Самаэль
Шрифт:
— Нет, — говорю я, — стой.
Парня усадили на стул, а он ржет как ненормальный и рассказывает в красках, как его папаша будет всех нагибать и что куда совать.
— Зачем? — Спрашиваю у него. — Ты последний кусок хлеба доедаешь и тебе пришлось идти торговать этим? — Показываю пальцем на кучу-малу.
— Да пошла ты! Ты кто такая…, пришла сюда лечить меня! Да мне насрать на тебя и на жизнь эту насрать! Имел я вас всех…
И дальше опять полилось говно из проруби.
— Кто-то видел, как вы его сюда вели? — спрашиваю у Игната.
— Никто…, - протягивает он задумавшись.
— Камеры подчистить потом можно будет?
— Да… А что?
— Ни-че-го…, - махнула головой охраннику, стоящему за парнем, — придержи-ка его. — Он, как в тиски, сжимает это кричащее чмо. Беру в руки шприц, подхожу к нему, беру его руку, и смотря в глаза говорю, — многие за право жить борются ежедневно… Онкология, врожденные заболевания, кого-то сбивают такие чмошники, как ты и бросают умирать на дороге, у всех по-разному… Ты умрешь от передоза… Яркая смерть, да? Не переживай, я сделаю укол не больно, у меня мать раком болела, пришлось научиться колоть внутривенно. И даже содержимое второго шприца введу в тот же самый прокол… Никто и не узнает. — Приставляю иглу к вене и собираюсь делать прокол. Как… он… заорал, наверное, если б не подвал, куча закрытых дверей, музыка в клубе, то его б было слышно на Марсе.
— Я все понял, понял… Я…Я… Батю позовите, я брошу… Честно.
— Да мне на тебя плевать, — говорю ему совершенно спокойно. — И им тоже, — махнула головой в сторону Игната, — второго шанса не будет. Это край. — Убираю шприц, закрываю его колпачком и бросаю на стол к остальной куче.
Выхожу из комнаты. За мной выходит Игнат.
— Ну ты даешь…, - тянет он, — и где делась та милая девочка, которая пришла к нам месяц назад?
— Умерла на стройке, — бурчу я.
— Вы с ним точно — одна Сатана, — смотрю Игнату в глаза. А сказать нечего. Может Самаэль и правда впустил в меня своего демона, или это не болезнь, и не передается половым путем?
Возвращаюсь обратно в кабинет. За мной заходит Андрей.
— Я правда стала сукой? — спрашиваю у него. Он только пожимает плечами. — Я спрашиваю твое мнение, как у человека, а не работника.
— Я думаю, чтобы сидеть в этом кресле, нужен стержень. А, будь ты слабой, безвольной и бесхарактерной босс бы просто не обратил на тебя внимание.
Вспомнила про Сашу… Пора ехать домой, к мужу. Прерывисто вздохнула и улыбнулась.
Глава 31
Привез меня Андрей домой в начале третьего ночи. Понятное дело, что Саша спал. Поставила будильник на пять утра, чтобы собрать ему еду в контейнеры и отправить на тренировку. Я хочу хоть как-то показать ему, что благодарна за то, что он отстаивает мое право на жизнь…
Приняла душ и тихонько подлезла в нему. Обняла и сразу вырубилась.
Мне не понадобился будильник. Я почувствовала, как он ласково погладил меня по голове, поцеловал в щеку и что-то одел на палец. Встал и пошел в душ. За окном светало, я разлепила глаза и пошла на кухню. На столе в вазе стоял огромный букет белых роз. При включенном свете рассмотрела кольцо. Очень нежное, тонкое, но с крупным бриллиантом. Стою улыбаюсь. И не заметила, как в кухню вошел Саша. Обнял меня со спины и положил голову мне на плечо.
— Нравиться? — как я соскучился за ней. Вроде и спим вместе, но так не хватает общения, объятий, ну да, и секса тоже. Но, чем больше неудовлетворенность, тем сильнее агрессия в клетке.
— Очень, — разворачиваюсь в его руках и целую в губы. Обняла за талию и как можно ближе прильнула к нему.
— Ты чего поднялась? Я разбудил?
— Нет, я и сама будильник ставила на пять…
— Зачем?
— Ну, ухаживать за мужем — теперь моя прямая обязанность, — и мило улыбаюсь. — А то приедет свекровь и скажет, что сыночка ее похудел при новой невестке…
— Уверен, что мать тебя зацелует и залюбит только за то, что ты есть… Я думаю, что она смерилась с мыслью, что я — вечный холостяк.
— Так может зря все это?
— Ты что? Это самое правильное решение, которое я принимал в жизни… И я ни о чем не жалею. — Ева тяжело вздыхает. Я понимаю, что она ждет слов любви, но что-то внутри не дает мне их сказать, хотя однозначно, я это чувствую.
— Я хотела тебе собрать еду… Не знаю, может вчера это было неуместно?
— Это было неожиданно, очень приятно и очень вкусно. Спасибо тебе.
Выпутываюсь из его объятий и начинаю собирать еду в контейнеры.
— Что на работе? — я все прекрасно знаю. И про увольнение Кристины, и про ее скандал, и про сынка Егоровского. Просто интересно, станет ли Ева мне рассказывать.
— Все хорошо. Рабочие моменты никто не отменял, а в общем, все решилось и разрешилось. — Не хочу напрягать Сашу, ему и так не легко. У него должна быть светлая голова, не забитая шелухой и мусором из наших бабьих склок и ругани. А с парнем, я думаю, Игнат сам разрулит…
А потом, я как примерная жена выпроводила мужа на работу, помахала ему вслед белым платочком, утерла скупую женскую слезу и… пошла спать.
Ночной ритм работы затягивает и если раньше я была жаворонок, то быстро пришлось превращаться в сову, у-у. Решение мелких бытовых вопросов, типа, помыть и постирать, что-то купить…
И вот, тру я на кухне плиту, а тут…, заходит дама приятной наружности и вот такой окружности…, причем окружности там, где надо.
— Здрасьте, — говорю я, шмыгая носом, — а вы кто?
— Я-то, домработница, а ты кто? — бля, а что бывают такие домработницы, как из немецкого порно, и сейчас будет сюрприз в виде сантехника. Но, во-первых, я обратилась к ней на «вы», а она, явно чувствует свое превосходство и давит на меня авторитетом четвертого размера, и тыкаем мне, а во-вторых, какая нафиг домработница, когда дома жена не ёб…ая. Новый день — новое увольнение. Я начинаю сама себя бояться…
— Ну, я-то знаю, кто я? И будьте любезны, со мной на «вы» и шепотом. — Девушка стоит и клипает глазами, — вы из какого агентства, — спрашиваю я ее.
— «Чистодом», — отвечает она.
— Хорошо, я сегодня позвоню и объясню, что мы…, — вот сразу и задумалась, отказываться навсегда, вроде не имею права, сама здесь на птичьих правах. Пока я не услышу от Саши важных и нужных для меня слов, буду в мыслях всегда с собранным чемоданом…, - временно не будем пользоваться вашими услугами. Хозяин редко бывает дома, и мелкие бытовые проблемы решаю я.
— А…, ты…, вы, кто?
— Я управляющая рестораном и клубом. Ева, меня зовут. — Глупо, но женой не поворачивается язык себя назвать. Скорее маленькая мышка, которая притащила в норку кучу проблем.