Чтение онлайн

— Что ты натворила? – Даниэль смотрел на меня с осуждением.

— Я спала. Диана ворвалась сюда, возвещая о смерти некой… - я не вспомнила имя, потому что и правда не знала, о ком идет речь.

— Леди Сирия? – словно у самой себя переспросила светловолосая, похожая на ангела девушка в розовом свободном платье. Ее тонкий носик будто сам по себе тянулся вверх, чтобы чуточку приподнять верхнюю губу и показать белоснежные, хоть и крупноватые зубки. А Диана боролась с этим и постоянно подтягивала губку вниз. Но как только она начинала что-то говорить, нос делал свое дело.
– Ты не знаешь леди Сирию?

— Диана, что случилось в конце-то концов? – Даниэль, похоже, разозлился не на шутку, но держался, не собираясь перечить своей беременной жене.

— В моей гостиной сидят три мои любимые подруги. И пришли они, знаете зачем? – Диана подтянула верхнюю губу на зубы и замерла, переводя взгляд с меня на мужа.

— Раз ты орёшь здесь, они пришли по какой-то совершенно не важной для тебя причине… - начала было я. Но Даниэль шагнул ко мне и, взяв за плечо, сильно сжал.
– А-ай, ты чего? Лучше угомони свою… - я не стала озвучивать диагноз явной психопатки, но, оттолкнув руку брата, просто напомнила, что эта комната моя и они сами вошли сюда.

— Умерла-а с-самая с-старая де-ева наш-шего гра-афства, - растягивая буквы каждого слова, шипела Диана.

— Ну и земля ей пухом, - вырвалось у меня. – Сколько ей было?

— Пятьдесят восемь! – все больше заводясь, орала Диана.

— Ну вот так. Бывает, - я осмотрелась, понимая, что комната мне знакома, хотя раньше я ее никогда не видела.

— Теперь самой старой девой стала ты! ТЫ, Стефания Луиза! – слезы брызнули из ее глаз. Вытянутая в мою сторону рука, заканчивающаяся острым коготком указательного пальца, задрожала, а подбежавший к ней Даниэль, якобы в последний момент подхватил женщину, чтобы она не упала.

На фоне рыданий, которые словно размывались, становились отголоском эха, я думала об окружающей меня комнате с высокими окнами, большими зеркалами, светлой обивкой и до блеска натертым полом. Ровно до того момента, когда увидела в зеркале свое отражение.

Одна часть меня не была удивлена, словно всегда жила с этим молодым телом, темными вьющимися волосами и достаточно высоким ростом. А вторая ошарашенно разглядывала большие глаза, изогнутые дугой брови, пухлые щеки и губы.

— Убери ее с моих глаз, Даниэль! Убери!
– из раздумий меня вывел голос припадочной снохи, и я, повернувшись к ним, громко сказала:

— Уберитесь сами, наконец! Это моя комната! Моя с самого моего рождения!

Мои новые родственнички вдруг резко замолчали и уставились на меня таким взглядом, словно заговорил шкаф. Диана изучала мое лицо, пытаясь что-то на нём отыскать, а Даниэль подталкивал жену к выходу.

Когда они закрыли за собой дверь, я подошла к зеркалу поближе и рассмотрела ту, что отражалась в в зеркальной поверхности.

Я всегда была маленькой, щуплой, а последние десять лет спина не позволяла встать прямо. Девушка, в которую сейчас была заключена моя душа, оказалась полной противоположностью: высокая, темноволосая, с теплым взглядом. Но, если поднять одну из бровей, моментально превращалась в занозу, к которой с вопросом или просьбой я ни за что бы не подошла.

— Значит… теперь я выгляжу вот так? – покрутившись перед своим отражением, спросила я.
– Не дурно, не дурно, - а потом подняла глаза к потолку и прошептала: - Спасибо, что услышал. Так не хотелось попасть в небытие!

Хорошая фигурка моего нового тела тоже не могла не радовать. Особенно, в сочетании с пышной грудью, мне нравилась тонкая талия. Нет, пальцами ее не охватишь, как любили говорить в моей молодости о по настоящему тонкой талии. Но для девушки такого роста она была вполне себе идеальной.

Осторожный стук в дверь вывел меня из мыслей о новой жизни, омрачаемой лишь сумбуром из моей и чужой памяти в голове.

— Кто это? – не зная, что отвечать, но одновременно понимая, что это, вероятно, Лизи, спросила я.

— Можно? Я услышала тут… - дверь открылась, и внутрь вошла молоденькая, светловолосая, в аккуратном белом передничке девушка.

— Можно. Да, утро оказалось шумным, - подтвердила я.

— Леди Верде попросила, чтобы вы не выходили в гостиную, пока ее гости не покинут дом, - девочка опустила свой волоокий взгляд в пол, и мне показалось, что она не боится меня, а именно жалеет.

— Не очень и хотелось, - я присела в кресло возле окна и пригласила ее сесть в соседнее.

— Нет, что вы! Сидеть при хозяевах нам не положено, - торопливо ответила Лизи.

— Хорошо, тогда… можно что-то… завтрак в комнату? – уточнила я, и лицо Лизи просияло.

— Да, да, я и пришла затем, чтобы сообщить, что обед готов. Вы не вышли к завтраку, но леди Верде нанесли визит подруги, и я не смогла прийти к вам.

— Ничего. Я спала, Лизи. Неси обед, - после слов о еде желудок отреагировал своей пустотой – словно спавший, свернувшись в клубок котенок, развернулся и потянулся, напомнив о себе.

Девушка вышла, а я подошла к окну и сильнее открыла створку. Запах цветов, зелени, нагретой солнцем земли будоражил ум. Всего единожды в далеком советском прошлом мне удалось посетить курорт, и было у меня тогда подобное ощущение радости от этих запахов, от понимания, что в ближайшее время меня ждёт только отдых, полноценный сон и приятные прогулки.

Здесь, судя по всему, полноценный сон мог иметь место только если у Дианы не возникнет очередного желания «оттоптаться» на мне за очередную её надуманную проблему.

К моему удивлению, в памяти не было ничего о моем собственном мнении: о семье, об обществе, даже о самом факте моего девичества. Мне недавно исполнилось двадцать три – это была вся информация, касаемая данной темы.

— Прошу к столу, - на этот раз Лизи вошла без стука.

В руках она несла прямоугольный стальной поднос с ручками, на руке висела свёрнутая аккуратно скатерть. Отставив поднос на край небольшого столика возле окна, она быстрыми, выверенными движениями застелила его персиковой тканью и сервировала стол не хуже ресторанного.

В небольшой глубокой тарелке плескался прозрачный суп с кусочками овощей, которые можно было пересчитать поштучно. Во второй тарелке обнаружился тост с мясом и парой кругляшей помидора. Больше не было ничего. Да, это безусловно было красиво, но мой желудок, видимо, получив от глаз полную информацию, заурчал.

— Прошу, - Лиза отставила стул, помогла мне присесть, и, по всей видимости, собиралась стоять позади меня, пока я ем.

— Лизи, ты свободна. Я хочу остаться одна.

— Но, я должна буду поменять тарелки! – голос, полный удивления за моей спиной явно противился моему желанию.