Самыи? тяжелыи? наркотик
Шрифт:
– Минам, пожалуйста, помоги, у меня болит голова настолько сильно, что кажется, будто она взорвется, - трагически прошептал ариец.
Переведя взгляд на молчавшие медицинские индикаторы, я констатировала тот факт, что подопытный был абсолютно здоров, о чем не преминула его уведомить:
– Все твои показатели находятся в норме.
– Я тебя очень прошу, сделай что-нибудь, потому что это совершенно невыносимо, - не унимался болезненно выглядевший пациент.
– Хорошо, Каерин, ложись на кушетку, я сейчас подойду, - решила я.
Крепкие тросы обхватили тело арийца, я нажала на красную кнопку и вошла в комнату к опасному субъекту, но в ходе первичного осмотра мною не было выявлено совершенно никаких отклонений. Слишком поздно осознав тот факт, что ариец меня банальным образом водил за нос, я поспешно отвернулась и обронила через плечо:
– Подожди немного, я принесу необходимые лекарства.
Я не успела вздохнуть, не то, чтобы сделать шаг в сторону спасительной двери, как меня сзади охватили сильные руки - мое сердце упало в пятки, и я замерла, словно кролик перед удавом.
– За какими лекарствами ты собралась идти?
– усмехнулся он в мои волосы.
– Ведь ты уже поняла, что я полностью здоров.
– Зачем ты устроил этот спектакль?
На грани сознания сталиподавать сигнал датчики, говорившие о том, что у Каерина начался новый приступ, в то время как я боялась даже пошевелиться.
– Ты не сможешь отсюда сбежать, - кивнула я на закрытую автоматическую преграду.
– Чтобы открыть эту дверь, нужно не просто знать код, она настроена специально под мои биометрические параметры. К тому же, даже если тебе каким-то чудом удастся это сделать, без моей помощи ты не доживешь до следующих суток.
– Почему ты решила, что я хочу отсюда сбежать?
– Это было бы логично.
– Я не хочу оставлять тебя одну, Минам, - прошептал мужчина.
– Ведь существует огромная вероятность того, что тебя выследят имперские ищейки, и тогда глупому ученому будет несдобровать.
– Поверь, я сумею за себя постоять.
– Ты столь воинственно и решительно настроена, - усмехнулся Каерин.
– Но сейчас в моих объятьях ты дрожишь, словно испуганный заяц.
Он резко развернул меня к себе, я даже вскрикнула от неожиданности, а затем поднял мой подбородок, заставляя посмотреть вверх.
– Ты боишься меня?
– спросил он, в то время как ответ прекрасно читался в моих расширившихся зрачках.
– Я имею представление о том, на что ты способен, ведь именно я сделала тебя таким, - честно призналась я.
– Твои прикосновения наводят настоящий ужас, Каерин, ведь, стоит только тебе чуть сильнее сжать руки, и ты сломаешь мне кости.
Ариец держал меня осторожно, это требовало от него определенных усилий, потому как у него было слишком мало времени, чтобы адаптироваться к новым возможностям. От того, что он находился непозволительно близко, я чувствовала себя дискомфортно.
– Ты как наркотик, Минам, - прошептал у самого моего уха наклонившийся пленник.
– Такая нежная, хрупкая, сладкая... Твой запах опьяняет.
– Твои рецепторы сейчас работают на пределе, через несколько дней этот кошмар прекратится, - поспешила заверить я подопытного.
– Интересно, ты сама веришь в то, что говоришь?
Стопроцентной гарантии у меня, конечно же, не было и быть не могло. Я провела один из теоретически изученных экспериментов, но их результаты в реальности порой оказывались непредсказуемыми.
– Пожалуйста, отпусти меня.
– Поверь, Минам, я никогда по собственной воле не причиню тебе вреда.
– В данном случае бояться следовало бы не мне.
– Я ведь уже говорил, что раньше ничего не боялся, а теперь мне страшно за тебя. Прежде чем проводить свои эксперименты, тебе следовало бы задумываться над их последствиями. В любой момент в твой дом могут нагрянуть полицейские и обвинить в преступлении, за которое в Земном Союзе предусмотрено более чем суровое наказание.
– Я спасла тебе жизнь, разве это плохо?
– За все рано или поздно приходится отвечать.
Я не успела даже сообразить, как он подхватил меня на руки, ему не составило это особого труда, уткнулся в мое плечо и невесомо поцеловал в основание шеи. Это было глупостью, но у меня возникло такое ощущение, будто он дышал мною.
– Каерин, прекрати этот цирк.
– Ты сама ненормальная, и, к тому же, сводишь с ума меня, - глухо произнес ариец, неумолимо прокладывая губами дорожку по моей коже.
– Я предупреждаю в последний раз, разожми руки!
– Почему ты не вырываешься из моих объятий?
– Потому как знаю о том, что это совершенно бесполезно. Ты думаешь, будто я сумасшедшая, но на самом деле я все прекрасно понимаю. У меня не было права проводить над тобой этот эксперимент, и теперь мне следует отвечать за свои поступки.
Мужчина закрыл глаза и, сжав побелевшие губы, едва слышно произнес:
– Пожалуйста, заставь меня остановиться, потому что иначе я не смогу этого сделать.
– Ты сам просишь меня, - решительно произнесла я.
– Задохнись от боли.
Мужчину скрутило так, что на него было страшно смотреть. Выбежав за дверь, я прекратила его мучения, и он смог подняться обратно на ноги. Это было неправильно, издеваться так над живым существом, но ариец ни в чем не обвинял. Я не была уверена в том, что на его месте поступила бы так же.
Датчики, настроенные на жизненные показатели подопытного, пришли в норму, и я не увидела того, о чем они говорили несколько минут назад. У арийца не было совершенно никаких проблем с основными инстинктами.
– В виду твоей опасности и непредсказуемости я очень сильно сомневаюсь в том, что тебя можно выпускать в общество, - призналась я, вглядываясь в микроскоп.
– Что же ты в таком случае сделаешь? Ведь на то, чтобы убить меня, у тебя не хватит духу.
– Ты так считаешь?
– уточнила я, между делом заменяя одну пробирку на другую.
– Тебе стольких усилий и затраченных лет кропотливой работы стоило то, чтобы данный эксперимент удался, что у тебя не поднимется рука все уничтожить.