Чтение онлайн

– Да...жаловаться великому князю - это просто... Бестактно!

Военные скривились одновременно.

– Зачем вы позволили этому юноше возвратиться в свиту наследника?
– небрежный кивок военного министра в сторону молодого князя Варейского, который кружил в вальсе очаровательную графиню.
– Не думаю, что он может оказать благотворное влияние на Александра Александровича.

– Приказ императора, - великий князь допил коньяк. И кивнул, подзывая слугу.

– Будь моя воля, никто бы из этих бездельников и близко бы к наследнику не подошел, - проворчал граф Морозов.
– Один - поэт. Восторженный мистик! Кто знает, какие у него мысли в голове!

– Молодой Соколов!
– рассмеялся князь Андрей.
– На мой взгляд, он самый безвредный из всех. И, кстати, очень талантливый.

– Как маг - пустышка.

– Не соглашусь. Он слабее, чем наследник. Или Алсапов. Но однако сильнее, чем многие мои или ваши офицеры.

– Алсапов, - недовольно покачал головой военный министр.
– По-моему, верить этому роду - дурной тон.

– Однако Радомировы им верят уже несколько сотен лет. И пока не обманулись.

Подошедший слуга налил им еще коньяку - и вельможи продолжили разговор.

– А что вы скажете про Волкова, - усмехнулся в густые усы граф Морозов.

– Увы...
– развел руками князь.
– К сожалению, ничего хорошего. У него - последнее предупреждение от государя-императора. Еще одна попойка с дебошем - и он будет отлучен от двора. В прошлый раз только мое заступничество - каюсь - помогло ему этого избежать.

– Все знают, что вы с его отцом большие приятели...

Князь Андрей кивнул.

– Эх.... Вот вы с его величеством в их возрасте...
– проворчал военный министр.

– Под вашим руководством войну выигрывали, - поддержал его великий князь, чувствуя себя...просто старым.

– Хоть при деле были, - усмехнулся Морозов.

– Мда... Кстати, - Андрей Николаевич вспомнил, что так и не обговорил с военным министром вопрос, который его волновал.
– Надо усилить работу с кадетами в военных академиях. Как-то молодые люди... разболтались.

– Если вы о покушении, то мы провели тщательную проверку.

– И что она дала?

Граф поморщился:

– Они совсем не понимают слов: "завтра" и "будущее". Усмехаются, когда им говорят, что они испортят себе жизнь. Отеческие наставления вызывают лишь насмешку. А физические наказания отменили!

– Понятно, - кивнул великий князь.

– Увеличим нагрузку, чтобы некогда было думы разные выдумывать. Так же посоветуем поступить в гражданских учебных заведениях.

Музыка опять стихла - и до них снова донеслось щебетание придворных:

– Вы знаете, - радостно говорила молоденькая фрейлина - из новеньких.
– А над женой генерала Лютаева мы все-таки подшутили!

– И как - розыгрыш удался?
– спросила у нее графиня Снегирева.

– Шутите? Когда он получил грамоту величайшего рогоносца, да еще и с намеком, чьей любовницей является его обожаемая супруга... Он был вне себя...

– А она что... правда с императором?

– Нет, конечно... Она столь провинциальна, что любит своего мужа.

Счастливый, нежный, звонкий смех утонул в беззаботной музыке. И снова закружились пары - юбки, туфельки, прически, мундиры, усы, бакенбарды, перчатки, эполеты, веера. Раз-два-три, раз-два-три, раз-два-три, раз....

– Вы знаете, что мой подчиненный подал рапорт - и отбыл в свое поместье, - негромко сказал граф Морозов.
– Вот, значит, кому я обязан тому, что толковый человек покинул свой пост.

– Надеюсь, он не поверил во весь этот бред, - тихо сказал князь Радомиров, который был самой первой жертвой подобных увеселений.

– Не знаю, как к студентам, - прорычал военный министр, - а вот к этим бездельникам я бы метод физического воздействия применил!

Великий князь лишь пожал плечами.

Идею подобных розыгрышей подала императрица. Собственной персоной. И для своего первого развлечения она выбрала его, великого князя Радомирова, двоюродного брата ее мужа. До этого он относился к ее величеству безучастно, хотя и с некоей долей уважения. Но однажды, года три назад, к нему в кабинет в Министерстве явилась смущенная и негодующая девица - из новых придворных дам ее величества. Кстати говоря, девица эта ему как раз нравилась. Она общалась со всеми, умудряясь глупо не хихикать...

И в тот раз она не хихикала. Она была в странном настроении - смеси негодования и смущения. Добилась приема. Кинула ему на стол официальный бланк Министерства.

– И что это значит?
– прошипела она.

Князь с интересом взял бумагу и прочитал. Приказ фрейлине ее Величества, урожденной княжне Льдовой, приступить к обязанностям любовницы Великого князя Радомирова.

Он поднял глаза. Его недоуменный взгляд столкнулся с ее возмущенным.

– Какая гадость, - неторопливо протянул он.
– Надеюсь, вы не решили, что я имею к этому хоть какое-то отношение?

Девица потупилась.

– Единственно, что мне интересно, как эти... шутники раздобыли мой незаполненный министерский бланк.

Потом они с княжной Льдовой - и ее женихом - пришлось и его посвящать в интригу - затеяли целое расследование.

– Зачем?
– спросил он у императрицы, когда все узнал. Придворные, которые в этом участвовали, были уже отлучены от двора.

– Скучно, - отвечала она ему.

Ей было скучно. А идиотская идея прижилась...

Он дернул щекой, представляя в роли жертвы розыгрыша Иру. Или его в роли генерала, получившего письмо об измене...

И вот что ему теперь делать? Он привязался. Он - надо, наконец, признаться самому себе - полюбил...

Соблазнить ее - и сделать своей любовницей - не позволяла совесть. Женой... Да... Женой Великого князя Радомирова - наверное, здравый смысл. И любовь к ней...

Самое мудрое, что он мог сделать - это оставить девочку в покое...

Тут он представил, что не подойдет к ней больше, не заговорит. Что в ее серых глазах поселится тоска. Или ненависть к нему - если обставить прощание как положено, с привлечением его как бы новой пассии...

– Прошу прощения, ваша светлость, - обратился он к графу Морозову, который тоже задумался - о чем-то своем.
– Но мне придется вас покинуть.

И... князь Радомиров сбежал с бала. Ничего, пару часов они тут точно без него обойдутся. В свой дворец - переодеться - он же не сможет появиться перед ней в белоснежной парадной форме с золотыми аксельбантами и россыпью орденов. Придется переодевать. А еще надо отнести поесть - наверняка она забыла.

Так он и появился в госпитале - в обычном черном кителе без знаков отличия и с корзинкой, полной еды.