Чтение онлайн

– Гейя привела меня сюда. Я долгое время скиталась по лесу, пока не услышала зов матери. Я пошла на него и встретила коня, который пил воду из родника. Оставаться в Линии было опасно из-за людей. Высшие леса тоже были оккупированы. Я решила отправиться в Верховерье – дом лесных эльфов. Но рука войны добралась и до них. Пробраться в лес, окруженный солдатами, было невозможно, меня могли легко схватить и убить. Я узнала, что в Лесах Лаи нет войны.

– Понятно. И давно ты тут живёшь?

– Более семидесяти лет.

Геральд открыл рот от удивления. С виду Мирайн было около двадцати лет, а говорит, что живёт тут так долго, возник логичный вопрос.

– Сколько же тебе лет? – Мирайн улыбнулась. Бретонец Истин тоже с трудом представлял, сколько же лет эльфам. Ответы на такого рода вопросы, зачастую шокировали.

– Чуть больше века.

– Больше века? – у парня округлились глаза.

– Эльфы не считают свои годы. Я очень молода по нашим меркам. В нашей столице – Ланцегорде, есть эльфы, возраст которых превышает четыре тысячи лет.

– И они выглядят как ты?

– Нет, не как я. Если сравнивать с вами, то имеют внешность человека средних лет.

Геральд стал осматривать лица всех эльфов, находившихся поблизости. Абсолютно все были молоды, не было никого, кому можно было дать тридцать лет и выше. Так же он заметил, что и не было детей. Мирайн присела под одной из ив, осторожно провела рукой по низкой зелёной траве, пригласила сесть рядом.

– Почему я не вижу маленьких детей? В Имрии их нет, где они? – спросил он, сев напротив неё.

– Последние двадцать лет Гейя не даёт согласие на рождение детей.

– Это как?

– Прежде чем зачать ребёнка, нужно получить согласие всей семьи, согласие старейшины, а потом Гейя должна дать согласие, что примет их дитя, согласится кормить и оберегать от зла. Без разрешения запрещено иметь детей. Синтель последняя, кто родился среди нас. Несколько семей переживают, что им не дают добро на ребёнка, но идти против Гейи равнозначно смерти.

– Почему она запрещает?

– Не запрещает. Без благословления, по нашим обычаям, никто не решится создать новую жизнь.

– Я считаю это неправильным, – сделал парень свой личный вывод. – Если люди желают завести ребёнка, то никто не вправе мешать им.

– Эльфы не люди. У вас свои обычаи – у нас свои. Так было на протяжении многих тысяч лет и так будет всегда. Гейя поддерживает равновесие в природе. Представь, если Гейя давала своё благословление всем желающим завести ребёнка: эльфов станет слишком много, невозможно будет предотвратить последствия. Еды не будет хватать, животных и птиц станет меньше – в конечном итоге это может привести к междоусобице, разладу в обществе.

Геральд задумался.

– Люди тому пример, – продолжала Мирайн. – Чем больше становится людей, тем больше им нужно еды, ресурсов, чистой воды и жилья. Из-за чего случаются войны между ними? Не из-за неприязни друг к другу и злобы. Всё больше и больше требуется земли под поля и пастбища, нужно больше полезных ресурсов для развития и жизни в целом. Люди пошли войной на эльфов ради нетронутых богатых земель. У нас есть всё необходимое для процветания, и мы пользуемся этим разумно…

Мирайн замолчала. Её слова тронули парня. Она взяла в руки одну из тонких ветвей ивы, стала рассматривать крохотные листочки, осторожно проводить пальцами по матовой блестящей коре. Было приятно прикасаться к мягким белым почкам. Девушка была счастлива, что Гейя позволила ей наслаждаться жизнью в этом прекрасном и удивительном мире.

Прошло несколько дней. Геральд лежал в постели, накрывшись лёгким одеялом. Ещё нигде он так не высыпался, как тут – у эльфов. Возможно, песни Юмелии оказывали такое благотворное действие на него. Каждое утро он просыпался бодрым, отдохнувшим. Его тело было наполнено энергией, хотелось направить эту энергию куда-нибудь, заняться чем-нибудь полезным, благим. Дома такие желания у него редко когда возникали. Мирайн в доме не было, потому парень не вставал с постели, погружённым в свои мысли.

– Здравствуй! – раздался знакомый голос с порога. Геральд поднял голову и увидел старика в коричневой робе. Он сразу узнал в нём Артура. – Как ты, друг мой?

– Артур, – обрадовался парень и вскочил с постели на ноги. Он хотел обнять старика, но сдержал свои эмоции. – Ты не представляешь, как я рад вновь видеть тебя живым и здоровым.

– Я тоже рад видеть тебя! – старик крепко обхватил его за плечи. В его руке чувствовалась сила, удивительная для его возраста. – Ты сейчас намного лучше выглядишь. Помню я, каким ты был в лесу.

Геральд рассмеялся. Да, было дело. Совсем недавно он был похож на парня, которого заставили за день перепахать огромное поле.

– Эльфы хорошо подлатали меня, спасли от смерти. Я смутно помню, что случилось тогда у дороги, и эльфы помогли мне освежить память. Хотелось бы отдельно поблагодарить тебя. Спасибо!

– Не меня надо благодарить, а Сайреса с Синтель. Это они нас спасли от разбойников.

– Кстати, – Артур быстрым шагом пошел из комнаты, поманив рукой Геральда. – Пошли к старейшине Деметре, ей хочется иметь с нами беседу. Она ждёт.

Дом Деметры – дворец, был построен на высоком дереве. Широкая винтовая лестница тянулась до самих крон зелёного гиганта и скрывалась в листве. Гостям Имрии не пришлось высоко подниматься, основная часть дворца была построена на самом стволе дерева – многоэтажное строение.

Жилище Диметры не выделялась от прочих эльфийских домов своей роскошью. Ни золота, ни драгоценных металлов и камней. Абсолютно всё было вырезано из дерева. Некоторые внешние стены дворца были затянуты цветущим плющом – живая стена. Местами стебли других вьющихся растений протягивались по всему потолку, некоторые цвели, радуя многообразием красок: розовых, жёлтых, нежно-голубых и других оттенков. Как догадался Геральд, во дворце Деметра жила не одна. Вместе с ней проживали члены совета и их семьи.

Артур привёл парня в небольшой зал: в центре стоял белый стол, вокруг которого было расположено несколько стульев, рядом длинные скамьи. В потолке – большое округлое окно, через которое проникал широкий луч света, освещающий стол.

В зале было несколько эльфов, среди которых были Сайрес и Синтель. Все они стояли вокруг стола и что-то страстно обсуждали, рассматривая развёрнутый на столе свиток Артура. Один из присутствующих, что сидел на лавке, всплескивал руками, что-то недовольно выкрикивал, но на него не обращали внимания.