Самая высокая лестница (сборник)
Шрифт:
Кинг остановился. Посмотрел ему вслед. И зашагал дальше.
Второй парень, очутившись на ногах, пустился вдогонку.
— Лев! — кричал он. — Лев сбежал из клетки!..
— Пить меньше надо! — заметил какой-то пожилой прохожий с зонтиком.
И вдруг изменился в лице. Прижался к стене дома. И выставил вперёд открытый зонтик, как боевой круглый щит.
— Зря обидел человека, — сам себе пробормотал он, когда лев прошёл мимо.
Дождь прошёл. Узенькие улочки кончились. Перед ребятами возникло большое светлое здание школы-интерната. При свете луны светлый кирпич казался серебряным.
— Пришли, — сказал Рад. — Спасибо, ребята.
— Ты его в школу? — спросил Гоша.
— В спальне никого нет. Только Севрик. Но его и пушками не прошибёшь.
— Разве пушками будят? — спросил Малыш. — Меня никогда не будили… пушками.
— Мал ещё, — густым голосом сказал Унтерман.
Рад забрался на подоконник и попробовал открыть окно. Окно не поддавалось.
— Закрыл, — сказал Рад и спрыгнул на землю. — Странный человек.
— Постучи, — посоветовал Гоша, — он проснётся.
— Бесполезно. Там Севрик.
— Для него пушку надо, — вздохнул Малыш.
Вся компания молча двинулась вдоль здания школы, искать открытое окно. Впереди шёл лев. Иногда он поднимался на задние лапы, а передние ставил на подоконник. Он тоже искал открытое окно.
И вдруг Малыш крикнул:
— Смотрите! Окно открыто!
Окно действительно было открыто, но на втором этаже.
— Высоко, — вздохнул Рад.
— Как высоко? — воскликнул Гоша. — В самый раз. — И он скомандовал своим мальчишкам: — Алле, на пирамиду!
По этой команде мальчики из нестройной толпы сразу превратились в маленькую слаженную группу, пришли в строгое согласованное движение. Рад не успел заметить, как кудрявый крепыш очутился на плечах Гоши. Потом мальчики как бы образовали лестницу, и по этой живой лестнице, состоящей из рук и коленок, Малыш ловко забрался на плечи Унтермана. Он выпрямился, сделал шаг и очутился на подоконнике открытого окна.
— Ловко придумали! — сказал Рад, с восхищением наблюдая за мальчиками.
— Аттракцион, — отозвался Гоша.
Пирамида распалась. Живая лестница исчезла. Мальчики снова толпятся на земле, словно ничего и не произошло.
— Работа такая, — равнодушно отозвался Гоша. — Третий этаж — это потруднее. А второй…
Через некоторое время в одном из окон первого этажа показался Малыш. Щёлкнул шпингалет. Створки окна распахнулись.
— Вход открыт. Алле! — весело крикнул Малыш и прыгнул из окна на землю. При этом он умудрился перевернуться в воздухе.
Сперва в окно забрался Рад. Ловким бесшумным прыжком за ним последовал Кинг.
— Спасибо, ребята! — сказал Рад. — Вы настоящие друзья, ребята! До встречи!
— Мы будем тебе помогать, — сказал Малыш.
— Тебе ещё что нужно? — спросил Гоша.
— Понадобится мясо, — сказал Рад. — Много мяса.
— Мы раздобудем мяса для такого дела, — сказал Гоша.
— Спасибо, ребята. До свидания.
Он закрыл окно. При свете луны, сквозь стекло Рад и лев казались таинственными призраками, которые неведомо почему очутились в школе.
А цирковые мальчики всё ещё стояли под окном, ожидая какого-то происшествия. В облегающих тела костюмах, при лунном свете они были похожи на маленьких космонавтов, прилетевших на землю с весёлой, удивительной планеты Цирк.
Когда же они начали прыгать, и кувыркаться в воздухе, и взлетать друг другу на плечи, то ещё больше стали похожими на жителей весёлой планеты, на которой таким образом выражают радость и празднуют победу.
Рад и Кинг медленно пробирались по длинному школьному коридору. Они то появлялись на лунной дорожке, то пропадали в тени. Если бы кто-нибудь из учеников очутился сейчас в пустой школе и встретил их в коридоре, он наверняка принял бы Рада и его гривастого друга за призраков — настолько необычным и противоестественным было появление льва в школе.
— Идём, я тебе покажу нашу школу, — говорил Рад, увлекая льва за собой.
Они заглядывали в классы и кабинеты, поднимались по лестницам.
В умывальнике Рад открыл кран, и лев с удовольствием пил, подставляя под струю воды язык, сложенный ладошкой. Может быть, кран напоминал ему источник, бивший в горах из скалы.
В кабинете человековедения стоял заинтересовавший льва скелет. Кинг подошёл к нему, понюхал, потрогал лапой. Кости застучали, одна рука закачалась. Лев отпрянул.
— Не бойся, — сказал Рад, — это учебное пособие.
Слова «учебное пособие» успокоили льва.
Потом Рад привёл своего друга в класс.
— Это мой класс, — сказал он льву, — заходи смелее! Вот моя парта. Здесь сижу я, рядом место Тани. Ты ещё не знаком с Таней, но она о тебе знает.
Лев обнюхал парту, но сесть на скамью не смог — слишком был велик. Зато он прыгнул на парту и улёгся на ней.
А Рад вышел к доске и, изображая учителя, обратился к невидимым ученикам:
— Дорогие ребята! Вот мы и встретились снова после летних каникул. Теперь вы уже взрослые. Можно сказать, не дети, а молодые люди. Начнём же наш первый урок…
Потом они вышли из класса и, сойдя с лунной дорожки, на которой оба казались серебряными, исчезли в ночной тьме.
Эту ночь Кинг провёл на интернатской койке. Койка была тесной и неудобной. Она вздрагивала и скрипела. Лев долго ворочался, пока наконец ему удалось удобно устроиться на этом, совсем неприспособленном для львов ложе.
— Спи, спи, Кинг, — говорил Рад, лёжа рядом. — Спи, завтра трудный день.
Ему самому не спалось, и он чувствовал, что лев не спит. А худой и болезненный Севрик, похожий на травку, выросшую без солнца, в тени, спал так крепко, что его и пушками не разбудишь. Если бы он только знал, кто лежит на койке почти рядом с ним!
— Как хорошо, что я тебя нашёл… — шептал Рад своему другу. — Я уже не надеялся встретить тебя. Теперь я тебя уже никому не отдам. Мы всегда будем вместе…