Чтение онлайн

– И вы отдадите?! – удивился Семен Семеныч.

– Я же сказал! – рассердился хозяин орехов.

– А за три с половиной? – снова поинтересовался Семен Семеныч.

Семен Семеныч ушел ни с чем, проще говоря, его выгнали…

Он застрелился.

Что такое «здравые утверждения»?

Семен Семеныч читал лекцию:

– Дух ницшеанской речи явленно афористичен. Хотя, право, речь и сама по себе афористична. Подумайте о столе… А теперь внимательно посмотрите на ближайший от вас.

«Мы примирились с абсолютной речевой афористичностью как с необходимостью дышать, но, в отличие от дыхания, такой неявный афорицизм губительно продуктивен…» – говорил Семен Семеныч в своей лекции.

«Спасибо Фридриху за то, что его афоризм очищает!» – думал Семен Семеныч этим вечером, заряжая пеплом свой пистолет.

Что вы скажете об афористичности «действия»?

Семен Семеныч писал книгу и очень спешил, чтобы его признали раньше, чем признают сумасшедшим.

Но не выдержал этой гонки и признался сам… А его не признали, сказали только: «Кто ты такой? Мы тебя не знаем!»

«Обидно, что это мы чаще при знании, а не оно при нас…» – думал Семен Семеныч по дороге домой.

Вы не знаете, откуда он шел?

«В атмосфере происходят атмосферные явления», – думал Семен Семеныч, наблюдая явление Христа народу.

Его закидали камнями.

А почему вы, собственно говоря, подумали, что пострадал Семен Семеныч?

Что такое философское суждение?

Семен Семенычу сказали, что он говорит прописные истины, а Семен Семеныч что-то у себя в голове напутал и решил, что его обвинили в нецензурных ругательствах.

Он засмущался и застрелился…

А вы никогда не замечали сходства между прописными истинами и нецензурными выражениями?..

Семен Семеныч разговаривал сам с собой:

– Чем «ночь» отличается от «дня»?

– Показаниями часов. Это самый логичный ответ…

– А до изобретения часов?..

– Тогда отсутствием солнца.

– А если дневное затмение солнца?..

– Тогда сменой светлого и темного времени суток.

– А как насчет «белых ночей»?!

– Тогда к этому еще и продолжительностью!

– Ну а как быть с «полярной ночью»?!!

Разочарованный Семен Семеныч решал дилемму – то ли отказаться от понятия «ночи», то ли не определять его.

Почему мы никогда не предпринимаем таких мер по отношению к понятию «смерть»?

Семен Cеменыч недоумевал:

– Странно – у человека две ягодицы, а говорят, что на двух стульях не усидишь…

Не слишком ли мы доверяем цифрам?..

Семен Семеныч сравнивал нос с вулканом:

– Если я простужен, то из носа и льет, и брызжет. Разве с вулканом не так?

В чем отличие Семен Семеныча от парижского эталона?

– Все в мире относительно, – сказал как-то один продвинутый Семен Семеныч другому Семен Семенычу.

– Ты со мной разговариваешь? – спросил первого второй.

– Да, – ответил ему тот.

– Ты меня понимаешь? – снова, но очень серьезно спросил второй.

– Да, – подумав, ответил продвинутый Семен Семеныч.

– Тогда тебе показалось, что все в мире относительно…

Почему нам не хватило понятия «субъективность»? Зачем мы придумали миф об «относительности»?

Семен Семеныч беседовал с психическими больными и думал, что они от него скрывают, что они думают, что от них скрывают, что другие думают.

Чем Семен Семеныч отличается от своих собеседников?

Семен Семеныч всю жизнь мучился вопросом, почему о смерти говорят как о «вечном покое».

Пришло время это проверить, и он застрелился.

Как можно проверить языковую игру?

Семен Семеныч сетовал, что в сахарнице очень быстро кончается сахар. И однажды, когда Семен Семеныч в очередной раз насыпал сахарницу, его осенило:

– Просто никто никогда не насыпает ее полностью! – и насыпал ее почти до самого верха!

Убрав пакет с песком в ящик, он вдруг посмотрел на почти полную сахарницу ошалевшим взором и разочарованно произнес:

– Да, никто и никогда…

Как часто нас «осеняет», и мы гордо декларируем, причем не без обвинения: «Никто и никогда!» Но лишь затем, как правило значительно позже, понимаем всю глубину этой фразы…

Семен Семеныч знал и не знал, верил и не верил… Так невозможно было жить, он застрелился.

Почему говорят о необходимости сомнения?

Семен Семеныч поднимался по лестнице, и ему в голову пришла философская мысль:

«Самое ужасное – это то, что ничто никогда не кончится!»

Да, и действительно, как «ничто» может кончиться?..

Чему в таком случае мы ужасаемся?..

Семен Семеныч волею судьбы оказался в компании дипломированных эстетов с высшими образованьями и всяческими искусствоведческими степенями.

Они рассуждали о Вивальди и Григе, всем своим существом прозрачно намекая Семен Семенычу, что он им не чета.