Чтение онлайн

– Не ожидал от тебя столь воинственного настроя, Минам, ты же никогда раньше не интересовалась политикой, - озадаченно проговорил мужчина.
– Даже когда к нам прилетали арийские ученые в рамках обмена опытом, ты стояла в первых рядах и восторженно записывала каждое слово.

– Всем людям свойственно ошибаться, - поморщилась я.

– Возможно, ты еще передумаешь, ведь боевые действия в космосе чрезвычайно опасны.

– Я полностью осознаю возможные риски, и, находясь в трезвом уме и твердой памяти, прошу подписать мой рапорт, - не стала я его слушать.

– Если ты так хочешь умереть, то я не в праве тебе отказывать, - недовольно поджал губы человек.

Уговоры ученого и доводы рассудка были мной полностью проигнорированы. Он подписал мое увольнение, и я вырвала необходимый документ прямо у него из рук. Кинув напоследок "прощайте!" озадаченному человеку, я стремительно покинула его кабинет. Меня подгоняли страх и чувство мести, поэтому на военно-космической базе я оказалась в рекордно короткие сроки. Каково же было мое разочарование, когда от подтянутого мужчины средних лет на приемном пункте я услышала дословно:

– Несовершеннолетние к службе в космическом флоте не допускаются!
– категорично заявил военный.

– Но ведь я специалист с высшим образованием!

У моих бывших сокурсников не возникло подобной проблемы по той причине, что они были старше меня на несколько лет. Ввиду отличной успеваемости меня переводили на более высокие курсы, и я окончила университет, не достигнув совершеннолетия.

– Дети должны находиться на земле под крылышком у родителей, а не ввязываться в космические баталии, когда у них еще молоко на губах не обсохло, - поджав губы, саркастично ответил собеседник.

– Что делать, если мирное население вы сами защитить не в состоянии!
– вспылила я, вспомнив о сброшенных на нашу планету ядерных бомбах.

– Да ты же не сдашь ни одного физического норматива!
– пренебрежительно воскликнул человек, окинув мою тощую фигурку взглядом.

– Количество уколов, которые я могу сделать в минуту, поражает воображение! В медицинском университете я поставила новый рекорд.

– Приходи через год и ни одним днем раньше, - процедил неумолимый собеседник.

– К тому времени от нашей планеты, возможно, уже ничего не останется!

– Можно подумать, что один врач без опыта работы сможет изменить ход истории, - скептично произнес мужчины.

– Дайте мне хотя бы шанс, - попросила я.

– Шанс умереть? Твои родители засудят все военное ведомство, когда им пришлют гроб, - иронично заметил собеседник.

– Вас будет некому закидывать исками. В техногенной столице погибла вся моя семья, кроме отца, который сейчас находится в плену у арийцев на другом конце космоса, - обреченно произнесла я, ведь после объявления войны связь с ним была полностью потеряна.

– В уставе четко прописан минимально допустимый возраст, - непреклонно ответил военный, любовно похлопав ладошкой по талмуду.
– Если не веришь мне, можешь ознакомиться с данным пунктом самостоятельно.

Под испепеляющим взглядом собеседника я небрежно открыла исписанную мелким шрифтом раритетную книгу. Она была изготовлена из настоящей бумаги, в то время как современное общество использовало электронный документооборот. Найдя искомую страницу, я недрогнувшей рукой вырвала ее и, быстро запихнув в рот, проглотила злосчастный текст. Побагровевший от ярости военный за подобное святотатство был готов задушить меня голыми руками, в то время как я окончательно потеряла связь с реальностью.

– Что-то я его не вижу, где, вы говорите, данный пункт о возрасте?
– посмела поинтересоваться я.

– Девушка, вы побили только что все рекорды по наглости!
– гневно воскликнул мужчина.
– Надеюсь, вы принесли с собой справку из психиатрического диспансера?

– Пожалуйста, - передала я ему искомый документ - Ничего из перечисленного в данном контексте не является противопоказанием к военной службе.

В справке были указаны одержимая маниакальность, психологическая зависимость, дефицит внимания, склонность к самоубийству и много чего еще по мелочи. По мере того, как мужчина вчитывался в текст, его брови поднимались выше.

– Как вы с подобным букетом психических расстройств вообще живете?

– Скорее, выживаю.

– Наверное, у вас было тяжелое детство.

По сравнению с участью животных и людей, над которыми я проводила опыты, оно не было столь ужасным.

– Я понимаю вашу ситуацию и желание защитить родную планету ценой собственной жизни, но вы еще очень молоды и, к тому же, физически слабы, - был тверд, как кремень, собеседник.

Военный видел перед собой невысокую худую девушку с болезненно бледным лицом и непричесанными не то зелеными, не то голубыми волосами, но ведь внешность, порой, бывала обманчивой.

– Если я вас покалечу, мне засчитают это как пройденную физподготовку?
– между делом осведомилась я.

– Вон отсюда!
– гневно указал на дверь неуравновешенный мужчина.
– Всему есть пределы, и моему терпению тоже!

– Как врач, могу порекомендовать вам чудесные успокоительные капли.

– Боюсь, что после их приема я уже не встану.

– У меня диплом с отличием лучшего медицинского университета Земного Союза, - данное оскорбление я приняла на личный счет.
– Я даже мертвеца могу поднять на ноги.

– Неужели?

– Если хотите, могу продемонстрировать.

– ВОН!
– не выдержал военный.

Человек со зверским выражением лица подскочил со стула, и я быстро захлопнула за собой дверь с обратной стороны. Состроив страшную гримасу тем, кто находился в очереди в приемный пункт, я выдохнула:

– Да он же ненормальный!

– Где следующий смертник?!
– послышался гневный голос мужчины из громкоговорителя, и первый в очереди парень побледнел не хуже меня.

Когда я понуро брела по космической базе в сторону выхода, меня неожиданно окликнул знакомый голос. Он принадлежал бывшему наркоману, которому удалось избавиться от зависимости после того, как родители упекли его в специализированную лечебницу. На его плечах были погоны, красноволосый парень с залихватским ирокезом и в местами грязной одежде являлся главным механиком. Узнав об этом, я невольно расхохоталась, ведь мой знакомый был фанатичен настолько, что несколько раз улепетывал из закрытого медучреждения на самодельных летательных аппаратах. Мы с ним посмеялись вместе, вспомнив прошлое, после чего он с изрядной долей удивления спросил, что я здесь забыла. Рассказав ему сердобольную историю, не имевшую с правдой ровным счетом ничего общего, я услышала о том, что он вполне мог помочь мне нелегально.

Отдав ему рюкзак с деньгами, через непродолжительное время я уже направила свои стопы вглубь станции. Представший перед моим взором корабль больше напоминал груду ненужного металлолома, за ненадобностью сваленного в углу космопорта, нежели летательный аппарат. Никаких опознавательных знаков на нем, кроме, собственно, гордо реявшего в атмосфере флага земного флота, не было. Я не смогла прочитать даже его названия - оно было нечитаемым из-за пыли, грязи и коррозии металла. Как рассказал мой знакомый, здешний капитан был недавно разжалован из высших чинов. Поговаривали, что, если бы не вмешательство высокопоставленного родственника, то он был бы вообще уволен с военной службы.