Самые знаменитые произведения писателя в одном томе
Шрифт:
Смерч повел свою летучую бригаду на метлах на бреющем полете над фермами, где ведьмы кидали лягушек в кипящие котлы, толкли в ступках сушеных жаб, брали понюшку пыльцы из мумий, кривлялись, корчились от смеха.
– Ну-ка, призадумайтесь. Что значит слово «ведьма»?
– Это… – начал Том, но ничего не успел сказать.
– Ведение, – продолжал Смерч. – Ум. Вот что это значит на самом деле. Знание. Так что каждый мужчина, каждая женщина – у кого хватало мозгов что-то проведать, разведать, сведать, кто хотел знаний, – поняли?.. – каждый, у кого ума было не занимать и кто позабыл об осторожности, назывался…
– Ведьма! Ведун! Ведьмак! – закричали ребята.
– И кое-кто из этих знатоков, ведающих и знающих, притворялся ведьмой или знахарем или внушал себе, что видит привидения, бродячих мертвецов или ковыляющих мумий. А если кто-нибудь ненароком умирал в одночасье, они приписывали себе всю честь. Им нравилось верить, что они владеют силой, а на деле они ничего не могли, ребятки, увы и ах, но это чистая правда. Послушайте-ка! Там, за холмом. Все метлы родом оттуда. И туда они все слетаются.
Вяжем метлу мы,
Метла непростая;
В небе угрюмом
Птицей летает!
Ведьме раздолье,
Как ветру в поле, —
Знай, погоняет!
С визгом и воем
Волны прибоя
С облачной пеной
В море-Вселенной
Одолевает!
Внизу полным ходом работала фабрика ведьминых метел, все суетились, вырезали палки, вязали метлы, а те, как только их насаживали на палки, в снопах искр вылетали из дымовых труб. А ведьмы прыгали на них с коньков крыш и мчались по звездному небу.
По крайней мере, так казалось мальчишкам, и до них доносилась песня, где-то пел хор:
Вставали ль ведьмы в час ночной,
В полночный час,
И с нежитью и чертовней
Пускались в пляс?
Нет!
Все это – самооговор,
Все – болтовня!
Ну, станет ли хвалиться вор,
Что свел коня?
Расхвастались себе во вред
Да на беду!
За этот безобидный бред —
Предать суду!
Материками овладел
Безумный страх:
Младенцев, бабок, юных дев
Жгли на кострах!
Толпы свирепствовали, метались по деревням и фермам, с факелами, с проклятиями. Костры пылали от Ла-Манша до берегов Средиземного моря.
Когда в десятке европейских стран
Десятки тысяч «колдунов» и «ведьм»
Плясали в воздухе чудовищный канкан —
Повешены, другие сожжены, —
Народ честил друг друга: ах, подсвинок сатаны,
Ух, чертова свинья! Взбесившийся кабан!
Дикие кабаны, на которых ведьмы сидели как влитые, трусили по черепичным крышам, высекая искры, храпя клубами дыма:
Европу затянул дым ведьминых костров.
Их судей жгли другие в свой черед.
За что? За пару слов!
Додумались: "Невиноватых – нет!
Все – ложь, все – грех!"
Так что ж нам делать?
– Истребляйте всех!
Дым клубился в небе. На каждом перекрестке болтались на виселицах ведьмы, вороны слетались, черные, как оперение мрака.
Мальчишки висели в небе, цепляясь за свои метлы, выкатив глаза, разинув рты.
– Может, кто-нибудь хочет стать ведуном? – помолчав, спросил Смерч.
– О-ой, – сказал Генри-Хэнк, дрожа в своих ведьминых лохмотьях. – Только не я!
– Не позавидуешь, а, мальчуган?
– Не позавидуешь!
Метлы понесли их дальше сквозь дым и копоть.
Они приземлились на безлюдной улице, на открытом месте, и это был Париж.
Метлы выпали у них из рук – свалились замертво.
Глава 15
– А ну-ка скажите, ребятки, что нам нужно, чтобы напугать пугальщиков, нагнать страху на страховальщиков, напустить ужас на ужасальщиков?
– Самые главные боги?
– Самые главные колдуны?
– Самые большие соборы? – сказал Том Скелтон.
– Молодчина, Том, правильно! Всякая мысль растет, так? Религия разрастается. И как еще! Воздвигают храмы, которые так велики, что могут бросить тень на весь континент. Строят башни, которые видны за сто миль. Строят такой высочайший и величайший храм, что там живет горбун, звонит во все колокола. Так вот, ребята, помогите-ка мне воздвигнуть храм кирпичик за кирпичиком, контрфорс за контрфорсом. Давайте построим…