Чтение онлайн

Глава двадцать первая

Калеб почти полностью вернул силы утром третьего дня. Он мог сидеть на лошади, его лицо было бледным и осунувшимся, когда они покинули Даствуд и поехали к пустой крепости.

Фриц рассказал Калебу о том, что они видели в деревне. Мика поймала взгляд Калеба, пока Фриц описывал жителей, пострадавших от того же яда, что и Калеб в детства. Что-то опасное сверкало в его глазах. Он соглашался, что, когда они найдут его дядю, компромиссов не будет.

Фрица тронула история Таллисы. Юный лорд отдал Таллисе свой кинжал с драгоценными камнями, когда они покинули ее дом, тихо попросил ее продать его и помочь деньгами другим жителям.

Эд не вернулся в дом Таллисы спать. Он не объяснил ничего, когда появился на рассвете увести их из Даствуда. Он явно сбегал к товарищам и сообщил, что они были в пути. Он казался подавленным, и Мика задумалась, не повлияла ли так на него деревня.

Мика все еще ощущала тревогу. Она старалась игнорировать это и сосредоточиться на переговорах. Какую бы несправедливость не испытали мятежники, какой ужас не пережили бы люди Даствуда, большая угроза близилась с востока к ее братьям и родителям. Если они не договорятся с мятежниками, у них не будет шансов против обсидианцев. Несмотря на ее изъяны, империи нужно было оставаться целой.

Они приближались к месту назначения, и вдоль дороги стали мелькать разведчики среди деревьев. Мика вытащила серебряную диадему, которую ей дал лорд Бонт, надела ее, опустив капюшон, чтобы корону было видно.

Солнце еще не достигло пика, когда четыре путника пересекли гряду над башней Бердфелл. Крепость ждала их на склоне внизу, серая в свете утра. Она была пустой, стояла опасно на склоне горы, лишенном растительности.

Вместо мутного пруда крепость окружала дюжина прудов. Жидкость наполняла каждый на разном уровне, и они отражали солнце, было сложно различить цвет жидкости. Камни вокруг некоторых прудов выглядели недавно вырезанными, словно пруды создали не так давно.

Сталь блестела на валах старой башни, и активность показывала, что обитатели собрались и наблюдали за их приближением. Стая птиц взлетела с башни в небо, горестно каркая.

Бердфелл не был заброшен. Мика задумалась, не знал ли лорд Бонт о происходящем тут больше, чем признался.

Группа людей ждала их на тропе, ведущей к башне и прудам. Мужчины были в грубой одежде из шерсти и хлопка, бороды были как у Эда, на поясах висело оружие. Они собрались группой за лидером с длинной и густой бородой. Лорда Обера среди них не было.

— Приветствую, — сказал лидер с длинной бородой спокойным голосом, который был чуть выше, чем Мика ожидала. — Я — представитель Уайлдсон от Свободного народа Крэя. Среди вас нет лорда-губернатора Сильверфелла.

— Он не смог покинуть город Сильверфелл, хотя очень хотел поговорить с вами, — сказала Мика, играя очаровательный голос Джессамин. — Но вы, конечно, знаете, кто я, — она коснулась простой короны на голове.

Уайлдсон кивнул как можно быстрее.

— Мы не встречались раньше, но да, я знаю, кто ты. Мика Грейдиер.

Мика оставила черты принцессы.

— Микатея больше не работает на меня.

— Кто такая Мика? — спросил Фриц, его лошадь топала под ним. — И где леди Лорна?

— Я — принцесса Джессамин Стилдиер, — сказала Мика, махнув юному лорду замолчать. — Я прибыла от лица…

— Ваша игра убедительна, — перебил Уайлдсон, — но мы знаем правду. Не нужно продолжать, мисс Грейдиер.

Мика взглянула на Эда, но и он был растерян. Он не подозревал, что она была имитатором.

— Уверяю вас, вы ошибаетесь, — сказала Мика. — Я прибыла выслушать тревоги своего народа, который…

— Мы — не ваш народ, — сказал Уайлдсон. — Точнее, не принцессы. Мы теперь свободные люди.

Ладони Мики стали потеть. Малейшее изменение черт выдаст ее. Она не ожидала, что разговор повернет в это русло.

— Я хочу обсудить ваши проблемы…

— Мисс Грейдиер, это не требуется, — спокойный голос Уайлдсона стал немного снисходительным. — «Шелковую богиню» уже доставили в западную бухту. Если до этого были сомнения насчет вашей личности, они пропали, когда мы обнаружили вашего брата среди наших пленников.

«Эмир! Он жив!» — Мика ощутила огромную волну облегчения, сильнее самого дикого шторма или огромного водопада. Она сжала поводья, взяла себя в руки и сохранила лицо бесстрастным.

— У меня нет брата. Я не знаю, о чем вы…

— У вас четыре брата, один из наших людей знает их всех в лицо, — нетерпеливо сказал Уайлдсон. — Присутствие Эмира Грейсона подтвердило то, что мы уже подозревали: что рядом с принцессой все ещё имитатор.

— Эмир Грейсон был назначен для моей защиты, — Мика убрала темно-рыжие волосы с лица, пытаясь привлечь внимание к ее короне. — Он не связан с…

— Он — ваш брат, — пожилой мужчина с кудрявыми седеющими волосами и круглыми лицом вышел из-за группы мятежников. Сердце Мики сжалось.

— Уверен, вы помните Фейра из Двиндлмайра, — сказал Уайлдсон. — Представитель Фейр, я должен говорить. Вы и его сын Дэнил были друзьями в Академии имитаторов в Рэдбридже. Что важнее, вы знаете, что случилось с Дэнилом в Кристальной гавани, и как император и власти никак не помогли ему, ведь он простолюдин.

— Дэнил все мне рассказал, Мика, — сказал Фейр. — Я ценю то, что ты сделала для него, но ты сейчас не на той стороне.

— Верно, — сказал Уайлдсон. — Вы должны присоединиться к нам, мисс Грейдиер, а не говорить дальше за тех, кто подводил ваш вид столько времени. То, что аристократы послали вас, а не пришли сами, говорит о многом.

— Мои люди помогли Дэнилу Фейрсону и другим в ту ночь, когда склад был обнаружен, — сказала Мика голосом Джессамин. — Расследование длилось дольше, чем ожидалось, но мы стали действовать, как только узнали об их беде, — она не собиралась раскрывать себя первой, даже если Фейр узнал Эмира. Мика понимала, почему Фейру не нравилась империя, но другой фактор все еще нужно было учитывать.

Она склонилась к мужчинам.

— Я понимаю ваши протесты из-за того, что случилось с Дэнилом и другими, но вы заодно с тем, кто в ответе за произошедшее. Простите, что сомневаюсь в правильности вашего дела.

— Вы о лорде Обере, — сказал Уайлдсон.

— Эд описал его вашим благодетелем, — сказала Мика. — И это его башня, если я не ошибаюсь.

Она указала на здание за ними, гадая, ждал ли сам Обер внутри. Многие вышли на стены, чтобы посмотреть, как их лидеры разбираются с аристократами. Сколько из них уже искупалось в тех зеркальных прудах?