Самый яркий свет
Шрифт:
Эбби показалось, что зал заходил ходуном, и сердце сжала холодная рука, когда она заглянула в глаза своего бывшего мужа. В глаза того самого мужчины, который, как поклялась она дочери, их дочери, ни под каким видом никогда не вернется в их город.
Этот самый мужчина украл ее любовь, разбил ей сердце и едва не разрушил ее жизнь.
Эбби смотрела на него, чувствуя, как постепенно каменеют ее лицо, ее тело, ее мысли. Она была не в силах пошевелиться, отвернуться, сделать что-нибудь. Откуда-то издалека до нее донеслись извинения Денниса:
— Эбби, прошу прощения, кому-то я срочно понадобился. Постараюсь вернуться побыстрее. Если хочешь сладкое…
Эбби слышала его, но была совершенно не в состоянии бороться с гигантской ледяной волной, перенесшей ее в совершенно чужое место. С одной стороны, все знакомо и узнаваемо, с другой — незнакомо и неузнаваемо, и она не понимала, почему вдруг все и вся преобразились от одного лишь присутствия человека, который должен был быть в этот час, в этот день, в этой жизни на другом конце света.
— Нет…
Едва это одно-единственное слово соскользнуло с помертвевших губ Эбби, как Сэм, по-прежнему не сводя с нее глаз, медленно встал из-за стола и направился к ней.
Эбби хотела вскочить, убежать, провалиться сквозь землю, но не могла пошевелиться.
— Эбби…
До боли знакомый голос проник ей в самую душу. Эбби затрепетала. Но если когда-то этот голос заставлял ее дрожать от счастья и страсти, то теперь она дрожала от ярости и неожиданности.
Как он посмел? Как посмел вновь явиться сюда? Как посмел вновь вторгнутся в ее мир… в ее жизнь? И, самое главное, как посмел приблизиться к ней, словно… словно…
— Эбби…
И совсем не изменился, мысленно отметила она. Да нет, Сэм стая еще мужественнее и привлекательнее. Волосы у него еще не поредели и почти совсем не поседели. Ничего ему не делается… Даже проседь его украшает…
Загорел… И двигается легко, молодо… Костюм, видно, из дорогого магазина… А глаза… Глаза все такие же голубые-голубые… И рот…
В отчаянии Эбби принялась молиться, чтобы Господь не дал ей лишиться чувств. Только не здесь и не сейчас…
А Сэм все приближался. Эбби из последних сил боролась с переполнявшими ее страхом и злостью.
Вот он совсем близко. Слишком близко. Нельзя показать ему, как я реагирую на его появление. Он не должен знать ни моих страданий, ни ожившей ненависти… Что бы там ни было, а я должна сделать вид, будто ничего особенного не произошло и меня совсем не трогает эта неожиданная встреча в ресторане. Должна, и все туг.
Он протянул руку, но Эбби вскочила и отшатнулась с криком:
— Нет!.. Не подходи ко мне! Я сказала, не подходи ко мне… И не трогай меня!
Она знала, что люди смотрят на них, и в ресторане мгновенно наступила мертвая тишина, но ей было наплевать на все. Она хотела только одного: чтобы этот человек, ее бывший муж, отошел подальше и, может быть, вовсе исчез.
— Ты не имеешь права находиться здесь, — услышала она свой звенящий шепот. — У тебя нет никакого права…
— Эбби, нам надо поговорить…
До чего же спокойно звучит голос Сэма! Мысленно Эбби отметила и это, и многое другое, но ее чувства оставались глухи ко всему. Даже то, что почти все посетители ресторана наблюдали за ними… за ней…
Не раз Эбби приходилось слышать о людях, которые впадают в панику, но она плохо представляла, что это такое. А теперь сама запаниковала. И как! Умом она понимала, что не в силах управлять собой, и ничего не могла поделать… Не могла даже скрыть свои чувства.
— Не приближайся ко мне. Я тебя ненавижу, — прошипела она и, демонстративно обойдя Сэма, направилась к двери.
Никогда прежде ей не приходилось испытывать такого страха, такого шока… Когда ненависть настолько переполняет все твое существо, что ты готов вот-вот задохнуться и почти ничего не соображаешь.
Выйдя из ресторана, она увидела спешащего навстречу Денниса, и Эбби поразило испуганное выражение, какого ей никогда не приходилось видеть на его лице.
— Эбби, что ты? Что случилось? — Однако она не приняла его руку и, покачав головой, дрожащим голосом пролепетала нечто совершенно несуразное:
— Я не знаю… Отравилась… Извини, поеду домой… Я позвоню…
— Давай я отвезу тебя. Подожди у главного входа, сейчас подгоню машину…
— Нет! — едва не закричала Эбби. — Пожалуйста, не надо… Оставь меня… Извини, мне надо домой… Все пройдет, как только я доберусь до дома. Мне просто надо побыть одной. Извини, Деннис.
Не в силах произнести больше ни слова, она едва ли не бегом бросилась к выходу.
Машину Эбби оставила на стоянке, однако, не испытывая ни малейшего желания садиться за руль, отправилась домой пешком.
Вскоре показался ее коттедж. Когда Эбби купила его, друзья решили, что она сошла с ума, поселившись так далеко от города. Теперь те же самые друзья с завистью говорили о ее предусмотрительности, поскольку Земля в этом районе подскочила в цене. Возле дома был большой сад, на который Эбби потратила уйму времени и сил, чтобы превратить его в райский уголок. А прошлым летом Эбби устроила еще и великолепную теплицу…
Задыхаясь от перехватывавших горло спазмов, Эбби то и дело испуганно оглядывалась, боясь, как бы Сэм… Не дай Бог, он последует за ней.
Зачем он приехал? Что ему тут нужно? Сколько времени он сидел в ресторане, разглядывая ее? Нечего ему тут делать! Нечего… И никого у него тут нет… Никого!
Никого, кроме…
Эбби застыла на месте, не в силах пошевелиться. Как раз сегодня Кэти уверяла, будто видела отца.
— Нет, — прошептала Эбби, не замечая, что вслух произнесла это слово/
— Ты его видела?! Ты видела в отеле папу?!
— Так ты знала, что он там, — прошептала Эбби. — Знала и не сказала мне. Почему?..
Она расплакалась.
— Мамочка, не надо. Я виновата. Но я не хотела… Мне бы никогда…
Следом за Кэти в комнату вошел Стюарт и, обняв свою невесту, словно защищая ее от всего света, тихо проговорил:
— Эбби, она здесь ни при чем. По крайней мере, она ничего не знала. Не ее вина, что ваш бывший муж вернулся. Это моя вина.
— Твоя? — растерялась Эбби.
— Стюарт только сегодня признался мне, что он сделал, — вспыхнула Кэти. — Он хотел устроить нам сюрприз.