Чтение онлайн

Таким образом, носительство аллелей, снижающих функциональную активность генов MTHFR (677T в гомозиготном состоянии) у Сычёва А.С. за указанный период клинически не проявлялась, то есть, у него не было заболеваний, ассоциированных или обусловленных «наследственной тромбофилией». Оснований для дополнительного обследования Сычёва А.С. с целью подтверждения или исключения у него наследственной предрасположенности к «гомозиготной тромбофилии» на момент призыва на военную службу у призывной комиссии Краснотурьинского РВК Свердловской области не было.

Согласно представленным медицинским документам, у Сычёва А.С. при призыве отсутствовали заболевания, препятствующие прохождению военной службы в ВС РФ. У него была установлена миопия первой степени на оба глаза (близорукость), которая не препятствовала прохождению им военной службы.».

Тогда же, в марте была проведена ещё одна (дополнительная) экспертиза, которая ответила на вопросы, связанные с возможностью образования таких тяжёлых последствий из-за длительного пребывания в положении «присяда». Ответ был однозначным:

«...В современной медицинской (экспертной и клинической) литературе и практике отсутствуют объективные сведения о возможности пребывания человека в состоянии «неподвижного» глубокого «присяда» длительное время без вредных последствий для его здоровья. Минимальный промежуток времени, в течение которого возможно развитие ишемического венозного тромбоза при нахождении в позе глубокого «присяда» определяется состоянием сосудов нижних конечностей, свёртывающей и противосвёртывающей систем крови, состоянием органов и систем, психо-эмоциональным фоном у данного конкретного человека. У Сычёва А.С. ишемический венозный тромбоз возник после нахождения в позе глубокого «присяда» около 3,5 часов (в той, какую он это показывал в ходе следственного эксперимента 15.03.2006 г.). Анализ клинико-морфологических данных и сопоставление их с материалами уголовного дела показали, что в данном конкретном случае объективной возможности пребывания Сычёва А.С. свыше 2 часов в позе глубокого «присяда» без наступления вредных последствий для его здоровья не имелось. Указанное экспертное положение подтверждается анатомо-физиологическими особенностями кровообращения нижних конечностей у человека.»

Лично мне казалось, что данные экспертизы полностью закрыли все возможные варианты исказить истину и попытаться «вывести» патологию рядового Сычёва в разряд скрыто протекавших заболеваний, о которых не мог подозревать его обидчик. Тем не менее, в прессе и на телевидении развернулась целая кампания по доведению до населения России «правильной информации». В редкой для тех дней новостной передаче не мелькали на «голубых экранах» российского телевидения палаты Главного военного клинического госпиталя имени академика Н.Н. Бурденко и лица его сотрудников. Мало кто замечал, что за проявлением человеческого сострадания к данному больному нет-нет, но проскакивали отдельные выражения, которые подводили телезрителей к мысли о том, что, дескать, «не повезло солдатику», «таких не надо призывать», «если бы не его генетическая предрасположенность.»

Видимо, именно это усиленно «формируемое» впечатление и хотела нейтрализовать Главная военная прокуратура до момента передачи дела в суд. Поэтому уже в мае 2006 года была назначена ещё одна комиссионная экспертиза. В состав комиссии вошли люди, представляющие цвет отечественной медицинской науки и практики. Достаточно сказать, что среди восьми членов экспертной комиссии было три действительных академика Российской Академии медицинских наук, пять профессоров, шесть докторов медицинских и один доктор биологических наук. Комиссия экспертов была составлена из представителей научного центра сердечно-сосудистой хирургии имени А.Н. Бакулева, кафедры акушерства и гинекологии медико-профилактического факультета Московской медицинской академии имени И.М. Сеченова, кафедры медицинской генетики факультета по подготовке научных и педагогических кадров Московской медицинской академии имени И.М. Сеченова, медикогенетического научного центра РАМН и факультета фундаментальной медицины МГУ имени М.В. Ломоносова.

Учитывая решающее значение данной экспертизы в доказательстве по данному делу, будет интересным представить читателю выводы в максимально полном объёме.

«… На основании проведённых исследований приходим к следующим выводам:

1. Ответ на вопрос: «Страдает ли Сычёв А.С. тромбофилией и если да, то с какого времени, какой именно формой, какие объективные, клинические и лабораторные данные свидетельствуют об этом? Если да, то как это патологическое состояние (заболевание) сказывается на механизме образования тромбов в кровеносной системе Сычёва А.С.»

Термин «тромбофилия» подразумевает повышенную склонность человека к тромбообразованию и не является самостоятельным заболеванием (нозологической единицей).

У Сычёва АС. выявлено врождённое носительство аллелей (участков генов), снижающих функциональную активность генов MTHFR (677T в гомозиготном — наследуемом от обоих родителей — состоянии), что предрасполагает к гиперцистеинемии (повышенному количеству аминокислоты гомоцистеина в крови) и является фактором, повышающим вероятность развития тромбозов. Кроме того, у Сычёва А.С. были выявлены гетерозиготные полиморфизмы (множественные изменения) генов редуктазы метионин-синтетазы MTRR «66A/G» и метилентетрагидрофолатредуктазы «1958 G/A», которые также могли в некоторой степени повлиять на повышение уровня гомоцистеина в крови. Носительство аллелей, снижающих функциональную активность генов MTHFR (677T в гомозиготном состоянии) диагностировано у Сычёва А.С. при проведении генетического исследования крови в период с 10.03.2006 годапо 14.03.2006 и 05.05.2006 года. Наличие у СычёваА.С. аллелей, снижающих функциональную активность генов MTHFR, явилось всего лишь одним из вероятностных факторов (но не причиной!) развития ишемического венозного тромбоза (синей флегмазии).

2. Ответ на вопрос: «Каков механогенез тромбообразования в венозном русле нижних конечностей у Сычёва А.С.?»

Образование тромбов в венах нижних конечностей Сычёва АС. происходило в несколько взаимосвязанных этапов. Пусковым моментом и ведущим фактором в развитии у Сычёва АС. ишемического венозного тромбоза послужило длительное сидение «на корточках» в положении «глубокого приседа», приведшее к сдавлению вен нижних конечностей и образованию тромбов во всех глубоких и поверхностных венах нижних конечностей.

Клиническая картина начала развития патологического процесса у Сычёва А.С. категорически свидетельствует о взаимосвязи вынужденного его положения и развития кровяного стаза (остановки кровотока) в капиллярах и мелких венах нижних конечностей, который и послужил причиной образования тромботических масс в сосудах, впоследствии по типу «цепной реакции» приведших к генерализации тромбообразования. Длительное (более 3 часов) сидение Сычёва А.С. «на корточках» сопровождалось болевым синдромом, приведшим к сужению сосудов, прежде всего артерий, что в совокупности с затруднением (вплоть до прекращения) оттока крови по венам усилило ишемию (кислородное голодание тканей вследствие недостаточности кровообращения) нижних конечностей, а также сопровождалось патофизиологически обусловленным повышением свёртываемости крови. Затруднение оттока крови, вызванное сдавлением вен у Сычёва А.С., закономерно привело к задержке жидкости в межклеточном пространстве и отёку нижних конечностей, что дополнительно сдавливало кровеносные сосуды (в бо#льшей степени вены, в меньшей — артерии). Дальнейшее затруднение оттока по венам привело к развитию капиллярного стаза, то есть остановке движения крови по капиллярам, что в совокупности с ишемией привело к началу тромбообразования в мелких сосудах венозного русла с последующим распространением на более крупные вены, как глубокие, так и поверхностные.

Таким образом, тромбообразование в венах нижних конечностей начало происходить во время длительного (более 3 часов) сидения Сычёва А.С. в позе «глубокого приседа», о чём свидетельствует появление выраженного болевого синдрома в икроножных мышцах Сычёва АС. ещё в момент нахождения его в вынужденном положении «на корточках».

Затем тромбообразование в кровеносном русле Сычёва А.С. приобрело «лавинообразный» (катастрофический) характер: тромбоз вен нижних конечностей привёл к развитию гангрены нижних конечностей, с последующим распространением её; присоединение инфекции и её генерализация (развитие сепсиса); развитие катастрофического антифосфолипидного синдрома.

Наиболее значительную роль в столь объёмном и генерализованном характере течения тромбоза в организме Сычёва А.С., проявившемся системным воспалительным ответом, сыграло развитие так называемого катастрофического варианта течения антифосфолипидного синдрома (КАФС). Появление антифосфолипидного синдромау Сычёва А.С. было спровоцировано развившейся гангреной, значительной по площади поражения (нижние конечности.), а также последующее развитие сепсиса. Это связано с повреждением эндотелия (внутренней оболочки сосудов) при данных инфекционных заболеваниях, нарушением регуляции системы свёртывания крови и последующей активацией системы коагуляции (свёртывания) крови, принимающей генерализованный характер. Именно наличие антифосфолипидного синдрома и гипергомоцистеинемии с развитием КАФС утяжелило течение первично возникшего венозного тромбоза, инициированного длительной иммобилизацией и сдавлением вен и мягких тканей нижних конечностей.