Чтение онлайн

– Я бы хотел срезать этим ножом ваши самодовольные лица, – сказал Влад. – Срезать и сорвать их, как маски, чтобы увидеть звериные морды, которые вы под ними прячете.

И, взглянув на свое отражение в лезвии, отложил нож. Пока вся семья, онемев, таращилась на него, Влад медленно встал из-за стола. Неужто опять за старое взялся, с нарастающим ужасом и изумлением думал Сергей. Переходный возраст или что другое, но от Влада сейчас можно было ждать чего угодно. На той неделе они изрядно поцапались с сестрой по какому-то поводу, та даже влепила братцу пощечину, а мать вступилась за дочь. Пришлось и главе семейства сказать веское слово: мол, что ж ты, мужчина, с бабами в перепалки вступаешь… В знак протеста Влад тогда молча оделся и ушел на улицу, к дружкам. Может, даже к тем самым, которые сейчас во дворе с гитарой и пивом веселятся.

– Ты… ты куда? – Сергей опустил бокал и быстро переглянулся с супругой.

Они успели обменяться мнениями по поводу подарков, обнаруженных под елкой, и пришли к выводу, что оставила их там все-таки Ира.

Но сейчас именно сын доставал коробочки и принялся раскладывать их на столе. С бледного, может даже чуть бледнее, чем обычно, лица не сходила вялая полуулыбка, вызывавшая скорее беспокойство, чем радость.

– Это тебе, ма, – отодвинув миску с оливье, Влад положил на стол подарок в обертке салатового цвета с золотыми крапинками. – Ты так часто в этом году, да и в прошлом, злилась из-за соседского щенка сверху. Ох и доставал же он тебя своей возней и тявканьем… Заметила, что-то давно его не слыхать?

– Что… Ты не мог, только не это! – Женщина было привстала, но тут же тяжело рухнула обратно на свое место. Стул тоскливо скрипнул.

– Сестренка, – Влад повернулся к ней, протягивая завернутую в синее коробочку. – Думаю, ты уже никогда не станешь завидовать глазкам своей подружки из соседнего подъезда. Ах, какие они красивые, зеленые до умопомрачения! Ах, почему у тебя нет таких же изумрудов… Одна из этих драгоценностей достается тебе, теперь-то уж точно. С Новым годом!

Он замолчал, наблюдая за реакцией родных. За спиной у Влада на фоне Кремлевской стены начал свою речь президент. Голос гаранта был негромким, звучал сухо и по-деловому.

Влад хихикнул. Ира испуганно взвизгнула, отшвырнула подарок. Коробочка полетела на пол и покатилась, переваливаясь с одной грани на другую. При этом внутри что-то еле слышно шуршало и билось о стенки. Как показалось Сергею, что-то маленькое.

– Да как ты… – начал было отец, но Влад уже положил перед ним последний презент – завернутый в темно-красную, как клубничное варенье, бумагу.

– Папа, – глаза мальчишки сияли, – ты ведь больше уже не будешь злиться на своего начальника? Всего лишь пара несильных ударов вот сюда, – он коснулся рукой горла, – и никаких проблем на работе не осталось. Больше – нет.

Сергей тихо ахнул. «Запретить, – крутилось у него в голове. – Давно надо было уже запретить все эти жуткие кровавые игрушки. Вон у Малахова в передаче что ни день – обсуждают, один случай ужасней другого, и все про свихнувшихся на играх геймеров. А Брейвик? Он же на приставках игровых тренировался, в шутерах этих. Или тот парень, ровесник Влада, что в школе стрельбу устроил, он ведь тоже играл во что-то…»

В динамиках раздался торжественный бой курантов. В ушах Сергея он сейчас гремел тревожным набатом. Воображение мигом нарисовало картину – шокирующую, но такую живую, такую… правильную?

Боммм… Влад дежурит у входа в офис, пряча под полой зимней куртки нож, этот вот большой столовый нож с широким блестящим лезвием. Боммм… Темнеет, улица перед входом в здание пуста, фонари не работают. Боммм… Дверь открывается, и на пороге возникает грузная фигура директора фирмы. Ему не дойти до своей машины, припаркованной в нескольких метрах, потому что сзади крадется юноша с бледным решительным лицом и черными пятнами вместо глаз.

Боммм… Боммм… Боммм…

– Что там? – тихо спросил Сергей, не глядя на сына – взгляд приковала к себе коробка с «подарком». – Что ты… взял у него?

– Кусочек. – Улыбка Влада стала шире. – Маленький сувенир на память. Для тебя.

Сергей услышал тихий стон и краем глаза увидел, как жена схватилась за грудь.

Тяжелые удары гремели над башнями Кремля и одновременно в гостиной, как гром. За окном, подхватив эстафету, раздались взрывы петард. Отсветы новогоднего фейерверка – зеленые, синие, красные, как упаковка проклятых коробок, – падали, сменяя друг друга, на спокойное и гордое лицо юноши.

– Боже мой, – выдохнул отец.

Отброшенный одним резким движением бокал ударился о стену и взорвался брызгами стекла и шампанского («Боммм…» – отозвались куранты). Иришка опять закричала. Сергей схватил свой подарок и принялся остервенело рвать ленточки и обертку.

– Не надо… – простонала жена, отворачиваясь.

Мужчина добрался до картона, вскрыл его трясущимися пальцами – и слезы потекли по белым как снег, белее, чем у сына, щекам.

Пусто.

Пусто?..

ПУСТО!

Ничего, кроме ваты. Совсем ничего.

Сверху донесся звонкий лай, и Галя рухнула в обморок. Иришка, уронив стул, кинулась в ванную, ладонями зажимая рот, чтобы удержать рвоту.

– Не все так плохо, – улыбался Влад, разглядывая собственное отражение в лезвии. – И даже резать не пришлось. Разве это плохой подарок, па?

– Ты еще спрашиваешь. – Дрожащей рукой Сергей Иванович Квашнин вытер мокрый от пота лоб. – Да это… это…

На глаза ему попался белый клочок, будто вырванный из бороды Деда Мороза.

– Спасибо тебе, сынок, – сказал Сергей Иваныч и нервно икнул. – Спасибо. Это лучший подарок за всю мою чертову жизнь.

Итак, дружочек, ты уже готов сунуть руку в мешок с подарками? Как ты сможешь убедиться, здесь мы припрятали сплошь сюрпризы – ну очень необычные, подчас смешные, но в то же время жуткие истории на тему Нового года и Рождества. Праздник начинается!

Восемнадцатого ноября всем работникам склада выдали новую форму. Женщинам – бело-голубые полушубки и платьица с зимним узором. Мужчинам – красные отороченные мехом костюмы и длинные шапки.

Начальник отдела кадров проинструктировал подчиненных и завершил собрание традиционной корпоративной молитвой.

Саша Сибирцева потянула вниз подол платья, но упрямый атлас отказывался скрывать бедра. Из зеркала на нее смотрела огромными беспокойными глазами худая угловатая девчонка. Олененок Рудольф в наряде Снегурочки.

Саша покосилась по сторонам, ожидая насмешливых ухмылок, но внимание сотрудников приковала диспетчер Полозова. Ослепительная платиновая блондинка в струящейся ткани вдохновила бы Васнецова. Диспетчер была всеобщей любимицей, даже звали ее красиво: Злата.