Чтение онлайн

Высокое узкое строение служило главным образом огромным вместилищем активной зоны, располагающейся под слоями экранированной защиты и гравием. Пять металлических стержней регулирования двигались от активной зоны к крышке корпуса реактора на верхнем уровне башни. Стержни выступали примерно на фут. Для регулирования скорости реакции в активной зоне их вручную очень медленно поднимали или опускали. Чем выше находились стержни, тем больше нейтронов попадало в активную зону, выделяя при этом больше энергии. Опускание стержней замедляло реакцию, а значит, остужало реактор. Операторам приходилось постоянно выверять данные, следить за скоростью реакции и двигать стержни. Иногда Полу казалось, что он только этим и занимается.

Каждый стержень весил восемьдесят четыре фунта. В большинстве ядерных реакторов для регулирования стержней использовали дистанционные манипуляторы, но на CR-1, как и везде в армии, насколько успел заметить Пол, действовали по старинке, то есть вручную. Члены команды попросту разжимали верхнюю часть стержня, перемещали его и снова фиксировали.

– Кому нужно дистанционное управление? – разглагольствовал Фрэнкс. – Мы все можем сделать собственными ручками, ну разве что немного испачкаемся.

– Ага, смазка на локтях и боль в заднице, – пробурчал Вебб.

Пять стрежней были пронумерованы нечетными цифрами: один, три, пять, семь… Самым мощным был девятый. Именно этот стержень отличал CR-1 от реакторов той же серии. Фрэнкс называл девятый фирменным. Он был задуман в качестве экстренного «тормоза» на случай форс-мажора. Если реактор выйдет из-под контроля и начнет стремительно нагреваться, операторы смогут остановить процесс, «загасить» его, опустив девятый номер до самого дна активной зоны. В кризисной ситуации это может всех спасти.

Проблема, ошибка конструкторов, которую устранят в последующих модификациях, заключалась в том, что, являясь аварийным тормозом реактора, сам номер девять не имел возможностей для экстренного торможения. Если команда случайно уронит стержень до упора, что было бы крайне идиотским поступком (Пол очень надеялся, что на его смене такого никогда не случится), произойдет аварийная остановка, реактор выключится, и эту чертову штуковину придется запускать заново. Это, конечно, неприятно, но не смертельно. Слишком высокое положение девятого номера привело бы к диаметрально противоположному эффекту – переизбытку энергии, что совсем уж плохо. В этом случае начнется сверхкритическая неконтролируемая цепная реакция и температура в реакторе за секунду достигнет двух тысяч градусов.

Никогда прежде, разумеется, с CR-1 такого не случалось, но операторы имели достаточно четкое представление, насколько опасной может быть ситуация. Внутри реактора находится обогащенный уран, в крошечных невидимых атомах которого заключена энергия сотен лет, но во время сверхкритической реакции вся эта энергия выделится мгновенно. Внутренняя часть реактора расплавится, и он взорвется, как вулкан. Точно никто не знал, как именно это может произойти. Как говорится, пока не попробуешь, не узнаешь, а проводить подобные опыты никто, конечно, не станет.

Поэтому армейские чины не нашли лучшего способа обезопасить людей, чем повторять им снова и снова, как маленьким детям: «Ни при каких обстоятельствах не поднимайте стержень выше, чем на четыре дюйма».

Команда действовала со всей осторожностью: один человек поднимал или опускал стержень с помощью регулирующего рычага, а другой, встав на корточки, следил за процессом. Пока все происходило без срывов. «Если все же случится самое страшное, вы знаете, что делать», – пошутил однажды инструктор в школе операторов.

Некоторые парни хвастались, что, мол, если на них нападут Советы, они поднимут номер девять на критическую высоту и не позволят прибрать к рукам американские технологии. Пол с трудом представлял себе, каким ветром русских может занести в Айдахо, но на свете всякое бывает. Те чванливые типы все как один были холостяками, им в жизни, по всей видимости, не хватало куража. Потому и привлекали подобного рода самоубийственные сценарии, главными героями которых были они сами. С точки зрения Пола, в немотивированной жажде героизма было нечто детское. Когда у тебя есть семья, ты не станешь планировать ничего подобного, если, конечно, жена и дети тебе не наскучили.

Он вернулся мыслями к своей семье. Нэт сильно на него обиделась. Это не давало покоя. Он задумался, слегка покусывая щеку изнутри.

– Кольер! – рявкнул Фрэнкс. – Внимательнее.

– Извини.

Пол присоединился к Веббу, ослаблявшему зажимы над стержнями. Фрэнкс стоял сбоку, что-то строча на своем планшете.

Первые четыре стержня встали на свои места как полагается: номера первый и третий, затем пятый и седьмой. Стержень опускался до нужной отметки, Вебб склонялся над ним и завинчивал зажимы. И так четыре раза.

Затем потянулся к номеру девятому, и Пол, заметив, как товарищ напрягся, присел рядом с ним на корточки. Вебб, ослабив зажим, схватился за стержень.

– Полдюйма, – напомнил Фрэнкс.

– Ладно, – кивнул Вебб, – пошел…

Прошло несколько секунд. Пол поднял глаза на Вебба. Беднягу аж перекосило от нешуточных физических усилий, но ничего не происходило.

– Ниже, сынок, ниже, – командовал Фрэнкс.

– Ты в порядке, Веббси? – поинтересовался Пол.

Несколько секунд парень ничего не отвечал, потом выдохнул и сообщил:

– Стержень застрял.

Фрэнкс бросил на него колючий взгляд.

– Извини, не двигается… – подтвердил Вебб.

– Дай я, – отодвинул его Фрэнкс.

Молодой человек послушно отошел, уступив место старшему смены. Фрэнкс тужился изо всех сил – так, что капли пота выступили на лбу. Выругавшись, он подозвал к себе Пола.

– Кольер! Давай ты.

После Фрэнкса рычаг регулирующего стержня был почти горячим. Вытащив из нагрудного кармана тряпку, Пол протер его, схватил покрепче и изо всех сил толкнул вниз. Не помогло. Как он ни пыжился, девятый не сдвинулся с места. От нечеловеческого напряжения оператора буквально начало трясти. Он и стонал, и рычал, пытаясь победить стержень, но вынужден был отступить.

– А что мы делали в прошлый раз? – начал перебирать варианты Вебб.

– В прошлый раз? – переспросил Пол, переводя дух.

– Может, позвать Ричардса? – предложил Вебб.

– Он что, обладает сверхчеловеческой силой? – пробурчал Фрэнкс.

– Нет, я в смысле… если он на посту…

Фрэнкс не дал ему договорить:

– Кольер! Тащи разводной ключ.

Пол в три широких шага подошел к полке, прикрепленной к стене, схватил тяжелый разводной ключ и вернулся обратно. Прикрутил регулируемые губки под углом к стержню, перевел дух и рванул ключ, используя его как дополнительный рычаг. Никакого эффекта. Сердце громко стучало в груди. Он чувствовал, как кровь приливает к ушам. Товарищи внимательно следили за его потугами. Пол видел: они тоже нервничают.