Чтение онлайн

Эндрю непонимающе глядел на него, приоткрыв рот.

— Я… ну, сын же был с Лейлой. С чего бы мне беспокоиться?

— А как насчет вашей жены? Администратор и ей позвонила?

— Обычно они звонят только одному из родителей. Я первый в списке — фамилия Андерсон идет раньше, чем Саид, — поэтому чаще всего звонят мне.

— А ваша жена не спрашивала у вас на протяжении рабочего дня, все ли с Максом в порядке?

Эндрю сердито нахмурился.

— А многие родители во время рабочего дня интересуются, что происходит с ребенком?

Шепард кивнул и мягко ответил:

— Хорошо, я понял. — После короткого молчания детектив посмотрел на часы. — Можно поговорить с вашей супругой?

Эндрю сморщился.

— Мне кажется, ей лучше отдохнуть, если вы не возражаете.

Шепард скорчил сочувственную мину, отработанную годами работы в уголовном департаменте.

— Я понимаю, что ваша супруга сейчас в крайне уязвимом положении, и могу вернуться, когда ей будет удобнее, — заметил он и сделал паузу, дожидаясь реакции Эндрю. — Но если она все-таки может ответить на пару вопросов, это значительно ускорит ход расследования. Как-никак, мисс Саид знает свою сестру лучше всех остальных.

Эндрю согласно кивнул, и детектив понял, что оборона прорвана.

— Я спрошу у нее, — ответил Эндрю.

Кристофер проводил его взглядом. Эндрю Андерсон явно оберегает жену. Может ли статься, что она — одна или вместе с мужем — что-то сделала с Максом и решила повесить ответственность на сестру? Притянутое за уши предположение, но Шепарду доводилось встречать вещи и похуже. Он сделал заметку в дневнике: просмотреть отчет патологоанатома. Вдруг там попадутся какие-то несуразности, вроде странных симптомов или несовпадающего времени смерти.

Он посидел, прислушиваясь, потом встал и осмотрелся в кухне. Книжная полка была заставлена кулинарными сборниками. Судя по всему, супруги — фанаты Рика Стайна [2] . Заложенный кирпичами камин служил красивой полкой, заваленной безделушками: китайский фарфоровый чайник, здоровенный пивной стакан, винтажный вечный календарь из сияющей меди. Ряд фотографий в рамках: вот юная Ясмин игриво глядит через плечо, разбросав по плечам длинные блестящие волны волос. Могла ли такая девушка убить своего ребенка? В ответ на собственный вопрос Шепард тяжко вздохнул.

— Детектив? — Ясмин стояла в дверном проеме. На ней были черные легинсы и огромная серая футболка с надписью «Императорский колледж Лондона», которая доставала ей почти до колен.

Шепард тепло улыбнулся.

— Ваша альма-матер?

Она поглядела на свою футболку.

— Нет. — Ясмин показала рукой на стоящего позади супруга. — Это его. Я не училась в университете.

— Школа жизни, да? — поинтересовался Шепард. тут же пожалев о нелепой шутке.

Ясмин села за стол, проигнорировав подкол. Детектив отметил про себя ее магнетизм: красота и мягкость движений мгновенно обезоруживали любого. Детектив осторожно, будто держал в руках драгоценную вазу, расспросил ее о вчерашнем дне и не спеша выяснил подробности ее передвижений, начиная с самого утра и заканчивая страшным визитом в больницу после звонка мужа. Потом он перевел разговор на Лейлу.

— Мне бы хотелось немного поговорить о ваших взаимоотношениях с сестрой. Вы не возражаете?

Ясмин кивнула, покраснев.

— Вы часто оставляли на Лейлу присмотр за ребенком?

Она задумалась, мысленно производя подсчет.

— Раз в две недели. Может быть, раз в неделю.

— Настолько часто?

Ясмин нахмурилась.

— Не думаю, что это так уж много. Разве много? Это она сказала?

Шепард не ответил.

— У Лейлы нет своих детей. По-вашему, она обладает достаточными навыками, чтобы присматривать за ребенком раз в неделю?

— Мы ее инструктировали.

— Но не беспокоились, оставляя Макса на ее попечение?

— Никогда.

— Лейла не жаловалась вам, что у нее проблемы с Максом?

— Нет. — Ясмин не нравились вопросы детектива. — Она планировала детей и часто говорила, что сидеть с Максом — это хорошая тренировка.

— Так и говорила?

— Возможно, не теми словами, которые выбрала я.

— То есть она не выражалась так открыто?

— Ну, они с мужем пытались зачать, поэтому я знаю, что они хотят детей, — ответила Ясмин неуверенным тоном. — Просто у них пока не получается.

— Это не провоцировало конфликты с вами?

Она потерла виски.

— Не конфликты, конечно, но иногда напряженность чувствовалась.

— В чем это выражалось?

— Когда я была беременна, Лейла не могла смотреть на меня или находиться рядом. Будто ей было больно. Потом все улеглось, но первые месяцы было странное ощущение.

— И сейчас все хорошо, так?

— Да, хотя… — Ясмин неуютно поерзала на стуле. — Иногда бывают споры. Я вижу, как она на нас смотрит — на меня, Эндрю и Макса, — когда мы бездельничаем и валяем дурака. И прямо чувствую ее взгляд.

Шепард ждал продолжения.

— Какой взгляд?

— Завистливый? — Ясмин одернула себя. — Нет, так неправильно говорить. Не завистливый, но какой-то тоскливый. Постарайтесь понять. Лейла всегда и во всем добивалась успеха. Она непревзойденная, дисциплинированная, зубами и когтями выбивает успех. Когда-то сестра решила, что ей нужно иметь детей, и когда выяснилось, что они с Уиллом не могут завести ребенка, для нее это было как пощечина. Постоянно видеть нас с Максом было для нее тяжелым испытанием, я думаю.

— И поводом для зависти?

Ясмин съежилась.

— Нет, это неподходящее слово.

Детектив сделал последнюю пометку.

— Мисс Саид, вы очень мне помогли. — Он поправил галстук и встал. — Я понимаю, как вам нелегко говорить о произошедшем.

Ясмин рассеянно кивнула. Сказанная банальность будто повисла в воздухе.

— Спасибо за уделенное время. Я вас оставлю. — Шепард направился к выходу, оставив нетронутой чашку остывшего чая.

Сев в машину, он включил на полную мощность кондиционер. Струя холодного воздуха била прямо в глаза. Вырулив на улицу, Кристофер поглядел через зеркальце заднего вида на промятое пассажирское место сзади. Возможно ли забыть ребенка? У Шепарда не было семьи, и он не мог себе представить постоянный пресс родительской ответственности, но сомневался, что можно случайно забыть в машине ребенка.

Оставить его в машине по необходимости — вот это уже более осмысленно. Родитель, в спешке забегающий в лавку при заправочной станции в поисках бутылки молока? Обычная картина. И вполне логичная. Неправильное решение, сделанное в сиюминутной горячке под давлением неожиданных обстоятельств.

С этими мыслями Шепард припарковался подле участка и добрел до своего рабочего места. На столе лежал плохо пропечатанный черно-белый лист: заключение патологоанатома. Детектив пробежал глазами текст. Предварительный диагноз: преждевременная смерть наступила вследствие гипертермического шока. Макс погиб от перегрева. Шепард тяжело опустился в кресло. Значит, по этой части сомнений больше нет. Хотела она того или нет, Лейла Саид убила своего племянника.