Чтение онлайн

А восстание они тут планировали, наверное, в назидание всем другим своим гражданам. Хотели убедить их, что в других корпорациях еще хуже. Жителям ада надо время от времени доказывать, что живут они в раю.

Глава 79

Хитро ухмыляющийся летчик привел нам большой грузовой катер со всеми необходимыми вещами, о которых мы с синьором Мигелем договорились еще в Палермо. Последние два дня до приезда профа мне было не до Каникатти. Впрочем, почти вся работа уже была сделана, только Алекс все время старался найти слова поубедительнее и аргументы повесомее, и занимался этим так активно, что Ларисе пришлось мирить его с Джессикой. Девочки, под влиянием синьоры Арциньяно, нашими делами не интересовались: походы, скалолазание и лошади — это одно, а война — совсем другое, она их не касается. Вот и хорошо. Гвидо тоже быстро заскучал: ему больше нравилось учить Стефана, Пьетро и Джованни арифметике, он чувствовал себя страшно полезным и был очень горд этим обстоятельством.

* * *

Целая эскадрилья «Сеттеров» нарисовалась на темнеющем небе: синьор Мигель все делает с размахом, хотя, может быть, это требования безопасности.

Когда не слишком довольный проф (отрывают от дел и еще не говорят зачем!) выбрался из катера, в небе над виллой зажегся совершенно изумительный фейерверк.

— С днем рождения! — сказал я прежде, чем он успел сурово поинтересоваться, какого дьявола я опять взялся за взрывы. Судя по выражению лица, проф собирался сделать именно это.

Что еще можно подарить такому человеку, как проф? Только сам праздник — с фейерверком, танцами, смехом, огромным тортом с сорока пятью свечками. Именинник даже не смог задуть их за один раз.

* * *

Деловой разговор с синьором Мигелем состоялся только вечером следующего дня, когда он вырвался из цепких лап пылающего энтузиазмом Кальяри.

— Хорошо, — серьезно сказал синьор Мигель, — я это прочитаю.

Сообщить нам свои выводы он не обещал. Не важно, в крайнем случае, из профа как-нибудь вытрясу.

Наутро синьор Мигель призвал меня к себе. Почему только меня?

— Все это очень интересно и очень важно, — сказал он, — мне не нравится только одно.

Я вопросительно поднял брови.

— Лео!

— Э-э, чем он вам не нравится?

— Он замечательный парень, и если бы он еще родился в зоне Кальтаниссетта, у меня не было бы никаких сомнений.

— Вы думаете, он работает на Джела? Ему тринадцать лет!

— Ну и что? Ты мнеговоришь, что от мальчишек не может быть толку на войне?!

Это был одновременно комплимент мне и выражение обиды, что я забыл или не знал о его собственных подвигах двадцатилетней давности. «Ты! Мне!» А если еще вспомнить, сколько лет некоторым хакерам синьора Арциньяно…

— Я думаю, что ваши подозрения беспочвенны. А если вы допросите его с пентатолом, он никогда не простит этого мне, а я вам. В любом случае он не узнал ничего такого, до чего не мог бы добраться сам.

— Ты не совсем прав, но в конце концов… Враги иногда становятся союзниками, так же как союзники — врагами. Мы больше потеряем, если ошибаюсь я, чем если ошибаешься ты.

Я вздохнул с облегчением: разум победил паранойю. Я не потеряю то, что с таким трудом обрел. Для этого нет определения — но оно существует.

* * *

Ористано мы покидали в последний день лета. В Палермо я подарил Лео все свои «исторические» диски. Алекс себе сам сделает, а для Лео это серьезные расходы.

Чуткий Геракл не пошел здороваться со своими кошками, а остался со мной и вечером устроился в ногах моей постели. Решил меня поддержать.

Завтра ребята пойдут в школу, а я — в университет. Уже прямо сейчас подрагиваю: «первый раз в первый класс». Я обнял Винни-Пуха и заснул.

Книга 2. Самурай

Запрос: «любовь»

Ответ: любовь — узаконенные в мэрии или сельской управе сексуальные отношения между двумя партнерами.

Запрос: «дружба»

Ответ: дружба — постоянные сексуальные отношения между двумя или более партнерами.

Запрос: «доверие»

Ответ: доверие — слово не найдено; возможно, это научный термин, или вы допустили орфографическую ошибку. (Сайт «Толковый словарь языка этна-эсперанто»)

…Я любовью чернооких,

Упоеньем битв жестоких,

Солнцем, вставшим на востоке,

Безнадежно обольщен… О. Ладыженский

Глава 1

Главная проблема при первом посещении университета — это, конечно, как одеться и на чем добраться? В костюме я буду выглядеть как идиот: мальчишка, который зачем-то косит под взрослого. Мораль — иду в джинсах. Второй вопрос: меня, разумеется, довезут на элемобиле, стоит мне об этом заикнуться, но я же не в детский сад собрался, а своих водительских прав у меня еще нет. Придется лететь на Феррари. Правда, на стоянке рядом с элемобилями он будет смотреться как маракан среди лошадей, но другого варианта у меня, похоже, нет. Буду выглядеть как законченный пижон. В первый раз я пожалел, что эта птичка такая большая и такая блестящая. Двухместный катерок отца Гвидо, который я угонял прошлой весной, был бы в такой ситуации гораздо уместнее. Надо приготовиться к двойной порции насмешек. «Опять боишься?» — спросил ехидный внутренний голос. Кто? Я? Вот еще. Существует несколько способов борьбы с насмешниками, и я их освоил в совершенстве. Возможно, придется применить их все сразу.

После завтрака проф внимательно оглядел мой новый джинсовый костюм и белую рубашку (никакого галстука!) и одобрительно кивнул:

— Нормально, ты же не жениться собрался, но и не окопы рыть. Рафаэль тебя довезет.

— Не надо, я полечу на Феррари.

— М-мм, ну смотри.

— Как говорится, оба хуже.

— Точно. Ну, удачи!

На стоянке перед зданием математического факультета было тесно: несколько катеров, хотя, конечно, не такие габаритные, как мой. Купить, что ли, еще катер: на маленький у меня денег хватит, если продать часть плантации на Ористано. Или взять подержанный? Тогда без проблем. Нет, проф обидится. Получается, его подарок недостаточно хорош для меня. Он, конечно, ничего не скажет, но…

Так, и где спрашивается парковаться? О! Вот сюда попробуем. Если сесть аккуратно, мне не придется продавать Феррари, чтобы оплатить ремонт этой новенькой Ламборджинии и этого древнего Фонди. Ф-фух! Приземлился.

— Садился бы уж прямо на космическом крейсере! — приветствовал меня владелец антиквариата.

— Завтра, — обещал я, — а вы, синьор, будьте любезны приехать в карете с шестеркой белых лошадей.

Лицо моего собеседника помрачнело, может быть, он ездит на Фонди не из любви к старине, а просто по бедности. Я ругал себя за глупость. Тут парень заметил, сколько мне лет, и решил этим воспользоваться, чтобы отыграть потерянные очки: