Самая темная мука
Шрифт:
Гален отказался отвезти Катарину и собак в Братиславу, где она смогла бы найти новое место, чтобы жить и начать сначала. Вместо этого он перенес ее к небольшой разношерстной группе прямо к Кили и Кайе.
По словам Галена, Кили обладала ужасающими силами, поэтому враги так ее боялись, что не произносили даже имя, разве что шепотом, а Кайя могла уничтожить целую армию, не пролив ни капли пота.
Детали Баден опустил во введении.
Еще один прекрасный пример того, почему Катарине нужна книга о том, кто кому приходится в этих мирах.
Хотя сейчас Баден вряд ли бы такую предоставил.
Ее глаза начали... нет, конечно, нет... но она не могла отрицать... или бороться... с жжением долго. Дрожа, она вытерла щеки. Они остались сухими. Хорошо, это хорошо. Она не станет из-за него плакать. Ее родители и Питер заслужили слезы. Ее драгоценные собаки заслужили слезы. Но не Баден.
"Подбери сопли. Шевелись".
– Сюда. Леди, теперь она ваша проблема. Если хотите, защищайте ее. Или нет. Моя часть уговора выполнена.
Гален исчез без лишних слов.
Кили смущенно на нее посмотрела.
– Кто ты?
Это шутка?
– Ты меня знаешь. Мы виделись только на прошлой неделе.
Кили покачала головой.
– Исключено. Я бы помнила. Подожди.
– Она потерла виски.
– Детали возвращаются. Ты девушка Бадена... Катрина. Он скрылся с тобой после нападения на наш дом.
Сердце отдалось болью, жжение в глазах вернулось.
– Я была девушкой Бадена.
– Она указала на уютное местечко в углу, и собаки поспешили лечь.
– Мы решили расстаться, потому что он мудак. И меня зовут Катарина.
– Катрина лучше, - сказала Кайя с кивком.
– Меньше слогов.
Катарина подарила ей фальшивую улыбку.
– Тогда я буду звать тебя Кики. Так красивее.
"Нужно выжать все лучшее из плохой ситуации".
Она оглядела обстановку. Такой декор можно найти в порно. Темный, интимный и намекающий на непристойности, с зеркалами на потолке и стенах.
– Что это за место?
– Ночной клуб для бессмертных, - ответила Кили.
– Известный как Падение.
Подходяще. Согласно часам на стене, до открытия бара еще много времени. Ну. Неудивительно, что здесь нет других посетителей.
– Почему вы здесь в нерабочие часы?
– спросила она.
– Короче говоря, я проверяла безопасность клуба, смотрела, можно ли ее взломать и войти. Подсказка: да.
– Кайя зашла за стойку и смешала коктейль, который назвала Позорная Спираль.
– Небольшая проблемка. Я не сказала владельцам, что окажу им такую огромную услугу. Вот. Выпей.
– Буду с тобой честна, - сказала Катрина.
– Это может быть даже бордо из коробки. Я не вижу разницы между хорошо смешанным и ужасным напитком.
– Тогда, вероятно, ты единственная в мире не способная оценить мой громадный талант.
Ну что ж.
– До дна.
– Катарина опустошила свой бокал в один глоток и закашляла, когда ее горло и желудок опалило огнем. Комната на мгновение закружилась.
– Думаю, нужно переименовать напиток в Плохое Решение.
Кайя подняла в воздух кулак.
– Изменение утверждено! Теперь выпей другой.
– Она подтолкнула Катарине еще один бокал.
– Это поможет тебе отвлечься.
– Если меня арестуют за кражу спиртного...
Первому бокалу можно найти оправдание. "Просто мое сердце разбито". Но второму? Не особо.
– Чувиха. Худшее, что Тейн сделает, это посадит нас на кол на переднем дворе. Он - один из трех владельцев, и колосажание его специальность.
– Кайя перебросила рыжие волосы через плечо.
– Но сначала ему придется нас поймать, а этого не произойдет.
Кили охотно кивнула.
– Моя девочка говорит правду. Я могу перемещаться, а могу летать, словно ветер. Кроме того, ты отстанешь, и он сосредоточит все усилия на тебе, забыв о нас.
Так утешающе.
– Твое бессмертие не заслужено.
Она не ревновала. Правда. Этот корабль ушел.
Стерва с розовыми волосами постучала по подбородку тупым ногтем, покрашенный ярко-зеленым лаком.
– Должен быть способ вступить в игру и сделать тебя бессмертной.
– Баден сказал то же самое.
– Он прав. То есть, у Гадеса есть способности, а я сильнее и лучше его. Я почти уверена, что сделала бы что-нибудь для Джилли...
Подождите.
– Ты про больную девушку, которой пришлось выйти замуж за мужчину-козла, чтобы спастись?
Кайя провела пальцем по шее в "чувиха, закрой свою хлеборезку" жесте.
– Мы не должны об этом говорить, Кили.
– Кто-то болен? Почему я всегда узнаю обо всем последней?
Кили осушила свой очередной коктейль, затем жестом указала Катарине сделать то же самое.
Она послушалась, в этот раз было скорее тепло, чем больно, в результате чего в ее голове взорвались фейерверки, и выплеснулось пламя.
– Я не хочу выходить замуж за чудовище.
Или за зверя.
Ее охватила тоска. "Нужно стереть Бадена из памяти. И никогда больше о нем не думать. И не желать. И не мечтать. И не фантазировать о нем". Нет. Никогда. Он вытащил свою я-же-мужик карточку, и она вышла из игры.
– Ох! Теперь я помню.
– Кили надула губы и сказала: - Как я могла знать, что, помогая Джилли стать бессмертной, возможно, причиню ей вред?
Кайя подняла руки в воздух.
– Эм, вероятно, потому что ты сказала мне: "Кайя, это может ей навредить", прежде чем тайно подлила эликсир ей в напиток.
– Говоря о напитках, она налила еще по бокалу.
– Ты посчитала, что риск стоит награды. Так называемое вечное счастье Уильяма против его вечной ненависти.
Кили пожала плечами.
– Кто-то выигрывает, кто-то проигрывает.
Катарина в ужасе посмотрела на свой новый коктейль.
– Ты дала мне эликсир?
– Нет! Или, скорее всего, нет. Я почти уверена, что усвоила урок.
– Кили протянула руку за барную стойку и схватила черную бутылку с этикеткой "Амброзия".
– Она вытащила пробку зубами и выплюнула ее.
– Только время покажет.
Кайя помахала пальцем перед лицом Катарины.
– Что произносится в Падении, остается в Падении. Стукачи получат розгачи.