Чтение онлайн

Внутри каждого из нас пребывает адепт, Я, граненый алмаз. Редко нам выпадает возможность на мгновение увидеть ужасающее величие Я, и тогда мы осознаем, что личность — это не более чем тень реальности. Эти эпизодические мистические переживания, эти редкие мгновения, когда искренний искатель осознает себя в присутствии божественной природы, описаны в книгах как посещения адептов. Расширение сознания, которое наступает вместе с этими эпизодическими мистическими переживаниями, дает возможность по-новому, полнее осознать тайну духовного поиска. Личность получила тайные сведения и на мгновение приобщилась к глубинной реальности, тем самым приблизившись ко вселенской тайне бытия.

Лаборатория — это жизнь. Алхимик — искатель Истины. Формулы, с помощью которых он трансмутирует металлы в золото, — это упражнения по сосредоточению и созерцанию. Адепт-учитель — это высшее Я, а способность преображать металлы — это живая мудрость, преображающая все и вся в нетленную Истину, которую ищет мир.

Пифагорейская практика вспоминания — одно из самых известных философских упражнений. До нас дошли сведения, что последователи его знаменитой школы в Кротоне ежедневно занимались вспоминанием по методике, предложенной самим великим учителем.

Вспоминание — процесс оживления в душе событий одного дня в обратном порядке. Цель вспоминания состоит в том, чтобы выяснить моральную значимость поступков.

Обычный человек, проходящий через переживания повседневной жизни, лишь частично осознает моральный вес своих действий. Некоторые ценные уроки проходят незамеченными. Неспособность замечать и наблюдать, неумение взвешивать и делать правильный акцент и, превыше всего, отсутствие глубокомысленности — все эти недостатки не дают действию обогатить сознание. В результате человек теряет драгоценное время.

С помощью вспоминания мы можем пережить заново все происшествия, которые имели место. Мы можем видеть их беспристрастно. Мы можем читать их, как книгу. Внутренний опыт дает нам возможность видеть глубинную взаимосвязь причины и следствия. Вспоминание по крайней мере теоретически обогащает жизнь и углубляет переживания и понимание.

В недавнее время вспоминание начали интерпретировать как средство косвенного покаяния. Человек, осуществляющий вспоминание, выступает в роли судьи своих собственных поступков. Пересматривая все события минувшего дня, он стремится увидеть достоинство каждого из них. Давая строгую моральную оценку своим мыслям и эмоциям, он искренне сожалеет о совершенных ошибках и с равной непосредственностью разуется своим более похвальным поступкам. Подобная практика считается очень полезной для решения кармических проблем. К несчастью, мы не можем утверждать, что пифагорейцы практиковали такое же вспоминание, ведь у нас имеется недостаточно сведений о методике, которую рекомендовал для своих последователей Пифагор.

Практика вспоминания, если она правильно понята, может дать хорошие результаты. Однако, как и большинство других эзотерических упражнений, она часто неправильно понималась теми, кто пытался ее использовать.

Естественное свойство вселенной проявляется в том, что она приковывает внимание человека к воображаемому моменту времени, которое принято называть сейчас. В Писании сказано:

Сейчас — вот воистину лучшее время. Действие в настоящем сосредоточивает на себе все свершения и предрасположенности сознания. Сейчас постоянно требует от человека изобретательности, смелости, целостности и понимания.

То, что мы называем временем, столь иллюзорно, что многие философы приходят к заключению, что из всего массива времени реально только сейчас. Поэтому упражнения, которые отвлекают сознательное внимание от настоящего, опасны для тех, кто еще не утвердился в практике постижения. Тот, кто живет будущим, пойман в тенеты надежды; тот, кто живет прошлым, потакает капризам сожаления. Однако надежда и сожаление являются призрачными мотивами по сравнению с реальной убедительностью настоящего. Человек, который работает с проблемами настоящего, в большей степени содействует своему душевному росту, нежели тот, кто одержим грезами о нерожденном завтрашнем дне или же преклоняется перед мертвым днем вчерашним. Когда мы достигаем мудрости, которая позволяет нам не беспокоится о минувшем и сетовать на свою судьбу, мы можем извлечь пользу от созерцания допущенным ошибок. Для того же, кто не обрел еще подобного философского равновесия, слишком продолжительное вспоминание может оказаться вредным.

Минувшее всегда несет в себе какой-то фатализм, ведь нам не всякий раз удается полностью устранить последствия своих прошлых действий. Что было сделано, то было сделано. Мы можем искренне желать взять назад поспешно произнесенные слова, однако они уже слетели с наших уст, и ветер унес их далеко за пределы нашей досягаемости. Мы никогда не сможем вернуть их обратно. Королевский поступок, который мы совершили в прошлом, в настоящем может показаться никому не нужным. Возможности были да сплыли. Пытаться повторить сегодня то, что принесло успех вчера, может оказаться бесполезным. Шанс пройти через какое-то переживание, который был у нас вчера, и который мы упустили, теперь дается кому-то другому. Мы не можем вернуть его себе. В этом состоянии нам остается лишь осознавать неудачу и разочарование, чувствовать беспомощность и безнадежность нашего жалкого состояния. Подобное негативное отношение тайно отнимает у нас жизненные силы.

Постижение — это не практика покаяния. Это положительное выражение убежденности. Оно сопутствует стремлению сделать и стать и имеет очень мало общего с напрасными сожалениями. Человеку лучше искать Истину и не пытаться устранить нежелательные последствия своих ошибок.

Еще одна проблема, возникающая в связи с занятиями вспоминанием в том виде, в котором его сейчас принято практиковать, состоит в том, что ученик, обозревая свое прошлое, может делать правильные выводы. Ведь, когда он возвращается в своих воспоминаниях к минувшим переживаниям, предполагается, что он в состоянии должным образом оценить достоинства и недостатки своих поступков.

Это подразумевает, что ученик представляет себе, как он должен поступать и как не должен, тогда как на поверку оказывается, что во многих случаях человек не располагает правильными критериями оценки. Поэтому заключения, которые он делает в ходе вспоминания, представляют собой мнения, которые не многим лучше, чем сами совершаемые действия.

Так, например, какая-то школа или секта может требовать, чтобы ее последователи употребляли в пищу только определенные продукты. Предположим, что в один прекрасный день ученик по небрежению съел то, чего нет в списке разрешенных блюд. В ходе вспоминания этот ученик осознает великую тяжесть своего прегрешения, сильно раскаиваться за содеянное и прорабатывает себя с тем, чтобы в будущем подобный грех не повторился.

Однако в действительности может оказаться, что группа людей или секта, которая не позволяет употреблять в пищу определенные продукты, наложила этот запрет безо всяких оснований. Может быть так, что ограничение в диете не имеет под собой существенного философского основания, а является прихотью одного из основателей религиозного течения. Возможно, этот почтенный джентльмен не любил лука и поэтому запретил употреблять его в пищу своим ученикам.

Подобным образом весь процесс вспоминания может стать замкнутым кругом непонимания и ложных мнений лишь потому, что ученик не знает, что правильно, а что нет. В последовательных философских традициях старые наставники учат, что пока ученик не ведает, что на самом деле правильно, подлинное вспоминание невозможно, тогда как если ученик знает, что на самом деле правильно, вспоминание уже не нужно. Мало проку в практике, которая способствует лишь развитию комплекса неполноценности.

Вспоминание, как правило, практикуют в тех религиозных традициях, в которых считается, что подлинное естество человека целостно, и поэтому грехи можно искупить. Если человек верит, что существует какая-то возможность избежать последствий собственных действий, его поведение никогда не будет идеальным. Осознание идет первым, правильный образ жизни следует за ним. Немного мудрости лучше, чем море раскаяния. Быть мудрым означает делать прежде всего то, что правильно. Поэтому долг каждого искателя Истины — понять, что правильно, а что нет. Когда совершаешь действие в соответствии с благороднейшими идеалами сознания, для сожаления нет оснований. Если была допущена ошибка, вселенский закон проявит ее в карме. Итак, должно быть осознание, однако не следует делать слишком большой акцент на повседневной жизни.