Самая сладкая ложь
Шрифт:
Габриэль с улыбкой развела руками.
— И, как видишь, сделал это качественно. Вы просто умерли друг для друга.
— Ну, хватит, мне надоели эти разговоры. — Юджин поднялся, снова сел, взял бутылку и обнаружил, что в ней ничего не осталось. — Это просто… просто низко с его стороны!
— Как я уже говорила Лие, вы все идеализируете его.
Юджин махнул на нее рукой.
— Ладно, Габриэль. Я помогу тебе, но при условии, что ты оградишь меня от… неприятностей.
Габриэль поднялась.
— Как я полагаю, это намек на то, что мне пора уходить. Уже поздно, и тебе пора в кроватку. Я еще раз прошу прощения за то, что твоя кроватка сегодня будет слишком большой и холодной. — Она посмотрела на Юджина в упор. — Может, мне попробовать ее согреть?
Юджин бросил на нее заинтересованный взгляд. Габриэль поправила полы плаща.
— Ну, что ты молчишь? Может, думаешь, что я посчитаю это частью платы за твои услуги?
— Что ты, детка. Просто я волнуюсь, что завтра ты проспишь на работу.
Она рассмеялась.
— Отличная отговорка. Ладно, не хочешь — как хочешь. Не буду же я тебя насиловать. Это неэтично.
— Ты можешь попробовать, — предложил Юджин. — Может, у тебя получится?
— Если я попробую, у меня обязательно получится, а поэтому смысла пробовать нет. — Габриэль послала ему воздушный поцелуй. — Мы еще увидимся, Уэллс. Чао.
Глава 14
Капитан Землянских выглядел довольным и выспавшимся. Это состояние было для него в высшей степени нехарактерным, особенно с утра. Такой вывод сделал майор Толедано, наблюдая за коллегой. Больше всего Константин напоминал счастливого мужчину, у которого был приятный вечер и не менее приятная ночь.
Улыбка не сходила с лица капитана, он разговаривал со всеми исключительно дружелюбно и вежливо. Обычно до совещания он уже успевал прочитать кому-нибудь мораль насчет внешнего вида, опоздания или несерьезного отношения к своим обязанностям, а то и пару раз на кого-нибудь прикрикнуть, но на этот раз все было не так. Капитан выпил кофе с доктором Мейер, после чего они вместе явились на совещание.
Сначала Боаз был уверен в том, что Константин решил сменить свой семейный статус с «разведен» на «женат». Узнав об его отношениях с Габриэль, он понял, что все не так просто. Но когда он увидел новоиспеченного «комиссара» рядом с Нурит и обратил внимание на счастливый вид обоих, то запутался в подробностях личной жизни капитана окончательно.
После совещания Боаз поймал Константина в коридоре. Тот, как ни странно, никуда не торопился, и вместо «прости, я спешу, поговорим за обедом» майор Толедано услышал:
— Я думаю, будет лучше, если мы поговорим за чашкой кофе.
Лия сидела возле стола. Она держала в руках отчеты и заносила в компьютер данные.
— Доброе утро, — поздоровался Константин. — Где Габриэль?
— С доктором Мейер, сэр, — ответила она. — Вы разве забыли про курс?
— Ах да, конечно. Приготовьте нам кофе, пожалуйста.
После этого он пропустил майора Толедано в свой кабинет, зашел сам и прикрыл дверь.
Боаз сел в одно из кресел у стола.
— Объясни мне, что происходит? — не выдержал он. — У тебя такой вид, будто ты вернулся из отпуска!
Константин пожал плечами и занял свое законное место.
— Даже не знаю, — сказал он. — Просто я наконец-то выспался. Сложно поверить в то, что это случилось. Что ни говори, а девятичасовой рабочий день и нормальный сон — это непривычно.
— Я подумал, что это связано с Габриэль. Ну, или с Лией. Или… с Нурит, — добавил Боаз сконфуженно.
— В последнее время вокруг меня слишком много женщин, — кивнул Константин.
— Я хотел бы обговорить с тобой два момента. Во-первых, я хотел попросить у тебя прощения и вернуть тебе твой допуск.
Константин посмотрел на то, как Боаз достает из кармана пластиковую карточку и выкладывает ее на стол.
— Где он был?
— В твоем кабинете, на столе. Он лежал под бумагами. Вероятно, ты просто не заметил его.
— В тот день, помнится, я торопился.
— Надеюсь, ты не злишься на меня. Предосторожности — часть моей работы.
— Досье, как я полагаю, тоже нашлось?
— Да. Теперь дело «комиссара» целиком и полностью под твоим руководством.
Лия поставила две чашки с кофе на стол.
— Спасибо, дорогая, — поблагодарил Константин, и тот факт, что он не воспользовался прохладным «госпожа Слоцки» от Боаза не ускользнул.
— Не за что, сэр, — ответила она. — Когда я могу принести вам почту? Там есть несколько писем, которые требуют вашего личного ответа.
— Я позвоню, когда мы закончим.
Лия вежливо кивнула и вышла, притворив дверь.
— Ты решил не переходить в офис «комиссара»? — полюбопытствовал Боаз, подвигая к себе свою чашку.
— Я не могу оставить Гилада одного. Через пару недель он должен подыскать себе консультанта, и тогда я уйду с чувством выполненного долга. Хотя… — Константин с тоской оглядел кабинет и остановился на окне. — Мне будет тяжело уходить отсюда. Но к делу. Мне еще предстоит ответить на письма. Первый момент мы уже обсудили. В чем заключается второй?
Боаз рассеянно покрутил ремешок наручных часов.
— Не знаю, согласишься ли ты. В принципе, ты соглашаться не должен…
Константин нахмурился.
— Говори, — поторопил он.
— Я знаю, что ты долгое время занимался всем, что связано с «37». Ты знаком с ними лучше, чем кто-либо другой. Я хотел спросить тебя, согласишься ли ты на должность консультанта руководителя штаба?
— Консультанта по вопросам…?
— Стратегии — в первую очередь. И… по социально-психологическим вопросам, если можно так выразиться. Ты знаешь, чем живут эти люди, чем они дышат, как они думают. Недаром у тебя такая широкая агентура.
Константин кивнул.
— Как я понимаю, руководить операцией будет Гилад, — сказал он. — А консультантом будешь ты. Мне кажется, ты вполне подходишь на эту роль.
— Ты хочешь закончить это и заняться чем-то другим? Я хочу этого не меньше тебя. Кроме того, Гилад…
Хозяин кабинета отмахнулся и взял чашку с кофе.
— Слишком много плохого я слышу о нем в последнее время. Ему предстоит многому научиться и многое понять. Он будет отлично справляться со своими обязанностями. Положись на меня, я хорошо его знаю.