Чтение онлайн

С точки зрения научной философии, пишет Бунге, не следует целиком отбрасывать телеологическое объяснение в связи с более высокими целостными уровнями. Нужно отбросить только обскурантистские истолкования телеологической схемы «р для того, чтобы q» через нематериальные и непознаваемые энтелехии 1.

С многими приведенными положениями Бунге можно согласиться, за исключением его предложения о модернизации телеологии на современной научной основе. Видимо, это сделать невозможно по той причине, что основное содержание телеологических учений в принципе идеалистически-спекулятивно и далеко от методов науки. Метод телеологии состоит не в позитивном решении вопроса, а в отодвигании этого решения путем введения все новых и новых иррациональных моментов и понятий вроде «жизненной силы» и тому подобных. Поэтому лучше отказаться от телеологии в целом, сохранив и научно интерпретировав отдельные ценные мысли и верные наблюдения, которые были высказаны и сделаны авторами телеологических построений в прошлом. Это относится и к самому названию направления научного исследования, задачей которого является анализ сущности материальных внутренних целей и материальных процессов целеполагания в самоуправляемых системах.

' См М. Бунге. Причинность. Место принципа причинности в современной науке, стр.344 — 347.

143

Анализируя телеологические взгляды Гегеля, немецкий философ-марксист Г. Клаус подчеркивает, что идея объяснения целесообразности посредством определенных форм взаимодействия весьма плодотворна и находит свое материалистическое естественнонаучное развитие в кибернетике. Последняя занимается особой формой взаимодействия, позволяющей материальным системам с механизмами обратной связи сохранить в потоке изменений явлений относительную устойчивость.

Каждая устойчивая (имеется в виду относительная устойчивость самоуправляемых систем) система, подчеркивает Г. Клаус, ведет себя так, что ее поведение в определенном аспекте можно назвать направленным на достижение некоторой цели'. Так как существует много систем, имеющих целенаправленный характер, то следует признать ограниченным действие линейной (т. е. механической) причинной связи2. «Природа не ставит никаких целей, даже органических. Естественные системы могут настраиваться на определенную постоянную величину или на определенный образец функционирования. И эту постоянную величину или образец функционирования можно в таком случае назвать «целью». Если такая цель когда-либо установлена, то создается видимость, что соответствующая естественная система по отношению к этой цели проявляет целеустремленность» 3.

Целеустремленность же создает динамику действий, она есть особая форма выбора из возможных состояний некоторой системы. Г. Клаус считает, что в этом плане кибернетику можно определить как науку

' См. Г. Клаус. Кибернетика и философия, стр. 323

2 См там же, стр. 326.

3 Там же, стр. 332 — 333

144

о планомерном достижении цели с помощью настройки системы на такие цели '.

Г. Клаус наметил очень интересный подход к решению проблемы внутренней цели и несознательного процесса целеполагания самоуправляемых систем. Однако, как нам кажется, этот подход не ведет к образованию «материалистической телеологии».

Мы полагаем, что одного принципа обратной связи явно недостаточно для характеристики особой формы направленного взаимодействия в процессе целеполагания. Без учета других важных принципов самоуправления, т. е. без учета принципа активного отображения, принципа информационной связи, принципа активного программирования на основе самообучения самоуправляемой системы, принципа субординации, а также без выяснения сущности и роли информационного причинения, информационной природы функциональных инвариантов самоуправляемой системы объяснить сущность, возникновение и характер процессов целеполагания вообще и несознательного целеполагания в особенности не представляется возможным.

Существенный вклад в решение проблемы материального целеполагания на основе идей теории отражения и упомянутых принципов самоуправления внесли советские физиологи Н. А. Бернштейн и П. К. Анохин.

Исследуя физиологию движения организмов, Н. А. Бернштейн пришел к выводу о том, что в мозгу животного осуществляются две противоположные формы моделирования воспринимаемого мира: модель прошедше-настоящего, или ставшего, и модель предстоящего. Вторая модель непрерывно преобразуется в первую. Обе модели отличаются друг от друга тем,

' См. Г. Клаус. Кибернетика и философия, стр. 339.

145

что первая является преимущественно однозначным отображением (воспроизведением) действительности а вторая имеет вероятностный характер, поскольку является экстраполированием тенденций прошлых и текущих ситуаций на будущее'.

Активность организма направляется противопоставлением вероятностной модели будущего и определившейся задачи. Н. А. Бернштейн вводит понятие материальной модели потребного будущего, которая строится в результате некоторого обобщения и продолжения накопленного опыта. Подчинение действа организма задаче реализации модели потребного будущего представляет собой процесс превращения возможности в действительность.

По мнению Н. А. Бернштейна, обнаружение возможности построения и комбинирования организмов материальных кодов, отображающих все бесчисленные формы активности и экстраполяции предстоящего, позволяет говорить о целенаправленности действий любого организма 2.

Все попытки количественного анализа причинных отношений в биологии оказались неудачными потому что не учитывался специфический качественный аспект причинения в живых организмах. Раньше бы известен единственный код — человеческая речь, выражающая процесс и результат мышления человека В то время было естественным отрицать в жизнедеятельности простых животных и растений направленную, целеполагающую деятельность. Когда же был открыто разнообразие биологических кодов, говорил Бернштейн, речевой аппарат человека предстал как

' См. Н. А. Бернштейн. Пути и задачи физиологии активности. — «Вопросы философии», 1961, № 6, стр. 86.

2 См. Н. А. Бернштейн. Новые линии развития в физиологии и их соотношение с кибернетикой — «Вопросы философии 1962, № 8, стр. 80

14f)

самый высокоразвитый, но частный вид кода. Это открытие дало возможность безупречного решения вопроса целеполагания'.

Определяя цель как закодированную в мозгу модель потребного будущего, Н. А. Бернштейн не считаeт задачу выживания целью активного устремления организмов. Он полагает, что организм не борется за жизнь. Видимо, в данном случае под организмом понимается вид. Вид действительно не имеет никаких целей и складывается нецеленаправленно, а в силу действия многих случайностей, в том числе мутационных изменений организмов. Однако отрицать борьбу отдельных организмов за жизнь было бы неправомерно. Опыт показывает, что внутренней целью всегда является задача индивидуального выживания, сохранения потомства, а тем самым и вида.

По сути дела предлагаемое Н. А. Берштейном определение активной целенаправленной деятельности организма как стремления в его действиях к максимуму негэнтропии, еще совместимому для него с жизнедеятельностью, есть не что иное, как определение одной из главных задач выживаемости, только в терминах биофизики. Сам Бернштейн считает, что такая формулировка биологической «цели» имеет по крайней мере то достоинство, что не требует никакой психологизации и может быть целиком выведена из свойств соответственно высокоорганизованных органических молекул и их комплексов на какой-то ступени их прогрессивного усложнения2.

Приведенное определение имеет еще одно большое достоинство. Это одна из первых попыток естественнонаучного определения материальной внутренней цели функционирования несознающей живой системы.

' См. Н. А. Бернштейн. Предисловие. — К. С. Тринчер. Биология и информация. М.,1965

2 См там же, стр. 6 — 9.

147

По-видимому, оно может быть принято как одно и возможных, но не как единственно возможное.

В заключение изложения взглядов Н. A. Бepнштейна на проблему целеполагания в биологии приведем небольшую выдержку из одной из последних его работ: «Может быть, именно кибернетике, подвергнувшей успешному сравнительному анализу искусственные целенаправленные устройства и живых организмы, круг биологических наук в наибольшей мере обязан преодолением «барьера» целесообразности без схода с позиций материализма. Это преодоление... основывается на главнейших понятиях теории информации: понятиях кодированной модели и программирования. Так или иначе, сейчас уже можно сказать, что прибавление к классическим вопросам «как» и «почему» третьего равноправного члена «для чего» поставило, наконец, биологию на прочны научный фундамент» '.