
– У тебя в замке не разбогатеешь, Мэрин Ап-Оуэн, но я должна иметь деньги, чтобы получить независимость. Валлиец разинул рот. Такого он не ожидал.
– Продолжай, – велел он, подгоняя коня.
– Гвинфр стоит на дороге, ведущей в Херефорд. Ею пользуются и валлийцы, и англичане. Бордель Клауда – единственный в Гвинфре, да и то плохонький. Клауд понятия не имеет, как вести дела. Только такой развращенный и распутный лорд, как ты, посещает подобные заведения. Но что, если бордель станет достаточно роскошным, чтобы привлечь богачей? Не только крестьян и простых воинов, но лордов и баронов? Я предложила помочь Клауду достичь этой цели. Обещаю, что это не помешает моим обязанностям в замке, господин. Я сделаю все, что ты скажешь. Но при этом и Клауда не стоит забывать.
– А что ты получишь взамен, Айлин? Она восхитительна! Самая злобная и подлая ведьма из всех, кого он знал.
– Сначала ничего, господин. Придется заставить Клауда развязать кошелек и как следует обставить дом, чтобы знатные люди не гнушались туда зайти. Потом – отыскать самых искусных и красивых шлюх. И ты, господин, – прошептала она, прислонившись головой к его груди, – сам проверишь, на что годится каждая, чтобы быть уверенным в их способностях. – Ее язык нырнул ему в ухо и нежно лизнул. – Позже, когда я докажу Клауду, что умею держать слово, заберу себе половину борделя и доходов.